Как и собирались, от судьбоносного Белого озера мы выехали в предрассветных сумерках. Несмотря на тяжёлый вчерашний день и не так уж много сна, я чувствовала себя как никогда полной сил. И настроение тоже было неожиданно бодрым: хотя будущее по-прежнему не воодушевляло, смотрелось в него с боевым задором.
«Неужели это всё смирр? — удивлялась я, наблюдая за носившимся вокруг нашего отряда фамильяром. — Каким же искусным и знающим народом были метаморфы!»
И как жаль, что в прошлое нельзя вернуться, хотя бы совсем ненадолго! Как бы мне хотелось в реальности увидеть гору-град Меру и познакомиться с удивительными существами, обитавшими тогда в нашем мире. Я посмотрела в спину ехавшего впереди Гарма и подавила вздох. Даже порасспрашивать не получится: справа от него ехал Флегетон, слева — герцог, а оттеснить кого-то из них мне не хватило бы наглости.
— Ты думала, как его назвать? — отвлёк меня ехавший рядом Эктиарн.
— Вы о смирре? — уточнила я и, получив в ответ кивок, призналась: — Нет пока.
Потому что «Рыжик» или «Пушок» казались слишком глупыми и банальными, а больше ничего на ум мне не приходило.
— Знаешь, — Эктиарн наблюдал, как поймавший крупного чёрного жука смирр пытается всучить добычу сердитому Гарму, — я не уверен, что вчера расслышал правильно — животные ведь вообще не разговаривают в привычном для нас понятии. Так вот, я, конечно, могу ошибаться, но то, как он себя называл, было похоже на «Маленький Защитник».
— Маленький Защитник, — повторила я, и фамильяр, выпустив несчастного жука, немедленно перелетел ко мне. — Тебе нравится это имя?
— Мр.
Я вопросительно посмотрела на Эктиарна, и тот развёл руками:
— Очень похоже, что да. Однако повторюсь, я плохо его понимаю.
— Ладно, — я почесала смирра за ушком. — Будешь Маленьким Защитником.
— Мр. — И фамильяр, доселе благополучно игнорировавший и герцога, и Флегетона, которого ему уже приходилось лечить, неожиданно перебрался на луку седла к моему собеседнику.
— Наконец-то, — проворчал обернувшийся на нас Гарм. — Распознал, кто здесь будет точно рад любой притащенной дряни.
Эктиарн не ответил. Он зачарованно глядел на зверька, не решаясь даже погладить мягкую шёрстку.
А из-за волнистого горизонта величаво выплывал небесный родич смирра — золотой солнечный шар. Персиковые и лиловые облака почтительно расступались перед ним, и умытый росою мир был так прекрасен, что от восторга хотелось петь, вторя жаворонку в поднебесье. Или самой взлететь ввысь, или хотя бы пуститься по степи вскачь. Увы, ничего из этого я сделать не могла, так что оставалось просто...
— Ну что, господин герцог, — вдруг прервал мои невесёлые рассуждения Гарм. — Наперегонки до во-он того холма? С раздвоенной вершиной.
— Полагаешь, стоит напрягать лошадей? — усомнился герцог. — У нас по плану много лиг на сегодня.
— С лошадьми всё будет в порядке, — подал голос Эктиарн, освобождая из зубов смирра очередное насекомое, неудачно пролетавшее мимо пушистого охотника. — А разминка нам не помешает.
С его мнением герцог спорить не стал и сделал разрешающий знак.
— Тогда на счёт три? — Гарм обернулся ко мне, и в его золотистом взгляде было столько лукавства, что я заподозрила, будто он слышит мои мысли и без посредничества фамильяра. — Раз. Два. Три!
И кони сорвались с места.
Свобода. Пригнувшись к луке седла, с ветром в волосах, и копыта единорога будто не касаются земли, и плащ реет за спиной, как крылья. Двугорбый холм всё ближе, ближе, ближе…
— Ничего себе! Пташка выиграла!
Я?
Жемчужина перешла с галопа на рысь, а я, машинально заправляя за ухо выбившуюся прядь, неожиданно для себя осознала, что действительно обогнала своих спутников.
— Асгарм. — В тоне герцога слышался шутливый укор, и Гарм, немедленно поняв подтекст, поспешил исправиться:
— Прошу прощения, госпожа Астрейя. Забылся.
Я подхватила шутку, царственно кивнув:
— Ваши извинения приняты, — но не удержала важную мину и прыснула.
— Хорошая получилась разминка, — Эктиарн тоже улыбался, и восседавший у него на плече смирр подтвердил: — Миу!
— Согласен. — Даже вечно серьёзного Следопыта захватило общее настроение, отразившись улыбкой в тёмных глазах. И поняв это, он быстро добавил: — Однако дальше давайте без гонок. Иначе я не ручаюсь за ночёвку в Тиаде.
— Как скажешь, — легко согласился Гарм. — Тем более что впереди граница.
Тогда я не до конца поняла последнюю фразу, но когда ближе к полудню отряд подъехал к неширокой тёмной полосе реки, открывшийся вид исчерпывающе разъяснил смысл сказанного.
На самом деле, странности начались ещё раньше. На юго-востоке, куда лежал наш путь, у горизонта повис тёмный фронт, а к тому моменту, как мы оказались у реки, сизые, неповоротливые тучи заслонили уже половину небосвода. Причём их граница проходила чётко по воде, словно кто-то выставил невидимую стену, чтобы сдерживать напор неприятеля. Однако впечатление от контраста двух берегов было ещё сильнее.
— Это Нигредо?
Я смотрела на чёрную, будто после пожара пустошь, на холмы, чьи вершины кое-где белели снегом, на низкое, давящее небо, и моё сердце сжималось от сострадания.
Как они живут там? Без солнца, без цветов и зелени, без лета?
— Вы правильно поняли, — ровно ответил герцог. И прибавил: — У вас же есть тёплая одежда? Сейчас самое время её надеть.
С последним я была согласна — с той стороны реки ощутимо тянуло холодом. Но всё равно было странно надевать подбитую мехом куртку и пристёгивать к плащу подстёжку, стоя на зелёном лугу под ярким солнцем.
Пока я, не без помощи Эктиарна, возилась со своими седельными сумками, Гарм и Флегетон успели спуститься к воде и по им одним понятным приметам найти брод. Мы наскоро перекусили сухпайком и без приключений перебрались на другой берег. Под копытами лошадей захрустели ломкие травинки, невесть откуда налетевший промозглый ветер заставил плотнее закутаться в плащ. Напоследок я бросила тоскливый взгляд на оставленную нами солнечную страну — каким бы однообразным ни был её пейзаж, какие бы опасные твари ни жили в её холмах и лесах, она всё-таки больше походила на мою родину, чем пасмурный край впереди.
Теперь мы ехали в новом порядке: первым Флегетон, за ним я, по бокам от меня Гарм и герцог и замыкающим Эктиарн. Мужчины зорко поглядывали по сторонам — видимо, даже на своей территории им было чего опасаться. Проникнувшийся общей серьёзностью смирр перестал носиться вокруг нас и теперь восседал на луке моего седла, распушив шерсть и оттого сделавшись совсем уж шарообразным.
Несмотря на противоположность этого места Проклятой пустыне, мне вспомнился наш переход через последнюю. То же самое чувство застывшего времени и раз за разом повторяющихся декораций, обессиливавшие не хуже безжалостного зноя. Не знаю, как здесь вообще можно было путешествовать, не имея провожатого с даром Следопыта — без солнца, звёзд и любых хоть немного заметных ориентиров.
— Что там на севере? — нарушивший длительное молчание Гарм приподнялся на стременах.
Все немедленно посмотрели в ту сторону. Я не заметила ничего пугающего — просто небо было более тёмным. Однако Флегетон, по-звериному поведя носом, встревоженно бросил:
— Снежная буря, движется прямо на нас. Надо уходить с её пути, живо!