Следующий день был ностальгически мирным и спокойным — как короткий привет из прежней беспечальной жизни в Альбедо. Я спала или валялась на мягкой траве, ела с куста мелкие кисло-сладкие ягоды, бродила босиком по мелководью, выбирая красивые камушки и бросая их обратно в воду. Вокруг моих ног крутились стайки мальков, солнце припекало голову и плечи, но когда чистивший на берегу рыбу Флегетон неуверенно начал:
— Выше по течению есть заводь, довольно глубокая... — я, вспомнив умывание, закончившееся в землянке ренегатов, отрицательно замотала головой: — Нет-нет, спасибо, обойдусь.
Демон понимающе кивнул и отправился к костру — варить уху из пойманной Гармом серебрянки. Причём пойманной весьма необычным способом.
Я как раз сидела на берегу, любовалась танцем солнечных бликов и лениво размышляла, не пойти ли мне подремать, когда к ручью подошёл Гарм с длинным заострённым шестом в руках. Не обращая на меня внимания, скинул сапоги, жилет и рубашку, закатал штанины и вошёл в воду. Побродил туда-сюда, по ему одному понятным признакам выбрал место и замер, подняв шест, как копьё.
Он стоял — а я рассматривала его, словно скульптуру в какой-нибудь из галерей отцовского дворца. Горделивая посадка головы, поджарое, как у гончей, тело, чёткий рельеф сухих мускулов под гладкой кожей. Сильный, красивый мужчина, и мне, как благовоспитанной девушке, наверняка следовало испытывать неловкость даже от мимолётного взгляда на него. Однако никакого стеснения я, как ни странно, не чувствовала. Наоборот, ко мне в голову вдруг забрела любопытная мысль: если метаморфы выглядят как хотят, значит, такая внешность не результат природных данных и жёстких тренировок? Просто видимость, подделка?
Отчего-то последняя мысль показалась мне неприятной, однако разобраться в своих ощущениях я не успела. Гарм вдруг ожил — вода вокруг него вскипела фонтаном, и вскоре на импровизированном копье забились три крупные серебристые рыбины. Подойдя к берегу, рыболов ловко скинул их на траву и с королевским достоинством вернулся на прежнее место.
«Я что, опять слишком громко подумала?» — Как же всё-таки неудобно, когда тебя слышат!
«Честное слово, я не хотела вас обидеть!»
И без того напряжённые спина и плечи Гарма сделались каменно жёсткими.
— Пташка, ты меня отвлекаешь, — сдержанно, но явно недобро произнёс он.
— Простите. — Как бы уютно мне ни сиделось, я немедленно встала на ноги. — Уже ухожу.
И действительно вернулась в лагерь, где Эктиарн, опираясь на Флегетона, совершал пробную прогулку до костра и обратно.
— Как вы себя чувствуете? — заботливо спросила я и получила в ответ тёплую улыбку: — Вполне неплохо. Думаю, завтра уже смогу сесть в седло.
— Конечно-конечно, — скептически проворчал Следопыт, помогая раненому устроиться на спальном месте под дубом.
— Напрасно сомневаешься, — возразил Эктиарн. — Вы очень хорошо меня залатали — время нужно лишь на восстановление сил, а это быстро.
— Надеюсь, — отозвался Флегетон. — Однако гораздо больше мне бы хотелось, чтобы у нас было два дня отдыха, а не один.
Здесь я не могла его не поддержать. Меня откровенно страшили дорога и будущее, к которому она вела, и потому хотелось как можно дольше побыть в беззаботном настоящем — маленьком лагере на краю Изначального леса.
К сожалению, нашему с Флегетоном желанию было не дано осуществиться. Перед ужином в золотисто-лиловом небе мелькнула белая точка, и прямо в руки к присматривавшему за котелком Гарму спикировала бумажная птичка. Он без промедления развернул послание, пробежал глазами по строчкам, и черты его лица медально затвердели.
— Что там? — обеспокоенно спросила я, поднимаясь с походного ложа. Гарм скользнул по мне ничего не выражающим взглядом и ровно ответил:
— Завтра к вечеру нам необходимо быть у Белого озера.
— Зачем? — встревоженный Эктиарн также не спускал с командира глаз.
Тот спрятал послание за пазуху.
— Приказ герцога. Выезжаем на рассвете.
— На рассвете? — проверявший лошадей Флегетон только подошёл и потому услышал лишь последнюю фразу.
— Герцог хочет, чтобы завтра вечером мы были у Белого озера, — повторил Гарм и вытащил из мешочка на поясе Камень Пути. — Надо прикинуть маршрут.
— После ужина, — остановил его Следопыт. — Похлёбка уже готова.
Взвесив аргумент, Гарм кивнул и спрятал Камень. А мне сделалось ужасно тоскливо и обидно — ну почему вестница не могла прилететь позже? Зачем надо было портить вечер?
— Приходите ужинать. — Гарм был хмур, и оттого приглашение прозвучало неоправданно резко.
«Что же ещё написал герцог?»
Я проглотила вопрос, прекрасно понимая,что мне бы вряд ли на него ответили, и поддержала всё ещё с трудом встававшего раненого.
— Благодарю, девушка, — оказавшись на ногах Эктиарн деликатно высвободил локоть из моей руки. Вполне твёрдо подошёл к костру, а когда я, идя за ним, последней уселась на заменявшее лавку бревно, Гарм неожиданно произнёс:
— Герцог написал, что прибудет к Белому озеру завтра в час ласточек. Он без свиты, но опаздывать всё равно нельзя.
Моё сердце будто окатили ледяной водой.
— Герцог будет нас ждать?!
Даже не посмотрев в мою сторону, Гарм сухо поправил:
— Не нас, а тебя, пташка. Свою невесту.