Наследие исчезнувшего рода. Квест для попаданки

Глава 78. Неживые и мёртвые

– Был такой... деятель... – словно выплёвывая каждое слово, начал свой рассказ Кроденер. – Лотус Беренгар. Талантливый некромант – экспериментатор. Уникум в своём роде. Обычно некроманты идут либо в упокоители, либо в ищейки, либо остаются практиками в лабораториях, изучая останки более глубоко, чем эксперты. Редко кому удаётся сохранять интерес и к розыскной работе, и к практической. Беренгара интересовало и то и другое, вот только «углубился» слишком сильно в свои исследования и перешёл границу допустимого. За что был пойман и казнён. По крайней мере, я был в этом уверен, пока не ощутил его ауру. Причём её пытались стереть, так что, Диана, признаю свою ошибку – после того, как ты разрушила дом-лабораторию, кто-то приходил зачищать следы, но почему-то не преуспел в этом. Хотя очень старался.

– А можно поподробнее, насколько глубоко пал в своей бесчеловечности Беренгар?

– Вначале он приходил к умирающим и пытался подчинить себе их души, чтобы вернуть потом обратно, сделав из них своих марионеток. Затем продолжил свои эксперименты на живых и здоровых.

Как хорошо, что у меня родные волосы плотно прилизаны и закреплены невидимками, а сверху придавлены париком.

– Как давно он был «якобы казнён»?

– Двадцать один год назад, – с ходу ответил Кроденер. – Я наблюдал за его казнью, а теперь думаю, что некто сумел навести очень качественную иллюзию.

По классике жанра цифры у меня не сходились. Условно принцип создания некромортусов был похож, но Атенайя к тому времени уже несколько десятков лет, как умерла. Последователь? Тоже может быть... Чем сильнее переходит маг «на тёмную сторону», тем уродливее и извращённее становится его магия. Как раз подходит под описание некроманта с деформированной магией. На Кроденера было страшно смотреть – настолько сильно скорбь превратила его лицо в неподвижную маску.

– Кто?

– Близкий друг.

– Всё, вопросов больше не имею по этой линии. Зато сразу возник другой, что вполне закономерно: преступления Беренгара, я так понимаю, шли по самым тяжёлым статьям, а это уже уровень королевского суда. Так как получилось, что удалось «подделать» казнь?

– За деньги всё возможно, Диана, особенно при наличии серьёзного покровителя, – глухо ответил Кроденер, доставая трубку и кисет из кармана. – И того палача уже не допросишь – он умер вскоре после казни. Но там точно был несчастный случай: я посчитал это странным совпадением и тайно провёл собственное расследование. К тому же палачей, в том числе и ушедших в отставку, проверяют особые некроманты из Тайной полиции во избежание разглашения конфиденциальной информации.

В сердцах я выругалась: – Лучше бы и души казнённых проверяли, чтобы точно убедиться, умерли те или нет!

– Пятнадцать лет назад так и стали делать, когда возникли вопросы к одному из действующих палачей. Теперь точно ошибок и подмен не возникает.

Я раздражённо вышагивала перед домом с некромортусами, вспоминая написанное в книге Атенайи. Проверять они стали! Раньше смотреть лучше надо было! Задним умом все крепки. Резко развернувшись, я скрестила руки на груди:

– Скажите, а вы, случайно, не знаете, имеются ли в спальне Его Величества артефакты по типу датчиков, улавливающих движение или что-нибудь в таком роде?

– Диана!

– Так, мысли вслух. У меня просто возникло острое желание побеседовать с королём с глазу на глаз. Возможно, в присутствии парочки своих безмолвных... Чем больше слышу о хеймрановском монархе, тем всё чаще возникает мысль держаться от него как можно дальше и оградить всех своих друзей.

– Всё не настолько плохо, Диана. Бремя власти накладывает отпечаток как на личность, так и на принятие решений...

– Кроденер, я понимаю, что история знала, как мудрых правителей, при которых королевства и империи расцветали, так и тиранов, приведших свой народ и страны к погибели, но мнение своё уже высказала.

– Даже не думай реализовать то, что озвучила. Вырвать Тори и лап грира Райдена мы смогли, но если ты попадёшь в королевские застенки, там мы окажемся бессильны. И нет, не заостряй своё внимание на слове «если». Просто прошу тебя, Диана, послушайся моего совета. Тори мне практически как внучка, в тебе мне импонирует твои ум и наглость, но не совершай, пожалуйста, ошибок, в результате которых пострадаете вы обе.

– Считайте, что этого разговора не было. Готовы идти в дом?

Кроденер вытряхнул трубку и спрятал в карман: – Теперь твой черёд подробнее рассказать о некромантусах. Подробнее.

Вести повествование мне пришлось уже медведю, который начал внимательно исследовать территорию.

– Некромантусы – это некий искусственно созданный гибрид из умертвия и лича. Владеет магией, но собственной воли не имеет, будучи лишь послушным исполнителем своего «хозяина». Но, что хуже всего, на мой взгляд – фактически это ходящее биологическое оружие. Во время атаки некромантусы выплёскивают вместе с магией яд, действующий наподобие сильно концентрированной кислоты. Собственно, они ею накачаны, как бальзамирующим раствором. Химическую формулу не назову – Атенайя не оставила никаких упоминаний. Но факт остаётся фактом: пока маг отражает магический удар, яд всё равно пробивает его защиту, впиваясь в структуру плетений или блоков...

– Ещё что-нибудь добавить можешь?

Кроденер снова принял человеческий облик и вытер руки носовым платком.

– Снова следы Беренгара? Понятно. Я думаю, что логичнее будет продолжить уже после того, как увидим некромортусов. Хочу вначале услышать ваше мнение.

Возражать Кроденер не стал и подал мне руку, чтобы подняться по ступеням. Честно говоря, я и сама не знала, как выглядят эти «некромантские роботы» – могла лишь догадываться. Хватило записей Атенайи, чтобы между строк уловить её ужас и гнев, когда она впервые столкнулась с этими созданиями. Пока Кроденер бегал медведем, я внимательно «рассмотрела» всю установленную в доме защиту и полностью её заблокировала. Снимать не стала: просто перебросила нужные «петли», а затем замкнула их на свои ловушки.

Дом оказался похож по планировке с тем, который я разрушила: даже лаборатория выглядела так же. Вот только в подвале мы обнаружили не портал, в аналогичный которому я попала тогда, а шесть мужских тел. Кроденер был предельно осторожен, сканируя своей магией обстановку, но когда настало время некромортусов, то не удержался от восклика: – Диана, но они же живые, просто находятся в стазисе! Погоди...

– Они мертвы. Причём очень давно. – уверенно заявила я, не только опираясь на описания Атенайи, но и успев просканировать оболочки с точки зрения магических плетений. – Технология их создания заключалась в том, что при жизни у человека изымалась с помощью артефактов душа и тут же заменялась на другую. Тело убивали, отторжения не успевало возникнуть, а потом при помощи магии, причём искажённой, деформированной, производилось «бальзамирование» и «подчинение». Из того, что я вижу, могу точно сказать: были попытки связать воедино положительные и отрицательные потоки, наподобие магической оболочки мира. Дальше, думаю, вы сами догадываетесь, что происходило.

– Подчинение доводилось до совершенства, а вживлённый артефакт реагировал только на главный... Во время похожего эксперимента и погиб Конрад. Сильный был некромант, долго сопротивлялся... Диана, если эти некромортусы смогли нанести увечья Атенайе, то их нужно уничтожить. У неё была мощная защита и отменная реакция, не говоря уже об уровне дара. Если оставить тела здесь, то при поимке «на живца» сомневаюсь, что у кого-то даже из людей Брайана хватит возможностей противостоять настоящему хозяину некромортусов.

– Спасибо, что дали разрешение. Чипы вынимать будем?

Услышав незнакомое слово, Кроденер повернул голову: – Прости что?

– Контролирующие артефакты. Мне кажется, что сама идея пришла из моего мира. Над ней работал либо перемещённый, в котором раскрылся дар некроманта, либо с он был помощником некроманта.

– Да, я отдам их своим экспертам, с которыми сотрудничаю в частном порядке по «особым» делам, и Брайану, чтобы попробовать отследить главный артефакт и его владельца.

– В таком случае отвернитесь, пожалуйста, и отойдите в противоположный угол.

– Вот так всегда, – добродушно пробурчал Кроденер, топая в указанном направлении. – Ещё ничего натворить не успел, а уже в угол ставят!

Хмыкнув из-за комичности ситуации, я сглотнула застрявший в горле нервный ком и частично изменила свою правую руку. Несколько взмахов длинными когтями, оставившими глубокие надрезы, и артефакты один за другим перекочевали на столы.

– Можете забирать.

Кроденер аккуратно поместил каждый артефакт в специальную нейтральную сферу и посмотрел по сторонам: – Старый дом безумного некроманта, известного своими параноидальными мыслями о слежке... Мне кажется, он мог оставить какую-то ловушку, сработавшую совершенно случайно спустя много лет после его официальной казни?

– Люблю огонь. Он всегда греет мою душу. Вот только каждый раз, когда хотела поделиться теплом с другими, подруги вечно кричали, чтобы поставила канистру с горючим на место!

– Ничто так не согревает душу и тело, как пламя старой доброй инквизиции? – парировал Кроденер.

– Именно. Раз появились циничные шутки, значит, нас с вами начал отпускать шок. Уже неплохо. Надеюсь, обойдёмся без кошмаров.

– Не вижу особой проблемы: я после обвинения в государственной измене и битвами с гейрами и гриром смотрю их, как ярмарочные развлекательные сценки.

Понимаю Кроденера, ох, как понимаю.

После того как я вытащила из стазиса души и развеяла, он нашёл подходящий артефакт из числа осветительных и слегка повредил. Мы отошли на максимально безопасное расстояние, после чего призрачный кнут надломил и частично выдрал несколько опор, заставив дом покоситься. Дальше уже пламя вспыхнуло само. Хорошо, что фундамент у этого дома был типа свайного, а не классический. Видимо, когда строили, местность была склонна к подтоплениям, а потом или осушили почву, или произошло естественное осушение, позволившее выкопать подвал в центре дома.

Кроденер вытащил из кармана какой-то кристалл и раздавил его между пальцев. Сразу же налетел сильный ветер, ускоривший процесс до времени сгорания спички.

– Я решил, что стоит добавить огонька: день и так выдался бесконечно долгим.

В ответ я замахала руками: – У меня вообще претензий никаких нет! Сама жажду оказаться дома поскорее. Вы только попросите госпожу Летицию проверить вас по возвращении. Она хороший целитель – я видела, как она быстро залечила разбитые коленки у Дисси, пока Фредерик фыркал, что от девчонок одни сплошные слёзы и сопли на пустяковые проблемы.

Услышав имена внуков, Кроденер окончательно расплылся в улыбке, вот только в глубине глаз по-прежнему таилась печаль.

– Не волнуйся, моя жена никогда не отпустит меня живым без тщательного целительского осмотра!

Хохоча, как безумные, мы с помощью магии проверили, что всё «нужное», прогорело как следует и ушли порталом в Лейтавель. Прощаясь с Кроденером, я попросила всё равно не забывать о здоровье, проще говоря, открытым текстом сказала, чтобы не спешил проконтролировать экспертов, раньше, чем пообщается с женой.

А дома меня в почтовом ящике, прикрученном возле калитки и синхронизированном магически со специальной шкатулкой, ждало уведомление.