Звёздочка для Демона

Глава 24

Прежде всего я от души напилась хрустальной, восхитительно холодной воды и со вкусом вымыла лицо и руки до локтей. Затем, понуждаемая совестью, сунулась помогать спутникам с лагерем, однако в ответ получила сначала «Отдыхай, девушка», а потом вообще невежливое «Пташка, ляг где-нибудь и не путайся под ногами». Впрочем, усталость моя была столь велика, что последнее я восприняла не как обиду, а как совет. И на самом деле улеглась на траву прямо под душистой акацией. Свернулась клубочком, положила ладонь под щёку и мгновенно уснула.

Спала я долго и пробуждалась медленно — словно постепенно выплывала из тёмной морской пучины. Это было даже интересно — наблюдать, как потихоньку возвращаются ощущение тела и твёрдой земли под ним, запахи травы и костра, звуки голосов.

— Скоро приготовится. Будить?

— Пусть ещё поспит — вон, как умоталась, бедная.

— Пф. Как будто она сама в этом не виновата как минимум наполовину.

Здесь мне стало обидно — да, я много чего натворила, но можно было обойтись и без подобных высказываний!

— И вообще, — тем временем продолжал Гарм, — солнце уже садится. Так что будить надо, без вариантов.

«Не хочу!» — почувствовав его приближение, я уткнулась лицом в сгиб локтя.

— А искупаться хочешь?

— Что? — я открыла глаза и, приподняв голову, посмотрела на присевшего рядом демона.

— Искупаться, — терпеливо повторил он и махнул рукой куда-то в сторону. — Здесь есть купель.

— О. — Я села на траве и посмотрела в сторону зарослей акации. При упоминании купания тело начало неприятно зудеть, искушая согласиться. Однако было одно серьёзное «но» — ненадёжная ширма из листьев и ветвей между мною и тремя мужчинами. Конечно, меня, как герцогскую невесту, никто бы не обидел, и всё же…

— Спасибо. — Я наконец приняла решение. — Но, пожалуй, обойдусь.

Гарм демонстративно закатил глаза, а устремлённые на меня взгляды двух других спутников преисполнились крайней укоризны.

— Девушка, ты серьёзно считаешь нас озабоченными юнцами? — риторически поинтересовался Эктиарн.

— Или думаешь, будто у тебя есть что-то, чего мы не видели у других женщин? — едко подхватил Гарм, заставив меня сердито вспыхнуть.

А Флегетон просто снял развешенное на кустах полотнище и вручил мне со словами:

— Иди купайся. Никто не будет за тобой подсматривать.

После этого мои щёки и уши запылали ещё сильнее — теперь уже от смущённой виноватости. Ни на кого не глядя, я поднялась с земли, торопливо вытащила из седельной сумки чистую одежду и фактически сбежала к купальне.

Это был небольшой, круглый бассейн, обложенный по краю грубо обтёсанным песчаником. Я потрогала воду — приятная прохлада — и, опасливо оглядываясь, начала раздеваться. Скинула сапоги, расплела уложенную вокруг головы косу, стянула жилет. Вытащила из-за пазухи мамино зеркало — всё время забывалось вернуть его в сумку — и торопливо избавилась от пропитавшейся потом рубашки и штанов. В последний раз оглянулась, стыдливо прикрываясь волосами, и скользнула в чашу купальни.

Непередаваемое блаженство. Я погрузилась в воду с головой, а когда вынырнула, поняла, что широко и счастливо улыбаюсь. Легла на спину, оперевшись затылком на удобную выемку в одном из камней бортика, да так и застыла, бездумно глядя вверх, где едва покачивались широкие пальмовые листья. И, наверное, задремала с открытыми глазами, потому что, услышав оклик Гарма:

— Пташка, ты там не утонула? — едва не ушла под воду от неожиданности. Сипло крикнула в ответ:

— Нет, всё в порядке! — и неохотно занялась купанием. Выполоскала волосы, поскребла тело мелким песком со дна бассейна, попутно обнаружив, откуда в него втекала и куда вытекала вода. А затем без желания выбралась на берег и завернулась в выданное мне полотнище. Но только прилегла на траву, собираясь ещё чуточку отдохнуть, как из-за кустов раздалось:

— Девушка, ужин готов!

— Да-да, иду! — в унисон с заурчавшим желудком отозвалась я. Кое-как вытерлась, надела чистые штаны и рубашку и, подхватив вещи, босиком направилась к костру.

Сегодня мы ужинали не надоевшим сухпайком, а густой, наваристой похлёбкой вприкуску с хрустящими галетами. Обжигаясь и не имея воли подождать, пока остынет, я разделалась со своей порцией едва ли не быстрее всех.

— Добавки? — спросил бывший за повара Флегетон.

Я сначала с энтузиазмом закивала, а потом сообразила, что негоже объедать спутников, и спешно сказала:

— Только чуть-чуть, я, в принципе, уже наелась.

Гарм издал своё коронное «Пф!», а Флегетон молча положил в мою миску ровно такую же порцию. Я почувствовала, что опять краснею, и от всего сердца поблагодарила:

— Спасибо. Очень вкусно.

— Поддерживаю, — Эктиарн тоже протянул повару миску за добавкой. — Я ведь не зря говорю, что у тебя талант.

Тёмные глаза Флегетона польщённо заблестели, однако ответил он со своей обычной беспристрастностью:

— После тяжёлой дороги любая горячая еда покажется пиршеством Прежних.

— Не любая, — возразил Гарм и, со значением подняв ложку, прибавил: — Вот почему я так настаивал, чтобы с нами отправился именно ты.

Флегетон выгнул бровь.

— А я думал, тебе просто нужен был Следопыт.

— Мне нужен был Следопыт с умением приготовить из сухпайка королевский обед, — Гарм улыбнулся одними уголками губ. — И я такого получил.

— Благодарю, — наклонил голову посерьёзневший Флегетон, и моё смутное ощущение, что этих троих объединяет не приказ доставить девчонку-ангела, а давние и тёплые отношения, превратилось в уверенность.

«Но, с другой стороны, чему я удивляюсь? — я зачерпнула ложку каши. — Дружба, верность, забота о слабом — это ведь основа основ. А быть средоточием только дурного не могут даже демоны».

— Что там, котелок пуст? — Гарм с какой-то излишней резкостью поднялся на ноги, отвлекая меня от раздумий. — Пойду посуду мыть.

Эктиарн и Флегетон одновременно посмотрели на него с лёгким недоумением, и последний ответил:

— Осталось немного. Возьмёшь добавку?

— Лучше себе положи, — отказался Гарм. — Или, вон, пташке, а то у неё уже ключицы торчат.

Поперхнувшись, я быстро поставила миску на землю и застегнула воротник рубашки под самое горло. Ещё не хватало, чтобы меня разглядывали! А когда Флегетон предложил:

— Будешь? — отрицательно мотнула головой.

— А ты? — повар развернулся к Эктиарну и тоже получил отказ: — Спасибо, но лучше доешь сам. Хватит себя обделять ради нас.

— Да никого я не обделяю, — отнекнулся Флегетон, однако добавку себе положил. А Гарм, собрав посуду, отправился к воде, и я под страхом смерти не смогла бы ответить, чем его внезапная идея с мытьём так меня насторожила.