Наследие исчезнувшего рода. Квест для попаданки

Глава 95. С любовью, Дана

Тори и Габриэль

***

– Как думаешь, Диана справится? – Габриэль отодвинул от себя тарелку, даже не притронувшись к еде.

– Не знаю, просто не знаю, – Тори вяло поковыряла вилкой яичницу. – Всё, в чём я могу быть уверена – ей сейчас очень плохо. Она либо кричит, виня себя в смерти Рэйда, либо молчит. Лучше, конечно, если первое. Выплеснет эмоции вместе с болью, потом начнёт мыслить здраво и потихоньку восстановится. Хуже будет, если замкнётся в себе, и тогда считай, что мы её потеряли. Как магически одарённая, проживёт долго, а как человек – просуществует тенью самой себя до последнего вздоха. Однажды второй вариант Диана уже пережила и смогла остановиться, будучи на самом краю. Просто в один момент, что-то щёлкнуло внутри, и она решила изменить свою жизнь, выкарабкиваясь наверх на протяжении нескольких лет. Тогда она тоже винила себя, только за безбашенность и несоблюдение некоторой осторожности. Проблема в том, что у санатер с каждым таким ударом умирает часть души. Учитывая, что близко к себе мы мало кого подпускаем, там, где у обычного человека пострадает, скажем так... одна седьмая или даже десятая, у нас поражается гораздо большая часть. Мне так Диана объяснила. Шансов, что её сейчас «щёлкнет», практически ноль.

Габриэль встал из-за стола и нервно зашагал по столовой: – Но она же ни в чём не виновата, Тори! Было совершено нападение, Рэйд её собой закрыл, и не помогла даже её защита, которую она корректировала, ещё живя в нашем поместье.

– Это ты так считаешь, и многие так думают, но не Диана. Понимаешь, у неё так сложилась жизнь, что она привыкла на себя всегда брать ответственность за всё и всех, кто с ней связан. Если где-то что-то случается, а она этого не предусмотрела, то автоматически воспринимает, как свой личный промах! Не забывай, что магически она сильнее не только тебя, но и меня, а это усугубляет чувство вины стократно! Диана всю жизнь просчитывала самые неблагоприятные исходы, ориентировалась только на них, а в итоге проскакивала большую часть подводных камней, даже не соприкоснувшись с ними. Если она сейчас решилась дать Рэйду шанс, значит, была уверена, что это того стоит. Что-то было такое в записях Атенайи, раз Диана не отправила нашего любвеобильного друга восвояси, как делала до этого, поверила в него и ему. Не знаю даже, как точно выразиться, но, думаю, ты меня поймёшь.

– Он сам мне говорил, что у неё большие проблемы с доверием. Наверное, ты права, и удар оказался сильнее, чем я думал. Вообще, всё это очень странно. Как бы Рэйд ни любил приударить за женщинами, он никогда не забывал о безопасности. Не могло у него мозги напрочь отбить настолько, чтобы забыл обо всём и привёл нападавшего в такое место, где их могли застать врасплох. Там защиты должно было быть навешано больше, чем на доме Дианы. Не на всём Грейроке, но там, где они были, точно. Записи допроса я не видел, но уверен, что их застали врасплох.

– Место нападения по-прежнему оцеплено?

– К сожалению, да, хотя такого я не припомню со времён покушения на королевскую семью. Что там так долго изучать, если тело было, нападавший остался там же к моменту прибытия гвардейцев, душа допрошена? Там что, дух коварства до сих пор витает? – Габриэль разозлился настолько, что на кончиках его пальцев начали потрескивать фиолетовые молнии.

Тори задумчиво забарабанила пальцами по столу: – В горах барсуки не водятся, хотя и встречаются, а вот медведи вполне... И нюх у них тонкий, и передвигаются с большой скоростью.

– Думаешь озадачить Кроденера?

– Лучше бы обоих, но как пойдёт. Плохо, что столько времени потеряно. Габриэль, я помню, что обоих наших начальников кошмарили королевские дознаватели, причём по каким-то совершенно идиотским вопросам, не давая при этом каких-либо разъяснений. Как будто специально ограждали от возможности провести собственное расследование.

Габриэль кивнул, а потом вцепился руками на спинку стула: – Тори, скажи, неужели невозможно было вернуть душу Рэйда? Я понимаю, что он был смертельно ранен, но Диана всё-таки санатера и умеет гораздо больше, как Созидатель, чем ты, как Посредница между миром живых и мёртвых.

– Если душа повреждена и при этом процесс продолжается, то все привязки с телом рвутся, даже если канаты намотать вместо нитей. Насколько я поняла, это и произошло с Рэйдом. Некромортус – крайне опасная тварь для любого мага, и особенно для тех, кто связан со смертью: некромантов и санатер. Я мало что знаю о Дейгосатах, но окажись в Грейроке одна из Творцов, был бы шанс обратить процесс вспять. После того как Диана рассказала, что можно обратиться к своим предкам, чья память является частью нашей силы, чтобы получить хоть какую-нибудь информацию, но пока не получилось. Взывать к маме бесполезно – она всю жизнь всячески проявилась своей сути и о санатерах не особо много чего знает, а что знала, постаралась забыть. Дотянуться до бабушки, то есть прыгнуть через поколение – не хватает времени для погружения. Но не думаю, что сейчас в этом есть какой-либо смысл: тело захоронено, душа развеяна, всё семейство Кадаверов в глубокой скорби, Диана в глухой обороне, а мы с тобой как-то держимся на лошадиных объёмах кофе, который уже в горло не лезет.

– Когда-то я шёл на службу, как на каторгу, стараясь настроиться, что просто исполняю свой долг, не обращая внимание на насмешки, сплетни и прочее. А потом мне дали в напарники Рэйда, который умудрился меня выбесить менее, чем за четверть часа, а потом доставать ещё несколько десятков лет, вытаскивая между делом из глубокого уныния... Теперь этого нет и не будет... И вот я снова заставляю себя идти в Управление. Наверное, пришло время подать в отставку.

В столовой повисла гнетущая тишина, прервал которую стук в дверь, а затем из неё высунулся Брик: – Вам письмо, леди Тори. Но странное, такие обычно присылают лорду Габриэлю.

– Давай сюда уже! Разберёмся.

Здоровяк ойкнул, не ожидав такого от обычно сдержанного лорда, и быстро скрылся, чтобы уже как положено передать письмо.

Габриэль повертел в руках конверт, а затем взял со стола чистый нож и протянул жене: – Действительно, странно – письмо из королевской канцелярии, но адресовано тебе.

– Надеюсь, что этот дурацкий бал отменят, иначе я точно с ума сойду, – Тори раздражённо бросила салфетку на стол.

– Нет, тогда оно было бы адресовано нам обоим.

– Читай лучше ты вслух. Всё равно потом ведь обсуждать станем, а так хоть время сэкономим на пересказах.

– Ты не поверишь, но это от Дианы. Только каким ветром её во дворец занесло? Впрочем, если она решила найти там себе место, пусть лучше так, чем запереться в своём доме, изолировавшись ото всех.

– Читай!!! Иначе до реального вдовства меня доведёшь!

Но как только Габриэль начал читать, глаза у Тори округлились, и чем дальше он продолжал, тем больше вопросов возникало у обоих супругов. В конце концов, лорд не выдержал и прервался: – Мне кажется, или Диана окончательно сошла с ума? Я знаю, что она бывает невыносима со своими шуточками, может вести себя даже по-хамски, но это...

– Она прошлась по моим самым больным точкам. Даже вспомнила те темы, которые мы обе договорились, считать закрытыми, так как каждая стояла на своём и не хотела принимать принципы и мировоззрение другой,– ошарашенно пробормотала Тори, потянувшись за кофейником.

– А я думал, что вы всегда находите общий язык.

– Обычно да, но есть некоторые запретные темы, без которых мы прекрасно общаемся и не готовы прибить друг друга или рассориться насмерть. Честно говоря, раньше я бы на такое письмо точно обиделась, а сейчас просто недоумеваю.

Габриэль не глядя налил себе стакан воды и осушил залпом, прежде чем продолжить.

– Так, я не поняла, а дом свой мне она зачем возвращает? Какой долг? Она же мне деньги прислала!

Габриэль пожал плечами и дочитал до конца: – С любовью, некогда твоя Дана. Вчерашняя дата и подпись. Слушай, а почему Диана так странно расписывается? Мне казалось, что у неё другой росчерк должен быть.

Тори поперхнулась кофе, расплескав его на платье: – Как?! Дана?!

Вскочив на ноги, она выхватила письмо из рук мужа и ещё раз пробежалась по тексту глазами.

– А что не так? – не понимая, в чём дело, Габриэль склонился над письмом.

– Да Диана терпеть не может, когда её так называют! Убивать за обращение «Дана» готова. А это, вот это видишь?! «С любовью»! Она никогда так не заканчивает сообщение или письмо. Гораздо привычнее увидеть «С искренней ненавистью, твоя Темнейшая» или «Я тоже тебя люблю-ненавижу»! Не смотри на меня так, это у неё одно из прозвищ такое из-за любви к чёрному юмору. А про ненависть – это наша локальная шутка. Мы с Алисой никогда на неё не обижаемся, потому что знаем, откуда она пошла. Ай, забудь. Долго объяснять. И вот, вот! Видишь подпись? Это тоже в её манере. А знаешь, почему там подпись «Николай»? У Дианы девичья фамилия – Николаева, а так подписывался наш последний император Николай II. Документы за его подписью в учебниках по истории были написаны. Диана мне рассказывала, как в шутку эту подпись скопировала, чтобы дразнить свою учительницу по истории. Я, конечно, не ас в разгадывании ребусов, но точно могу тебе сказать, что это письмо – предупреждение для нас. Диана специально хотела поссориться, чтобы мы оба на неё обиделись и не искали контакта. Но хуже всего то, на кого она указывает в качестве угрозы.

– Не совсем понял.

– Ну, сам подумай! Имя, которое до смерти бесит Диану и подпись последнего императора!

– У нас нет императора, в Хеймране король... Король!

– Именно! Вот человек, который или раздражает, или угрожает ей и нам. Дай мне ручку или карандаш.

Щёлкнув пальцами, Габриэль материализовал в руке карандаш и протянул жене. Тори уставилась на письмо немигающим взглядом, после чего обвела по диагонали несколько слов. – Дом Диана завещает Эль, не мне. Скажи, любимый, ты в курсе, почему моя подруга решила сделать такой странный подарок нашей дочери?

– Хороший вопрос, учитывая, что подруга твоя. Я теперь окончательно перестал что-либо понимать, кроме того, что Диана влезла в какую-то опасную игру и всячески пытается нас не пускать в неё.

– А мы вот так просто возьмём и проигнорируем, да? Учитывая, какой зуб ты точишь на короля с тех пор, как тот посадил тебя в камеру, а меня отдал гриру Райдену!

Габриэль не успел ничего ответить, как в коридоре раздался какой-то шум, и в столовую, практически выбив двери, влетел Гантер.

Плюхнувшись на свободный стул, он ослабил шейный платок и обвёл обоих супругов мрачным взглядом: – Кто-нибудь может мне объяснить, что происходит? Я сегодня был в королевском дворце с утренним отчётом, и совершенно случайно услышал, как там появилась странная девушка, по описанию напоминающая Диану! Ошибки нет, потому что ещё вчера я её видел на похоронах, и второй такой жительницы Хеймрана с короткими рыжими волосами, наполовину седой головой и в затемнённых очках точно быть не может. Король сегодня, как с цепи сорвался, допытываясь насчёт перемещённых, у дяди что-то случилось и его вообще непонятно где носит по всему Хеймрану. Даже дома который день не бывает, хотя такое случается крайне редко.

Тори отложила письмо и направилась к двери: – Брайн, а как давно ты не можешь связаться с Кроденером?

– Да я даже вчера не успел с ним переговорить, как его и след простыл! – Гантер хотел ещё что-то добавить, но замолк, округлив глаза, а затем начал загибать пальцы.

– Тори, вызывай Кроденера. Пиши что хочешь, но чем скорее он здесь появится, тем лучше!