Наследие исчезнувшего рода. Квест для попаданки

Глава 59. Знаки

Первое письмо, как ни странно, было от Габриэля и даже не начиналось с нотаций.

– Робин! Принеси мне, пожалуйста, чёрную и салатовую папки!

– Диана, а почему не оранжевенькую? Она же такая красивенькая... – изобразив сильную грусть-печаль, Джейд «присела» напротив меня и подпёрла щёчки кулаками.

– Потому что в оранжевой папке у меня «смерти»... – пробормотала я в ответ, внимательно сверяя данные, которые собрал по родословной Тори Габриэль.

У призрачишки тут же косички встали дыбом, а Сонни спрятался за её плечо. Даже Марло замер на полпути с яблоком в руках.

– Диана... А в фиолетовой тогда что или кто? Кандидаты на тот свет? Список врагов?

– Нет, там список покупок, которые не требуют первоочередного приобретения.

– А где логика? – осторожно поинтересовалась Джейд, принимая от Марло любимое лакомство.

Я перевернула ещё один лист, а затем вернулась к предыдущему: – Не ищи её. Вернее, когда я грабила канцелярскую лавку, то просто ориентировалась на любимые цвета при выборе папок, закладок и разделителей. Чёрная у меня вообще с расчётами на перспективу. Этот цвет для меня не траурный, а уютный и тёплый в отличие от белого, вечно морозящего и переключающего настроение на официоз.

Призрачишка замолчала, а потом заглянула в салатовую папку, которую протянула мне Робин. У рыжули глаза округлились настолько, что едва помещались на лице. Усмехнувшись, я вернулась к письму Габриэля, делая параллельно отметки в своих записях. Круг сужался, но легче от этого не становилось.

Джейд всё-таки не выдержала и снова попыталась прочесть все закорючки, выходящие из-под моей перьевой ручки: – Диана, это твой родной язык?

– Почти. В детстве как-то скучно было с подружкой сидеть на уроках, вот и придумали свой язык, состоящий из символов, чтобы переписываться. Вначале казалось забавным, потом одноклассник смог расшифровать, и тогда мы усложнили, сделав парные рокировки со слогами. Долго игрались, в общем, зато удобно записывать информацию чисто для себя, чтобы потом никто не смог воспользоваться.

– Ты не доверяешь Рэйду? – высказала очередное предположение призрачишка. – Твоя подруга же говорила, что у него дар понимать все языки, существовавшие и существующие по сей день в обоих мирах.

– Нет, не в этом дело. У меня к Рэйду никаких предубеждений нет, но учитывая, что до сих пор не знаем, кому и зачем я здесь понадобилась, а также необходимость сохранять некоторые тайны санатер, лучше подстраховаться. Кадавер у нас, конечно, уникум со своим даром, но ведь всегда может найтись кто-то, обладающий такими же способностями.

Долистав до последнего листа, увидела вопрос от Габриэля: «Почему я до сих пор жив?» Если бы я знала... Пойму, в какой момент и как именно Тори вмешалась в жизненный цикл своего мужа, смогу заняться своей личной. Габриэль задал правильный вопрос, ведь среди предков моей подруги затесались даже три великих мага, чьи способности многократно превышали его собственные. Однако самый сильный скончался за месяц до того, как его дочери исполнился год. Более слабые умирали намного раньше. Как же я ненавижу границы! Выходит, что даже перед тем, как флиртовать, придётся узнавать магический уровень мужчины, отказывая сразу тем, кто вообще не владеет никаким даром. Не говоря уже о том, чтобы настроиться на серьёзные отношения. Как санатеры вообще умудрились не вымереть несколько тысячелетий назад и не посходить с ума?! Не спорю, что есть женщины, которые одиночки по жизни и привыкли обходиться без мужского плеча рядом, но не все же такие!

Нанизав письмо Габриэля на металлическую скобу, я закрыла салатовую папку и внесла несколько записей в чёрную. Следующие два письма были уже от Тори, в одном из которых она дословно передала ответ от Кроденера, а во втором – от Гантера. Первый назначил встречу в одной забегаловке на завтра, предупредив, чтобы большую часть дня потратила на прогулки по городу, а второй подтвердил, что сейчас действительно начались уточнения у перемещённых, хотят ли остаться в Хеймране или нет. Другой вопрос, что действительно странно, почему начали именно с меня, хотя были адреса намного ближе, начать с которых выглядело более логичным. В этом я с Брайаном была согласна, так как действительно целесообразнее было сперва проверить или живущих поблизости от Следственного управления, или, наоборот, с дальних, чтобы кучу папок оставить на работе, а потом уже заняться составлением отчётов и оформлением документов. Аниминд в этом плане был примерно посередине. Причём как интересно: секретарь явился как раз на следующий день, когда Габриэль с Тори были вынуждены со мной познакомиться из-за суеверий местных жителей. В любом случае попробую завтра у Кроденера узнать, проверил ли Гантер чересчур ретивого сотрудника. На всякий случай я написала письмо для Тори, чтобы они с Габриэлем в ближайшие дни, несмотря ни на что, не приближались к Аниминду. Защиту на Тори я незаметно для неё доработала во время ночного рейда по бывшей тюрьме, а вот подправить плетения на Эль и Даниэле не помешает.

Интересно, как там санатеровско-эльфийские сорванцы? Всё-таки чудные детишки родились у Тори с Габриэлем. Однако несоответствие лет и некоторым поступкам, а также мыслям, слишком явно опережающими возраст, вызывало некоторый диссонанс. Всё-таки я привыкла иметь дело с обычными детьми, причём как условно среднестатистическими по земным меркам, так и намного смышлёными или, наоборот, отстающими в физическом или ментальном плане. Так вышло, что некоторым моим друзьям и знакомым выпала доля растить инвалидов. У кого-то из детей это были врождённые дефекты, кто-то в младенчестве перенёс тяжёлые заболевания, оставившие серьёзный след на здоровье, кому-то просто не повезло попасть в аварию. Так что всякого навидалась, со многими нюансами имела дело. Поэтому, когда стало ясно, что о собственных детях можно забыть, стала двигаться вперёд, чтобы создать не только необходимую базу для усыновления или опеки, но и хороший задел на случай непредвиденных ситуаций. Даже своё увольнение восприняла как очередной этап, завершив который настала пора выходить на новый уровень. А в итоге даже отпуск в тартарары полетел.

Словно услышав мой вопрос про санатеровско-эльфийских наследников, в ящике зашуршало ещё одно письмо. «Извини, не смог отказать, ибо меня взяли в плен и отказывались отпускать без исполнения роли почтальона». Искренне посочувствовав «несчастному» Рэйду, оказавшемуся в заложниках у малолетних террористов, я развернула старательно исписанный крупными печатными буквами лист. Судя по пляшущим строчкам и нескольким кляксам, оба ребёнка приложили свои ручки к письму. А на обороте была приписка от Тори, что Фанор оказался очень полезным, хоть изначально тот же Габриэль скептически относился к нему. Несмотря на активное участие в шалостях детей, «фамильяр» умудрялся жестами и изменениями своей формы «отговаривать детей» от чересчур рискованных экспериментов, переключая внимание на более безопасные. Быстро написав сразу два ответа, чтобы никому не было обидно, я попросила Робин сложить из бумаги конверты и отправила письма, надеясь, что Рэйд ещё не покинул поместье.

Покончив с корреспонденцией, принялась за приготовление еды, мыслями возвращаясь к «полутора Габриэлям». Стоило примириться к поварскому ножу, как из предплечья в ладонь скользнул кинжал. Внимательно покрутив его в руках, заметила едва проступающие надписи, вот только разобрать язык, на котором они были выгравированы, не удалось. И что-то сомневаюсь, что там был нанесён рецепт борща, который как раз собиралась приготовить. Однако стоило положить кинжал на стол, как надписи изменились.

– Лоран!

Призрак алхимика явился с ворохом чертежей и заткнутыми за оба уха карандашами: – Госпожа Диана, простите, мне осталось совсем чуть-чуть!

– Нет, Лоран, я не по этому вопросу вас позвала. Скажите, вам знаком этот язык?

Призрак сгрузил свою ношу на обеденный стол, а потом подлетел к кинжалу: – Здесь какая-то бессмыслица из всеобщего, древнего всеобщего и алхимического. Словно кто-то рассыпал слова из разных языков и перемешал между собой.

Я взяла в руки артефакт и показала возникшую надпись: – А если так?

Лоран озадачился ещё больше: – То же самое, но вот смысл угадывается чётче. Вот только трогать кинжал не буду, он однозначно опасен для призраков... Веет от него чем-то таким... Не могу объяснить, но даже не просите.

Та-а-ак... Приказав Марло приглядывать за морковкой и луком, обжаривающимся на сковороде, я заперла дом изнутри, опустила во всех помещениях шторы и положила кинжал на полку в прихожей. Приколов на двери листы чистой бумаги и разложив грифели с карандашами, явила всех безмолвных.

– Кинжал не трогать. Поочерёдно подходите к нему, потом пишите всё, что смогли разобрать и перевод. Кто не владеет грамотой, просто изображаете то, что увидели. Ограничений по времени нет. Чтобы не запутаться, ведёте нумерацию, написав сразу после цифр своё имя. Неважно: сами или с чьей-либо помощью. Риган, ты ответственный за порядок.

Похоже, не одна я любила шифровать свои записи... Надеюсь, Атенайя не была полиглотом, как Рэйд, иначе этот ребус можно будет разгадывать до бесконечности. Пока возилась с мясом и свёклой, на запястье проявился браслет, едва не соскользнувший прямо в кастрюлю. Такая активность артефактов не могла не насторожить. Покрутив палец, я нащупала перстень, а затем сняла его и положила на доску. В итоге украшения притянулись друг к другу и со щелчками начали сцепляться друг с другом.

Из коридора раздался вскрик, а потом ропот. Выскочив из кухни, я увидела, как кинжал крутится вокруг своей оси, набирая обороты с каждой секундой. Однако стоило мне приблизиться, как он замер.

Я обвела взглядом безмолвных, столпившихся не только в прихожей, но и на лестнице: – Кто уже выполнил моё распоряжение?

Большинство подняли руки, а некоторые дополнительно указали на второй этаж.

– Кто не успел – остаются, остальные – ко мне!

Но с изменением количества находящихся рядом с кинжалом призраков ничего не изменилось: стоило мне отойти, как он снова закрутился. Других вариантов, как собрать этот санатеровско-артефакторский компас, у меня не осталось. Особенно если учесть, что на кухне и так получился своеобразный лимб. Закинув в кастрюлю оставшиеся ингредиенты, я положила кинжал в центр «компаса» и развоплотилась. Вспоминая добрым словом несколько рейдов с поисковыми отрядами, начала искать привязки к потокам и ячейкам. Направления менялись несколько раз, так что Робин пришлось слетать в кабинет за папкой, в которой хранились данные по недвижимости Дэагостов. Лоран с Риганом сориентировали по карте Хеймрана, и в конечном счёте мы получили не только точные координаты, где искать оставшиеся фамильные артефакты, но и порядок, в котором следовало их собирать.

– Госпожа Диана, а дальше что делать с этим странным супом? – пискнул Марло, наблюдая за ярко-красными бульками в кастрюле.

– Нарезать сало, почистить чесночка и покрошить укропчика!

Призрак капитально завис, не понимая, как всё это и в какой очерёдности соединить.

– Гаси огонь и не отвлекай!

Джейд что-то зашептала Марло, после чего тот просто занялся зеленью. Меня же в первую очередь волновало то, что кинжал упорно указывал на самую первую точку, нагреваясь, будто от поднесённой горелки. До наступления темноты ещё далеко, с Кроденером не связаться, когда явится Рэйд – непонятно, потому что даже через ящик «абонент стал не абонент», как только исчезли письма для детей. Я вернула себе телесность, успев остановить Марло, который собрался ссыпать сало в борщ:

– Это вприкуску! Так, кастрюлю не трогай, всё остальное – в холодильный шкаф! Вернусь, покажу, как это едят.

Стоило мне произнести эти фразы, как кинжал мгновенно остыл. «Люблю» намёки от Вселенной, вот просто «обожаю». Написав Рэйду ещё одну записку, чтобы купил сметаны, я утащила у призрака кусок сала и быстро соорудила себе бутерброд с чёрным хлебом и пером зелёного лука. Кинжал снова стал нагреваться. Особую пикантность составляла не долька чеснока, обжёгшая язык, а то, что в списке отсутствовал адрес, соответствующий координатам, по которым артефакт хотел, чтобы я переместилась. С чем была связана такая срочность, было непонятно, но в итоге я решилась. Но такой подставы от Атенайи совершенно не ожидала!