Наследие исчезнувшего рода. Квест для попаданки

Глава 86. То тихо, то громко

Кроденер выразил досаду, что так и не удалось никого засечь возле поместья, и даже его люди не заметили ничего подозрительного. Но он продолжал рыть землю, пытаясь выяснить, кто же меня спугнул. Неделя пролетела незаметно и без каких-либо изменений, если не считать несколько удачно данных советов миссис Бомберг – хозяйке бытовой лавки, после которых за мной навсегда закрепилась весьма приятная скидка на её товары. Мелочь, а приятно, и для кошелька ощутимая польза.

У меня создалось впечатление, что Призыватель снова взял паузу, почувствовав опасность. Такая осторожность начала меня уже выводить из себя. Мне проще ориентироваться и решать вопросы, когда вокруг постоянно что-то происходит, мир рушится, апокалипсис наступает. Такое вялотекущее положение дел меня всегда изматывает и нервирует. Одна Тори была довольна всем, ведь ей было больше по нраву размеренное развитие событий. А после того, как я ей прислала свои расчёты, и вовсе была на седьмом небе от счастья. Как мне периодически недоставало активного общения, так она скучала по своим цифрам. Вот только я решала дефицит коммуникаций забегом по лавкам и разговорами с их владельцами и владелицами, подруге же было тяжелее. В поместье Габриэля попросту негде было реализовать свои потребности. Во-первых, бухгалтерский учёт никогда не привлекал Тори, а во-вторых, всеми расходами и сведением балансов занимался управляющий, живущий постоянно в официальной резиденции Геймоверов. Идея сотрудничать с каким-нибудь строительным бюро и выполнять для них какие-нибудь расчёты, была изначально была обречена на провал из-за специальности моей подруги, в наименовании которой стояло слово «Проектирование». Всё, финита ля комедия. И никого не волнует, что в этом мире создание атомной электростанции или сооружение реактора невозможно и предельно рискованно чисто с магически-технической точки зрения. Как зловеще приговаривала Тори – зато грибочек получился бы на загляденье.

Зато после всех расчётов я со спокойной душой дала безмолвным задание и очистила кладбище от лишних деревьев, выросших не там, где следовало. Куда делась древесина никого не волновало, потому что в Хеймране за сохранностью зелёных насаждений особо не следили. Само собой получилось так, что даже в крупных городах жители старались не выкорчёвывать деревья и кустарники подчистую. Чего не хватило, докупила отдельно, обмолвившись о ремонте в доме. Где-то поторговалась, что-то урвала из пары домов под снос, владельцы которых собирались строить новые жилища с нуля, не используя старые материалы. Но с этой рутиной я разобралась быстро. Так что в свободное время тренировала кое-какие навыки и немного тренировалась с Риганом. На кладбище тоже было тихо, когда сама, когда с помощью призраков приводила захоронения в порядок и напоминала Симитеру, что моё око не дремлет, а нос хронической заложенностью не страдает. Благо кладбищенский сторож больше не стремился вернуться в ряды ярых адептов армии «зелёного змия».

– Госпожа Диана, вам письмо!

Робин появилась как раз в тот момент, когда я искала в ящике с мелочами запасную струну для гитары. Как её порвала – отдельный разговор на тему нелепостей, но я смогла.

«Позови меня в гости!!!»

Подобного вопля души от Тори я не ожидала, а потому сразу изменила защиту, чтобы она пропустила мою подругу.

Подруга появилась в прихожей, размахивая моей запиской с короткой фразой «Заходи».

– По традиции? – я вытащила из обувного шкафчика розовые меховые тапки.

– Отлично!

Тори скинула туфли и с выражением блаженства на лице нырнула в это розовое, с моей точки зрения, безобразие. Но это мне этот цвет не нравится, а подруга очень даже любила, особенно если речь шла о создании атмосферы домашнего уюта. Как мне удалось уломать обувщика покрасить мех в розовый и сшить такие необычные тапочки, даже вспоминать не хочу. Главное, что результат удовлетворил Тори.

– Кайф!

Я скинула на пол такие же «подкрадули», но серого цвета, и тоже переобулась. – Вещай, подруга, кто тебя довёл до такого состояния, что ты решилась сбежать ко мне? Дети не оставили камня на камне от поместья?

– Если бы! К детским проделкам я привыкла. Ну почти, – Тори скомкала мою записку и направилась на кухню в поисках мусорного ведра. – Грядёт настоящая катастрофа, избежать которой не получится. Мы с Габриэлем все головы сломали, пытаясь придумать, как избежать ужасной участи.

– Помощь нужна? Что вообще случилось?

– Приглашения на королевский бал прислали. Отказаться невозможно, так как затевается «дружеский междусобойчик» человек на пятьсот, а не две с лишним тысячи, как обычно. Читай как выражение дружеского расположения самого короля! И затеряться негде будет. Жуть.

Я посмотрела на Тори и попыталась сообразить, как может не получиться затеряться среди пяти сотен гостей, но потом вспомнила Колонный зал Екатерининского дворца.

– Чего ты дёргаешься? Может, этот сабантуй устроят в каком-нибудь небольшом помещении, где получится остаться незаметными? – попыталась я успокоить подругу, но по её мрачному взгляду поняла, что место проведения торжества чётко обозначено в приглашении и замене не подлежит.

Выбросив записку, Тори пошла за мной, возмущённо размахивая руками и тем самым демонстрируя, где она видела королевские балы и насколько им каждый раз «радовалась». Пантомима была красочной и максимально понятной. Я же продолжила поиски струны. Мы и раньше, когда оказывались друг у друга в гостях, спокойно могли что-то обсуждать, занимаясь своими делами или готовя еду, чтобы перекусить.

– Слушай, а по какой причине вас с Габриэлем решили пригласить на столь скромное семейное торжество? Насколько знаю, твой муж, несмотря на свой статус, старается лишний раз избегать каких-либо встреч с королём, особенно после того, как тот заключил его в подземелье, и к ближайшему кругу правящей семьи не относится.

При напоминании о том случае Тори нервно дёрнула уголком рта: – Официальная причина не была указана, но, думаю, что ты попала в точку, сказав про узкий круг приглашённых. Что-то затевается, но что именно – непонятно. Последний раз такое случалось, когда объявляли о помолвке наследника, принца Адриана. Вроде как король зуб на соплеменников моего мужа не точит, но ему не особо нравится, что на территории Хеймрана, по сути, существует государство в государстве. Это притом, что Габриэль и его подданные никогда не претендовали на нечто большее, чем прописано в соглашении о статусе эльфийского народа. В общем, если нас пригласили, значит, это имеет некоторое политическое значение и требует засвидетельствования со стороны эльфов. Пример я привела. Сомневаюсь, что король решил сам жениться, иначе давным-давно по Хеймрану гуляли бы слухи о его пассии. Есть у него ещё один сын, но я никогда его не видела. Поговаривают, что он слишком слаб здоровьем и из-за этого даже вынужден жить вдали от королевского дворца, не участвуя даже в самых важных государственных церемониях. Резюмируя всё вышесказанное я вне себя от ярости, ибо пропустить бал невозможно. В любом случае придётся идти, чтобы хотя бы выяснить, что там задумал король. Но как же меня бесит необходимость терпеть все эти пафосные экивоки, лицемерные улыбки и в стотысячный раз услышать за своей спиной о нашем с Габриэлем мезальянсе. С удовольствием вынула бы души из всех сплетников и хорошенько прополоскала в мыльной воде, чтобы у них навсегда отпало желание злословить.

– Да уж... Хороший мезальянс, качественный. Богиня и принц, хоть официально и не объявленный наследником эльфов. Тори, как ты с ним вообще связалась?! Позорище... – картинно закатив глаза, я зацокала языком. – Надо было умереть старой девой, ищущей до последнего вздоха какого-нибудь божка. Вдруг не только санатеры уцелели из пантеона?

– Диана, я в тебя сейчас тапком кину! Знаешь же, что окажись Габриэль простым некромантом, была бы только рада, ведь тогда смогла избежать всех этих мероприятий, в которых вынуждена участвовать из-за статуса.

– Знаю, стрекательная ты моя. Полегчало хоть?

– Спасибо, что проораться дала, а то в нашей с Габриэлем спальне уже зеркало треснуло, и стёкла в окнах украсились подозрительной паутинкой. Хорошо у нас там звукопоглощающие чары наложены в отличие от остальных посещений поместья, иначе государственную измену могут предъявить, – продолжила пыхтеть Тори. – Объяснять, что против короля ничего не имею против, а просто не люблю шумные сборища, с которых невозможно незаметно улизнуть – бесполезно. Кстати, а тебе проволока для чего? Я вроде не сильно сейчас шумела, на удушение ещё не накричала...

– Кричи сколько влезет, хоть в доме, хоть в саду. После того зажигательного вечера, когда песни моей любимой группы местные не оценили, звукоизоляция здесь прекрасная – никто лишний ничего не услышит. Меня просто перед твоим приходом настигло моё любимое «проклятье шестой струны», вот новую и искала.

– Слушай, Диана, может, тебе семиструнку подарить? Как раз шесть струн и останутся. Или играй на пяти, – развеселилась Тори, наблюдая за тем, как я убираю половинки разорванной струны в ящик для хлама.

А что? В кулацком хозяйстве и бычий хвост – верёвка!

– Не, не поможет. Я классическую гитару люблю. Другие варианты не приемлю. Знаешь, у нас парень был в институте, который просто виртуозно на домре исполнял современный рок, про классику вообще молчу. Вот как отдали его в своё время учиться игре на этом инструменте, так с тех пор только его и предпочитал.

– Интересно, а если бы ему гитару шестиструнную дали, что было?

– Три струны бы оборвал и играл, как обычно!

– Диана!

– Что? Привычка – дело такое...

Вот так за шутками и прибаутками мы мило провели несколько часов, пока Тори не пришло время возвращаться домой.

Прижимая к груди тапочки, она посмотрела на меня с мольбой: – А можно я их с собой заберу? Габриэля, конечно, инфаркт с инсультом хватят, но переживёт как-нибудь.

– Забирай. Как знала, сразу две пары заказала у обувщика, так что в следующий раз можешь со сменкой не приходить. Мой дом – это тебе не школа, а я не техничка, преграждающая путь шваброй склерозникам, пытающимися истоптать полы уличной обувью. Но если настигнет ностальгия – милости прошу, швабр и метёлок у меня много!

– Я со своей приду! А если не пустишь, то и «Миротворца» захвачу, чтобы прорваться!

Представив леди Дигейст-Геймовер, штурмующую с любимой битой в руках мои защитные сферы, я рассмеялась: – На это шоу я даже билеты продавать начну!

– Зараза ты меркантильная, Диана! Мне нравится, продолжай!

Шуточно отдав честь, я стукнула пятками друг об друга: – Есть! Сейчас же прикажу безмолвным начать рисовать билеты!

– Розовенькими, обязательно розовенькими карандашами и красками пусть рисуют!

Я поморщилась, представив себе этот ужас: – Считай, что мы квиты во взаимных подколках.

Обнявшись на прощание, мы пожелали друг другу нервов покрепче и расстались. Тори решила заглянуть в свой особняк, чтобы что-то из него захватить перед тем, как переместиться в поместье. Пришлось взять с неё слово, что как только окажется дома, пришлёт записку, даты я не волновалась. Миры разные, а меры предосторожности, к которым мы прибегали раньше, остались прежними. Здесь, конечно, такси нет, но и о Призывателе забывать не стоит. Это мои безмолвные всегда со мной, а простынчатых Тори вызывать нужно.

Убрав со стола следы нашего чаепития, я собралась было проверить, как идут дела у безмолвных, исполняющих моё поручение, как прилетела визитка от Петерсона. Вот так всегда: то никого на горизонте, то гости сыпятся к дверям пачками. Как там обстояли дела с конкурентами промышленника, я не была в курсе. Не принято как-то в Хеймране печатать в газетах рекламу и сообщения о грядущих презентациях каких-либо новинок. Ладно, узнаю, выгорело ли наше с Петерсоном дело.