Наследие исчезнувшего рода. Квест для попаданки

Глава 106. Раскачка

Оставив гвардейцев соревноваться живостью с манекенами, я распахнула с помощью магии высокие двустворчатые двери, которые специально закрыли после того, как гости собрались, чтобы потом торжественно раскрыть перед Айнигмаром. Все тонкости местного бального этикета мне не были известны – ориентировалась лишь на обрывки разговоров фрейлин и придворных дам, когда отправлялась ранее на прогулки, но кое-какие нюансы запомнила. При моём появлении все синхронно повернули головы, и раздался недоумённый ропот, переросший в возмущённые восклики. Я нарочно шла очень медленно, чтобы в дверном проёме прочно закрепился плетёный блок, не позволяющий никому покинуть зал, но пропускающий всех желающих. Роскошный дубовый паркет едва ощутимо вибрировал под ковровой дорожкой, откликаясь на скользящих под ним призраков.

– Не ждали? Странно, вроде бал посвящён моей помолвке с принцем Алайном, вас всех собрали, а вот нас с женихом не пригласили.

Шум вокруг меня усилился, но пока никто не стремился предпринимать каких-либо действий. Я достала из кармана пять записывающих артефактов, специально оплетённых и изолированных моей магией, чтобы не превратились в кучку бесполезных стекляшек, и подкинула к потолку, где они быстро прилепились к «сетке».

– Это переходит все границы!

– О, лорд Эстквер, не о тех ли границах речь, ради которых вы избавились от сводного брата, а потом более десятка лет не приезжали в старый родительский дом из-за его призрака? За сдерживание которого, вы платили бешеные деньги артефакторам и предложили королю одну из своих дочерей в качестве разменной монеты?

Мужчина побледнел и попытался оправдаться, но я просто демонстративно щёлкнула пальцами, выпуская на волю призрака его недовольного родственника.

Кто-то завизжал от испуга, многие попытались отодвинуться подальше от Эстквера, создавая тем самым вокруг него некую зону отчуждения.

– Это немыслимо! Возмутительно! Выходит за рамки приличия!

– Советник Гловер, это вы о тех приличиях говорите, ради которых избавились от первой жены, чтобы не выплачивать ей отступные и не возвращать половину приданого?

Щелчок пальцами, ещё один и ещё...

Раз уж увидела знакомые лица, так почему бы не воспользоваться моментом и не подорвать репутацию короля, присыпав пеплом заодно особо отличившихся из моих заказчиков? Я сейчас делала то, что умею лучше всего – бесила людей, сея хаос и панику. Легионеры предупредили, что король приближается, поэтому пока в зале творился полнейший бардак, спокойно дошла до трона и расположилась на нём. Всегда интересно было узнать, чем этот вид кресел отличается от множества других. Возмущённые моей наглостью гости пытались вызвать стражу или гвардейцев на помощь, те, кто владели некромантской магией, тщетно тратили свои силы на изгнание призраков, которые устроили вакханалию как в толпе, так и над ней. Кто-то даже решил покинуть зал, пытаясь отбиться от напора «любимой» тёщи. Впрочем, отличившиеся дамы тоже были. Призраки невинно убиенных не скупились ни на выражения, ни на подробности своей кончины. Артефакты записывали каждое слово, я же наслаждалась зрелищем, разворачивающимся за дверьми, наблюдая глазами одного из безмолвных за происходящим.

Король ступал по расстеленной алой ковровой дорожке, неся себя с аккуратностью хрустальной вазы. Увидев не шелохнувшихся при его появлении гвардейцев, которые должны были отдать ему честь и распахнуть двери в зал, он остановился и приказал повиноваться. Естественно, никакой реакции не последовало, что очень разозлило Айнигмара. Охрана, готовая принять бой в любое мгновение, вместе с королевскими магами обступила своего монарха, чей скрытый дар начал реагировать на близость призраков ещё сильнее и доставлять всё больше дискомфорта.

Портальные артефакты я вырубила на расстоянии, открыв часть своей ауры, от сферы отделился заслон, не позволяющий вернуться, поэтому пути назад у процессии не было. Проявив любезность, распахнула двери и смела распоясавшихся призраков к стенам, чтобы не маячили, загораживая обзор.

– Арестовать её! В темницу!

Маги начали атаковать меня в то время, как гвардейцы тут же кинулись к трону, но замерли на полпути, не в силах пошевелиться. Натиск был серьёзным, но мне удавалось удерживать свою защиту, не проявляя никаких дополнительных мер. Закинув ногу на ногу, я сделала синхронный жест обеими руками, и, подцепив души, заставила их обладателей расступиться, чтобы дать дорогу королю.

Даже пальцем поманила Айнигмара. На первом этаже начались шевеления, вызванные отданным королём приказом через клятву верности. Ими занялись легионеры, действуя слаженно и чётко.

– Что же вы замерли, Ваше Величество? Разве не слышите, как ваши верные подданные взывают к вашей помощи, как справедливейшему и сильнейшему магу?

Проявить неуважение по отношению к фебу – это даже серьёзнее, чем отнять у ребёнка конфету. Смертельная обида до конца его дней, или твоих – тут уж как карта ляжет. Дар некроманта, окончательно вошедший в резонанс с артефактом внутри короля, пытался прорваться наружу. Айнигмар приложил руку к груди, видимо, желая подпитаться силой Адриана, но отклика не последовало. Подготовка к балу – вещь серьёзная, требующая значительного количества времени, ведь король должен выглядеть подобающим образом, поражая воображение своим великолепием, поэтому этот мерзкий клещ напился магией сына, чтобы тот не маячил в его покоях и дал возможность собраться.

На это и был мой расчёт, когда «похищала» наследника и обрывала все привязки. При перманентном голоде заметить прекращение поступления пищи легко в отличие от ощущения сытости, когда потребность в постоянном донорстве отпадала. Распорядок дня короля как раз был выстроен так, чтобы время, проведённое вдали от сына, не влияло на общее состояние Айнигмара. В основном это были часы, посвящённые отдыху и сну.

Король вскинул руку и выкрикнул ключевую фразу, активировавшую подчинение, но у меня даже пятка не зачесалась.

Крутанув кистями рук, я сняла души с крючков и вернула гостям и гвардейцам возможность двигаться. В меня тут же полетели боевые заклинания, отскакивающие от зеркального защитного экрана и не приносящие мне ни малейшего вреда. Я знала, что меня уже хотят убить и будут убивать в прямом смысле слова, но продолжала издеваться, чтобы ещё сильнее вывести короля из себя:

– Что же вы, Ваше Величество? Считаете, что я заняла ваше место не по праву? Но как же так, ведь сделав невестой своего младшего сына, сами открыли мне путь к трону, поставив в очередь на престолонаследие. Или вы боитесь призраков? Так здесь собрались все «свои» – большие почитатели крепких семейных уз. Все уже поделились своими историями, осталось дело за вами!

Многозначительно поиграв бровями, я специально уставилась на потолок.

– Убрать! Сделайте хоть что-нибудь!

Широко улыбнувшись, я поднялась с трона и отошла в сторону: – Могу позвать Её Величество королеву Беату. Она давно ждёт встречи с вами, соскучилась настолько, что накопила к вам множество вопросов. Что же вы так побледнели? Ах да, королева же вроде как умерла из-за несчастного случая или это было следствием спонтанного магического истощения после рождения младших сыновей?

В зале повисла гробовая тишина, и даже маги перестали атаковать.

– Король Айнигмар, вы обвиняетесь в убийстве вашего самого младшего сына, тайно похороненного безымянным, и вашей супруги, королевы Беаты.

Ощутимо повеяло озоном, и в дверном проёме показалась эйрена, гордо парящая над полом. Её появление окончательно добило Айнигмара, ожидавшего поддержки и защиты от своих гвардейцев, отчаянно прорывающихся через моих легионеров. Со всего дворца к Малому больному залу стекались все магически одарённые, чтобы защитить своего короля, повинуясь присяге. Пусть моя аура тяжело переносится окружающими, но способности не безграничны. Артефакт внутри короля уже налился красным и начал просвечивать сквозь праздничные одежды. Ну, давай же! Ещё чуть-чуть!

Маги жизни – это самые сильные из всех одарённых, действующих на положительных потоках. По сути, они являются универсалами, подчиняющими все стихии, но при этом владеющие высшим уровнем целительского дара, способного своей энергии лечить не только тела, но и души. Своими поступками Айнигмар практически до предела выжег способность артефакта аккумулировать в себе это последнее свойство. Энергия жизни могла раздаваться лишь «вчистую» – черпаясь от Адриана при близком контакте, но при этом для поддержания характерной ауры мага жизни, чтобы ввести окружение в заблуждение, она должна была постоянно поддерживаться на нужном уровне. Просто сама переродившаяся сущность Айнигмара пожирала её. Я не могла просто подойти к королю и выдрать из него артефакт, как сделала это с Алайном. Нужно было довести Айнигмара до предела, чтобы артефакт начал отторгаться сам.

Пока все переключили своё внимание на призрак Беаты, которая с маниакальной улыбкой вещала, как любящий муж вычеркнул её из мира живых, я скинула с себя туфли и затолкала под трон. Затем извлекла из себя кинжал, начавший трансформироваться в копьё. Соорудив себе подходящую обувку, я окончательно развоплотилась, погружаясь на более высокие уровни своей истинной сущности. Мне нужно было «видеть» всё, не отвлекаясь на погружение и переключение между моими легионерами и безмолвными. К змеиному шипению добавился шелест крыльев, на каждом пере которых открылось по оку. Жутковатенько, соглашусь, но когда эйрена распознала вот мне Смерть, ни капли не шутила, а я не отрицала этого факта. Двойное воплощение – наследница рода Дэагост и Смерти. Так уж вышло, что настала моя очередь представлять костлявую. В том поколении санатер ею была бабушка Тори – Ансония. Только за счёт этого самой слабой из Старших родов санатер удалось выстоять против Ордена гриров. Зато теперь в этом образе я могла эффективнее распределять свою силу.

Дворец гудел и сотрясался из-за отражения магических атак, которое контролировала я, эйрена Беата не щадила своего мужа, атакуя всей своей мощью. Одни портальные ловушки схлопывались, другие открывались. Несмотря на острое желание разнести весь дворец по кирпичику, не должны были пострадать те, кто хотел покинуть этот ад, но вынужден был подчиняться Айнигмару из-за присяги. Я же не сволочь, чтобы допустить гибель невинных. Должны были остаться те, кто поддерживал короля и свидетели. Души последних я извлекла и подключила к «сетке», оставив наблюдателями. Мне нужен был максимум доказательств, что король давно уже перешёл на тёмную сторону, чтобы желающих повторить потом не нашлось.

Айнигмар отбивался от жены, которая забавлялась с ним, как кошка с мышкой. Проблема состояла в том, что мы с ней обе не знали, какой потенциал завуалировал артефакт. Мы просто должны были выйти с эйреной в ноль, чтобы перерождённая сущность не начала поглощать магию из всех, до кого смогла бы дотянуться.

К погрому, учиняемому всеми моими призраками, чтобы задержать магов, спешащих к королю, добавились попытки прорваться в замок извне. Что там творилось снаружи, было уже вне моей досягаемости, здесь работы хватало. Являться воплощением Смерти – не означало быть бессмертной. Просто немножечко чуть более трудноубиваемой, чем все Дэагосты.

Артефакт раскалился до предела, и тогда я кинула копьё, вонзившееся в паркет прямо у ног короля.

– Чудовище! Монстр! Убейте её! – приказ Айнигмара прокатился по всему дворцу, заставляя магов ускориться, даже если они сейчас были не в самом выгодном положении.

Ой, на себя бы посмотрел! Это был уже не Айнигмар, как производное от enigma – загадка, ребус, а настоящий nightmare – ночной кошмар, от которого никакими подушками не отмашешься.

Сила копья послужила мощным магнитом, заставившем артефакт взорваться. Быстро присев и зарывшись крыльями, чтобы опасные осколки не нашинковали меня на бефстроганов, я одновременно направила поток своей магии на Айнигмара. Вернее, то, во что он превратился. Представьте себе коровью тушу, которую фаршировали големом, а потом внутрь засунули связку динамита.

Нас с эйреной просто смело в сторону пожранной Айнигмаром магией, сквозь которую пробивался деформированный и недоразвитый дар некроманта, желающий получить всё, что ему недодали за все годы жизни. Убойный во всех смыслах коктейль.

Магия из Айнигмара фонтанировала так, что нам с эйреной Беатой пришлось выкладываться по полной, накрывая бывшего короля потоками своей магии. Мне зацепиться было просто не за что – от души остался обугленный камень.

Гвардейцы, охрана, Тайная полиция и остатки королевских магов были уже совсем рядом с залом, когда моя защитная сфера вокруг дворца дрогнула. Нашли-таки ключик, чтобы войти.

Ситуация осложнялась с каждой минутой, но что было хуже всего – сюда направлялся тот, кто мог меня убить максимально быстро и эффективно...