Мне уже не больно

Злость на себя придала мне сил

Я погрузилась в свои мысли, что-то несущественное крутилось в голове, и потому не сразу заметила, что Лана и Кирилл подошли. Осознала их присутствие только когда Лана опустилась на покрывало рядом со мной.

— Смотри, что он делает, — сказала Лана, ткнув меня в бок.

Неохотно оторвав взгляд от реки, я повернулась к Кириллу. Он раздевался, готовясь к купанию.

— Ты чего удумал? — вырвалось у меня.

— Купаться пойду, — усмехнулся Кирилл, с ухмылкой кидая очередную подлость. — А вы тут пока можете найти себе местных мужиков, чтобы удовлетворить свои потребности. Все нормально? Не обиделись, нет?

— Не тупи, вода холодная, — попыталась образумить я его.

— Я же мужик, — продолжал Кирилл с презрением в голосе. — Настоящий мужик. А вам, подзаборным шлюхам, такие как я не светят. Такие, как я, никогда не обратят на вас внимания, — он нахально ухмыльнулся, стягивая трусы, и с разбега бросился в воду, огласив пляж диким воплем.

— Редкостный имбецил, — пожала плечами Лана и, не теряя хладнокровия, улеглась, устроив голову на моих коленях.

— Ты сегодня героиня, да? — лениво улыбнулась он, бросив на меня взгляд снизу.

— Угу, — пробормотала я, чувствуя легкую неловкость.

"Ценой зассанной кровати," — подумала я, но вслух не стала этого говорить.

— Что у вас произошло с Кириллом? — тихо спросила Лана.

— Не важно, — ответила я, перебирая ее пряди пальцами, наслаждаясь моментом.

Я наслаждалась тишиной и этим редким чувством спокойствия, которое неожиданно окутало нас, словно допрос Ланы не мог лишить меня этого мгновения счастья.

— Зачем ты кинулась на него? — Лана прикрыла свои медовые глаза густыми ресницами, задав вопрос, на который знала ответ.

— Надоело, что он вечно к тебе прикапывается. А ты молчишь, хотя могла бы его размазать в два счета.

— Могла бы, — спокойно согласилась Лана. — Но иногда лучше промолчать. Ты еще многого не понимаешь. Глупая ты.

— Да иди ты! — я фыркнула и спихнула ее голову с колен. — Пойди, поплавай с умным.

Я нашла взглядом Кирилла, который уже торчал в воде, причем довольно далеко от берега.

— Ну, я же не тупица, — протестовала Лана, снова укладываясь на мои колени. — И, к тому же, я плохо плаваю.

— Ты плохо плаваешь? — переспросила я с недоверием, чуть приподняв брови.

— Ну все, — с притворным вздохом произнесла она. — Теперь мой прекрасный образ старшей сестры безнадежно испорчен.

— Прекрасный? — не сдержавшись, я хмыкнула.

— Ты сама так не раз говорила, — заметила она с легкой усмешкой.

— Уже передумала. Ты же утром сказала, что я обычно несу хрень. — Я посмотрела на нее, довольная ее тихой, почти домашней игрой слов, которая разряжала этот странный день.

Здесь, на берегу, можно было чувствовать себя почти свободным, зная, что за тобой никто не наблюдает. Только Кирилл иногда маячил на периферии сознания, но я старалась не обращать на него внимания. Однако мысли о нем все же не давали покоя, и я машинально начала искать его взглядом. Но… его нигде не было видно. Смутная тревога медленно завладела мной. Вдруг на поверхности показалась его голова, но затем снова исчезла. Несколько секунд спустя я увидела поднятую руку, отчаянно бьющую по воде.

Я растолкала Лану.

— Что это с ним? Дурачится? — в голосе сквозило опасение, которого я не хотела признать.

— Не похоже, — мрачно ответила Лана, ее взгляд мгновенно стал серьезным. — Тонет.

— Вот черт! — вырвалось у меня, и я моментально рванула в действие.

Без колебаний, не развязывая шнурков, я стянула кроссовки и вскочила на ноги. Дернула язычок молнии на олимпийке, сбросив ее прямо на песок. Уже собиралась стянуть штаны, но Лана внезапно схватила меня за локоть и притянула к себе, крепко удерживая.

— Даже не думай, — прошипела она над ухом, ее голос был напряжен и угрожающе тверд.

Я резко дернулась, пытаясь вырваться.

— Пусти! Времени мало!

— Будешь сопротивляться — вырублю, — ее голос стал еще более решительным, а хватка еще крепче.

Я чувствовала, как напряженно ее тело держит меня, и знала, что она готова исполнить свою угрозу.

— Я не прощу себе, если не попытаюсь, — тихо выдавила я, чувствуя, как дрожит мой голос от волнения. — Пойми, я хорошо плаваю. Я справлюсь. Честно. Обещаю тебе.

Лана колебалась, не сразу отпуская меня. Но спустя несколько секунд ее пальцы ослабили хватку, и я, повернувшись к ней, успела уловить на ее лице остатки сомнений. Однако она собралась с силами и даже выдавила ободряющую улыбку, словно пытаясь убедить нас обеих в правильности этого решения.

Не мешкая, я быстро избавилась от оставшейся одежды и бросилась в воду. Ледяной холод обжег ступни, словно пронизывая до самых костей. Стиснув зубы, я заставила себя двигаться вперед, несмотря на то, что каждый шаг будто окутывал меня холодным одеялом. Когда я погрузилась в воду целиком, ощущение ледяного холода стало невыносимым. "Как этот идиот здесь плескался?" — мелькнуло у меня в голове, но я быстро отогнала эти мысли. Сейчас не было времени на сомнения.

Несмотря на то, что я давно не плавала, тело сразу вспомнило все движения. Мышцы будто автоматически подхватили ритм, и я двинулась к Кириллу, который был на расстоянии около пятидесяти метров. Я была уверена, что успею. Я должна была успеть.

Когда я наконец приблизилась, стало ясно, что ситуация хуже, чем я ожидала. Кирилл уже не барахтался. Его голова была погружена в воду, запрокинута назад так, что на поверхности оставалась только часть лица. Его рот был открыт, а остекленевшие глаза, которые бессмысленно смотрели в небо, вселяли ужас. Мое сердце ухнуло, но я знала, что паника — это последнее, что мне сейчас нужно.

Собрав все силы, я рванулась к нему, вытягивая руки, чтобы схватить его и вытянуть из воды.

Осталось всего ничего: подплыть сзади и захватить его. Но тут, по закону подлости, Кирилл начал уходить под воду. Пришлось поднырнуть под него, чтобы дать ему опору, и это оказалось моей ошибкой. Внезапно Кирилл ожил и вцепился в меня, как утопающий, который готов хвататься за все. Мне показалось, что у него внезапно появились дополнительные руки, потому что он хватал меня везде, цепляясь так крепко, что больно. Казалось, он пытался выбраться по мне, как по канату, обратно на поверхность, но вместо этого мы погружались все глубже.

В один миг я, пытавшаяся спасти, сама оказалась жертвой. Там, на берегу, мне казалось, что я не смогу жить спокойно, если не попытаюсь спасти человека, но теперь… теперь я рисковала потерять все. "Бедная Лана! Она отпустила меня, поверив в мои силы, а я ее подвела", — мелькнула мысль. Я ощущала вину за свое обещание, которое не смогла выполнить.

Злость на себя придала мне сил. Я резко вывернулась, заехав кулаком Кириллу — неважно куда, просто на рефлексах. Повторила удар, и наконец его пальцы ослабли, он обмяк. Теперь я могла ухватить его и начать всплывать.

Обратный путь оказался труднее, чем я думала. Кирилл хоть и не был слишком тяжелым, но его тело казалось неуклюжим, нескладным. Я быстро выдохлась, но не могла позволить себе расслабиться. Чтобы не паниковать, я просто задала себе темп: "Раз-два, раз-два", — повторяя про себя, как мантру, и считая каждый гребок.

Я даже не сразу поняла, что добралась до берега, пока Лана, закатав штанины, не зашла по колено в воду и не начала забирать у меня Кирилла. Только тогда я осознала, что справилась. Попыталась подняться на ноги, но они дрожали, голова кружилась. Кое-как шатаясь, сделала несколько шагов и рухнула рядом с Кириллом. Лана накинула на меня свою куртку, но это мало помогло — меня колотило от холода и усталости.

Кирилл лежал неподвижно. Его кожа была с синеватым оттенком, губы — фиолетовыми.

— Не дышит, — жалобно сказала я, клацая зубами, обращаясь к Лане.

В отличие от меня, Лана не паниковала. Она быстро запрокинула голову Кирилла назад, заткнула его нос пальцами и начала делать искусственное дыхание. Я наблюдала, как ее губы накрывают рот Кирилла, как ее руки уверенно нажимают на грудь. Она знала, что делает, словно это было для нее чем-то привычным.

— Ангелина натаскала, — пояснила Лана, не отвлекаясь от работы. — Лазарев — сердечник.

Наконец Кирилл закашлялся, и Лана повернула его набок, чтобы вода вытекла изо рта. Кирилл задышал, но выглядел ужасно.

— Потерпи, не умирай пока. Сейчас Ангелина с отцом твоим приедут, — сказала Лана, укрывая его покрывалом. — Расскажешь им все, а потом делай, что хочешь.

— Я хорошо плаваю, — прохрипел Кирилл, едва слышно. — Ногу свело. Запаниковал. А так я хорошо плаваю.

— Мы видели, — оборвала его Лана. — С вторым рождением тебя. Если бы не Даша, твой заплыв закончился бы плачевно.

Я не удержалась от колкости, хотя голос еще дрожал от напряжения.

— И с первым поцелуем тебя, — я ехидно ухмыльнулась. — Твой первый поцелуй был с той, кого ты больше всего ненавидишь. И уверяю, это твой первый и последний поцелуй, потому что никто просто так тебя не захочет целовать. Да и за деньги вряд ли. Слишком уж ты на хряка похож. Признайся, ты специально так долго не приходил в себя, чтобы растянуть удовольствие?

Кирилл посмотрел на меня как на полную идиотку, а потом неожиданно расхохотался. Он перевернулся на спину, обхватил себя за плечи и, уставившись в небо, продолжал смеяться, громко и неконтролируемо.

— Походу он себе мозги повредил. — покачала головой Лана.

— Похоже, что так и есть… — согласилась я.