Анистелла. Звездные крылья

Часть 5 Неизвестность. Глава 48

Информация о мире

Риниум

Одна из разновидностей связующих нитей в Милэйне. Договор между двумя или более людьми. На запястья меридиалом выжигаются древние письмена. Разорвать риниум может только тот, кто выжигал письмена.

Брен приземлился на лётной площадке, скрыл крылья и рванул во дворец. Хэдин окликнул его, но принц игнорировал короля, советников и воинов, которые кинулись встречать отряд.

Шейм собрался последовать за ним.

— Пусть идёт. — Хэдин остановил рослого парня. — Принцу Брену нужно переварить увиденное. Помогите Мэйм! Её ранили.

«Получила стрелу от той, кого ненавидит всем сердцем».

Наверное, Мэйм корит себя за это.

Далина не стала тратить время на раненную племянницу. Она подошла к Хэдину с холодной готовностью.

— Кто?

— Ты знаешь.

Мэйм переложили на носилки и понесли прочь с площадки. Советники столпились вокруг Хэдина, но он махнул рукой, отгоняя назойливое внимание.

— Встречаемся в тронном зале вечером.

— Да, Ваше Величество.

Хэдин уже не вздрагивал, слыша новое обращение. Не пытался найти подвох или упрекнуть себя в чём-то.

«Нет. Я всё равно стал бы королём».

Мысли давно спутались между собой, образуя непроходимый ком. Хэдин заставлял концентрироваться на действительно важных вещах.

«Вернуть Лиан. Уничтожить Айоланту. Мы так близки к цели».

— Вы были правы? — спросила Далина. С момента коронации, она заняла пост приближённого короля и не отходила от Хэдина. — Принцесса Лиадан кинулась им на помощь?

— Да. Она оттолкнула капитана Киандера.

Хэдин зашёл в покои и не стал останавливать Далину, когда она по-хозяйски последовала его примеру. Королю хотелось побыть одному, но эта женщина не отступала.

— Стрела её задела?

— Немного, — ответил Хэдин, стягивая куртку из кожи и меха. Оружие он бросил на диван. Разжёг камин, чтобы согреть озябшие пальцы.

Далина осталась стоять на месте в коридоре.

Женщина молчала. Серые глаза как-то странно вспыхивали из-за отражения огня. Хэдина посетила неприятная мысль, что даже жар камина не помогал отогнать холод.

— Почему ты спросила?

Далина выпятила грудь и поджала подбородок. Хэдин двинулся к ней. Она всегда делала так, готовая отстаивать свою позицию.

— Что ты натворила?

— Вы видели принцессу Лиадан после ранения?

— Далина…

Женщина молчала, а потом быстро и резко ответила:

— Мы смазали стрелы олеандром.

Рука Хэдина взметнулась вверх. Схватив Далину за шею, он впечатал её в стену сзади и сдавил пальцы. Вены выступили под кожей голубой паутиной.

— Это должна была быть попытка убийства. — Хэдин сделал акцент на слове «попытка».

— Вы бы не расстроились, если бы король Айоланты, принцесса или капитан Киандер погибли в тот момент.

— Ты сама предположила, что Лиан броситься их защищать. — Хэдин сдавил руку сильнее. Далина закашляла. — Хотела, чтобы она умерла⁈

Далина схватилась руками за предплечья Хэдина. Она уже не могла ответить. Её лицо покрылось красными пятнами. Губы медленно приобретали синий оттенок. Хэдин ругнулся и разжал пальцы. Далина громко задышала.

Ему было всё равно. Даже малейшее ранение олеандром могло привести к смерти. Если Лиан…

— Главная сантала рассказала, что из Аслота в Айоланту открывали портал, а оттуда ещё один. К Сифре, — прохрипела Далина.

— Почему сантала поделилась с тобой этим?

— Я надавила на неё. Испугала тем, что Лиадан находится в смертельной опасности. — Сквозь боль Далина улыбнулась. — И всё-таки, милэйнские санталы привязаны к принцессе сильнее всего. Даже нарушили собственные законы.

Хэдин с отвращением посмотрел на Далину.

— Тогда отправляйся туда снова. Пусть узнают, всё лишь с Лиан хорошо.

— Вы можете сделать это сами, разве нет? — Далина с интересом посмотрела на Хэдина. — Мест, где её могут лечить, не так много.

«Она предлагает мне полететь в Айоланту и найти Лиан?».

— Убирайся.

— Ваше Величество…

— Я брошу тебя в темницу и понижу положение всей семьи, если ты ещё раз провернёшь подобное, — голос, не требующий возражений, прозвучал тихо, но сурово. — Уходи.

Далина низко поклонилась, подлизываясь, и покинула покои. Рука Хэдина по-прежнему пульсировала и периодически сжималась, чувствуя страх. Он мог надавить сильнее. Закрыть глаза и позволить Далине умереть в собственной комнате.

Контролировать вспышки гнева в последнее время становилось сложнее. Хэдин болезненно прижал ладони к векам и надавил.

Его желание доказать Брену свою правоту чуть не обернулось гибелью для Лиан.

«Я должен был предположить, что Далина и Мэйм сделают нечто подобное».

Хэдину перехотелось навестить свою подругу. Мэйм сильная и точно справится с ранением в плечо. Его отсутствие пусть будет для неё наказанием.

«Лиан смертельно ранили».

Хэдин посмотрел на своё отражение в кристально-чистом зеркале. Весь мир через него казался идеальным, хотя в реальности представлял грязную яму с отвратительными людьми. Туда же Хэдин относил и себя. Список отвратительных вещей, которые он добровольно совершал, пополнялся с каждым днём. Людей, которые боялись пойти против его воли, становилось больше.

«Истинный король должен внушать страх, — говорил отец при жизни. — Лейнсфоны всегда управляли страхом. Ты не станешь исключением».

Сколько бы Хэдин не пытался, история семьи невидимыми цепями связала его с прошлым. Будучи наследным принцем, Хэдин ясно осознавал, каким правителем хочет быть. Как только корона коснулась головы, как только люди склонили свои головы, в сознании короля что-то изменилось. Власть отравляла. Делала его жестоким.

И первое время Хэдин хотел сорвать с себя корону. Попросить Брена забрать эту ношу. Первое время, верно… Дальше сознание сосредоточилось в одной точке. Для одной единственной цели, к которой его предки шли веками.

«Уничтожить Айоланту».

Хэдин рухнул в кресло и откинулся на спинку. В серых глаза плясали языки пламени.

«Я должен избавиться от них. Вернуть Лиан. Доказать, что Милэйн заслуживает лучшей жизни. — А потом следующая мысль: — Я могу найти место, куда перенесли Лиан».

Королева нашла Брена в покоях отца. Принц сидел у кровати, положив голову у ладоней короля, сгорбленного и потерянного.

— Бреннан. Где ты был?

— Мама.

Брен поднялся на ноги. Матушка всегда знала, когда эмоциональное состояние её детей оставляло желать лучшего. Чувствуя, что слова могут оказаться лишними, она всегда подходила и заключала их в своих объятиях. Этот раз не стал исключением.

Брен обнял королеву, и почувствовал себя маленьким мальчиком, хотя и был на целую голову выше матушки. Рядом с ним она, отец, а Лиан…

— Мама. Кажется, Хэдин был прав на счёт Лиан.

— Что?

Брен отстранился.

— Мы были в Аслоте.

Королева сделала заметный шаг назад. Непринуждённое волнение слетело с лица, подобно резкому ветру.

Перед уходом Хэдин настоятельно рекомендовал Брену не рассказывать королеве о способах, благодаря которым они перенесутся на такое большое расстояние.

«Кажется, матушка итак в курсе».

— Ты знала, что семья Хэдина в прошлом сотрудничала с орками?

Рот матушки быстро открывался и закрывался, словно она не могла поверить в осведомленность Брена.

— Это нестираемое пятно в истории Милэйна. — Королева покачала головой. — Советники, санталы и правящие семьи потратили несколько лет, чтобы скрыть правду от людей. Подобному нет и не может быть прощения.

— Мама…

— Нет.

Королева оборвала Брена, обошла кровать и встала с другой стороны. Лицо отца заметно осунулось. Грудь едва поднималась под действием неизведанной болезни.

— Зачем, Брен? Ты должен был убежать, как только почувствовал ауру орков. Почему ты позволил Хэдину втянуть тебя в нечто подобное?

— Они учатся открывать проходы. Такие, как у сантал.

— Именно поэтому… Поэтому…

Королева не могла найти слов. Она опустила голову и схватилась за виски.

— Зачем, Брен?

— Расскажи мне! — попросил Брен.

— Хэдин ничего тебе не рассказал? И ты всё равно последовал за ним?

— Я рискнул и увидел то, чего боялся больше всего. — В горле застыла желчь. — Пожалуйста, матушка. Расскажи мне всё, что знаешь про это.

Королева вздохнула. Настойчивость сына точно напоминала ей молодого короля. Так матушка постоянно говорила, стоило Брену быть более непреклонным, чем обычно.

— Орки пытались выйти с нашей семьёй на контакт, но твои предки не позволили им смешать наши культуры.

— Почему?

— Орки были и остаются главной проблемой континента. Наша семья не собиралась менять собственные принципы. И сотрудничать с ними мы никогда не хотели.

Хэдин кивнул.

— К сожалению, к семье Лейнсфон это не относилось. Орки предложили способ борьбы против королевств континента. У нас всех были сложные отношения. А Лейнсфоны слишком сильно восприняли отказ королевств в помощи с орками.

«Поэтому они решили заключить союз с врагами».

— Это было неправильно и опасно. Договор действовал только между Лейнсфонами и орками. Наша семья долгое время ни о чём не знала, пока двести лет назад один из Ронфальдов не решил навсегда уничтожить договор.

— А до этого? Они явно знали истинную природу вещей.

— Ты прав. Но узы между нашими семьями были настолько сильны, что обе стороны не могли восстать против друг друга. Таким образом, Ронфальды… покрывали Лейнсфонов.

«Как и всегда».

— Это переходило все границы, и он напала на ущелье. Уже тогда стало понятно, что Ронфальды и Лейнсфоны следовали различным путям в правлении.

— Ты знала, что орки учились воссоздавать проходы?

Королева кивнула.

— Именно это и стало причиной нападения. Твой предок узнал, что один из семьи Лейнсфон поставлял меридиал мёртвых воинов. Ты же помнишь, что звёздный свет после смерти ещё какое-то время жив в крыльях. Орки больше не могли его получать, поэтому возобновили охоту на милэйнцев. Лейнсфоны винили нашу семью. Но мы оставались непреклонны. Даже, когда лорд Киллин пришёл и предложил возобновить договор, твой отец ответил резким отказом.

— Поэтому их отношения испортились?

Матушка кивнула.

— Отец Хэдина ослушался приказа и всё равно отправился в ущелье. Мы не знаем, сколько он успел сообщить оркам, но этот поход стал последним в его жизни.

Брен застыл.

— Матушка. Лорда убили…

— Нет! — слишком громко ответила королева. — Твой отец собирался заключить Киллина под стражу после его возвращения, но вместо этого получил письмо о смерти. Мы до сих пор не знаем, что там произошло.

Брен не мог в это поверить.

Королева заявляла, что смерть Киллина Лейнсфона окутана тайной. Но это в корне отличалась от всего, что говорили другие.

— Разве, не айолантские воины убили его?

Королева отрешенно покачала головой.

— Я не знаю. В последнее время сложно верить чему-то одному. Мы смотрим на ситуацию с одной стороны. Кто знает, какой она является в действительности.

В бледно-голубых глазах застыли слёзы. Она смахнула их, зацепив серебристые пряди. На её губах застыл вопрос, пока взгляд спускался по рукам Брена.

«Проклятье».

Брен не успел спрятать руку.

— Это риниум?

Брен не ответил.

— Ты заключил договор с Хэдином?

В комнате отца всегда было тихо после отравления, но матушка, кажется, собиралась нарушить собственное правило.

— Бреннан, ради всех Богов…

— Это гарантия. Что я не раскрою его секреты.

— Он привязал тебя к себе!

Брен понял, что больше не может держать это в себе. События последних дней навалились одновременно.

— Я хочу вернуть Лиан! Я не могу… не могу без неё! — крикнул Брен, падая на колени у постели отца. — Я пытался, мама. Верил, что с ней всё хорошо. Ведь она сильная. Стойкая. Но потом…

Брен закрыл глаза, чтобы избавиться от ужасных наваждений. Он до сих пор видел, как его сестра прыгнула под стрелу. Как сражалась с милэйнцами, хоть и знала, что это они.

Стала бы она их убивать?

Сознание коснулся голос матушки.

«Мы смотрим на ситуацию с одной стороны. Кто знает, какой она является в действительности».

Брен чувствовал, как его мысли путаются. Он посмотрел на символы риниума, услышал уверенный голос Хэдина в голове и больше не мог ни на чём сосредоточится.

— Я просто хочу, чтобы она вернулась домой.

Матушка обхватила Брена за плечи и присела рядом на пол.

— Я тоже очень скучаю по Лиан.

«Почему я решил, что только мои чувства важны? Что всё это время чувствовала матушка?».

Брен сжал её ладони и позволил нескольким слезам упасть на пол.

Кажется, никого не волновало, что один из отрядов так и не вернулся обратно в Милэйн. Фейр перехватил Брена на следующее утро и поинтересовался, что стало с Селией.

Ответа никто дать не мог. Далина лишь сказала, что у Селии есть другое задание, и оно больше никого не касалось. В такое было сложно поверить, но Хэдин подтвердил слова своей приближённой. Ни о чём таком Брен не знал и не стал настаивать.

«Если Селия дала добро на это, то пожалуйста».

Он устал переживать за неё, хотя и пообещал Куану, что присмотрит за ней.

Вместо Хэдина Брен снова отправился в город, чтобы встретиться с городскими советниками. Внезапная ответственность свалилась на его плечи, но даже это меркло, стоило Брену увидеть радостные лица жителей столицы. Они махали ему и желали хорошего дня, пока принц ехал на лошади по главной улице.

Начало дня пролетело незаметно. Больше потому, что мысли были завязаны только на разговоре с матушкой.

— Послушай меня. Действия Хэдина могут привести нас к войне. К сожалению, я сейчас ничем не могу тебе помочь. И твой отец тоже. Ты должен быть осторожным, мой мальчик. Может, Хэдин хочет лучшего для всех нас, но путь, по которому он ведет Милэйн, может быть неправильным.

Брен это понимал. Он не собирался отдавать свою верность Хэдину, хотя волнение за Лиан стало почти невыносимым.

«Я должен подойти к этой ситуации с умом. Что необходимо сделать в первую очередь?».

— Ваше Высочество. — Городской советник подошёл к нему на улице. — Спасибо, что не забываете про нас.

— Как же я могу забыть?

Это не были прямые обязанности принца, но Брен все равно приходил в столицу каждую неделю и решал важные вопросы. Если не он, то никто.

Через плотный слой грозовых туч, которые уже почти две недели не разрешали людям увидеть ясное звёздное небо, немного просачивалось солнце.

Дети играли на площади, но не слишком громко. Столица всегда была тихой, но за последний месяц люди боялись даже общаться на улицах.

«Что с нами произошло? Откуда взялся этот страх?».

А потом Брен вспомнил. Далина и все приближённые семьи Хэдина убедили людей, что Лиан в смертельной опасности. Что Айоланта уже на границах с Милэйном, готова начать войну. Брена постоянно спрашивали о нападении. Он не мог успокоить их и пообещать, что всё обойдётся. Сейчас каждое действие могло привести к катастрофе.

Брен остановился у фонтана рядом со зданием совета. Стража покорна ждала дальнейших указов, но принц просто хотел постоять и насладиться минутами тишины. К сожалению, хватило всего на несколько секунд.

На другом конце улицы вдруг показался Феир. Он приземлился и со всех ног побежал к Брену.

«Мне не понравится то, что он скажет. Уверен в этом».

— Вы слышали, принц? — Парень запыхался, но держался уверенно. — Какое решение приняли вчера на собрании?

«Я же так и не пошёл на него».

— Что?

Феир скривился и испуганно осмотрелся по сторонам.

— Они её выкрадут.

— Кого?

— Лиан. Хэдин хочет выкрасть её из Айоланты.