Наследие исчезнувшего рода. Квест для попаданки

Глава 65. Подготовка

После того как призраки привели в порядок дорожки, выполов траву, я ушла к Симитеру, чтобы ещё раз обсудить условия нашего сотрудничества. Не могу знать, что там понаписал в своём письме Кроденер или один из секретарей по его поручению, но кладбищенский сторож выглядел предельно трезво и максимально бледно. На все мои условия согласился без лишних рассуждений и торга, а деньги, полученные от господина Рестона за благоустройство могилы его почившей супруги, брал с опаской. Зато сразу согласился посмотреть на результат моей работы и захватить с собой тележку, чтобы вывезти траву.

После кладбища мне немного полегчало, но скорее физически. В голове и душе по-прежнему царил сумбур. До вечера ещё было много времени, особых планов не было, а желания копаться в наследии никакого, иначе действительно могла уже не выдержать и психануть. В таком состоянии я становилась просто невыносимой. И для себя самой в том числе. Чем больше находилось пересечений с Атенайей, тем чаще всплывал вопрос: свою ли жизнь я жила, и всегда ли тот или иной выбор был сделан мной, а не продиктован определённой матрицей, из-за которой, в конце концов, стала санатерой из рода Дэагост. Как говорится, самоед – это не всегда собака, а частенько человек по отношению к самому себе.

Хорошо хоть Рэйд уцепился за мою идею уточнить у Изабель, был ли у Дефенсора какой-нибудь побочный дар вроде поисковика или способности к взлому магических тайников. Особых подвижек не было, но Кадавер не сдавался, копал во всех направлениях и даже по мелочи подключал Габриэля. Когда дело касается высокопоставленной персоны, действовать нужно предельно аккуратно и осторожно. Мало кто в Хеймране способен легко расстаться с суммой, которую заплатили кавалеру Изабель. Особенно если учесть, сколько молодых магов бесследно «исчезло», соблазнившись высокооплачиваемой работой. Были у меня подозрения, что они как-то связаны с Призывателем, вот только в ритуалах участвовали исключительно некроманты, а пропавшие были стихийниками. Меня всегда раздражали подобные «кружения на месте», чувствовала себя лисицей, пытающейся укусить себя за кончик хвоста, который постоянно ускользал.

– Госпожа Крылова! Как хорошо, что я вас застал!

Обернувшись на голос, я увидела секретаря, спешащего к калитке с неизменной чёрной папкой подмышкой. Всё-таки хорошо, что не стала срезать путь, решив тряхнуть стариной через изгородь, а пошла цивилизованной дорогой через ворота кладбища.

– Здравствуйте...

И только сейчас сообразила, что до сих пор не знаю имени секретаря! При этом уже столько раз виделись, что спрашивать крайне неловко.

– О, вы не волнуйтесь так! Я просто привёз ваши документы. Если не изменили принятого ранее решения, то можем довести начатую процедуру до конца.

– Конечно, проходите.

– Простите, госпожа Крылова, мне показалось, или вы шли с кладбища? – секретарь семенил рядом, пытаясь подстроиться под мой шаг, но всё как-то безуспешно.

– Да, нашла небольшую подработку, так как пока иных подходящих вакансий в городе не нашлось. Вы как раз удачно привезли документы, значит, можно будет в ближайшее время подписать договор, чтобы не иметь проблем с налоговой службой.

Услышав это, секретарь споткнулся, но вовремя успел удержать равновесие и не рухнуть на дорожку. – Но как? Вы же боитесь всего потустороннего? Все помнят, какой переполох вы устроили, когда появились призраки возле Управления...

Даже жаль, что нельзя прямо сейчас хорошенько приложить к яблоне этого не в меру любопытного служителя бюрократии к яблоне и хорошенько допросить, а если что-то пойдёт не так, то просто похлопать ресничками и сказать: дескать бедолагу яблоками случайно завалило. Ещё и настроение у меня сейчас подходящее...

Подавив в себе раздражительность, я как можно спокойнее ответила: – Так то призраки... Днём-то их не бывает, а на кладбище тихо и спокойно. Людей практически нет, а если кто-то и появляется, то приходит ненадолго и с определённой целью: помять усопшего или побыть рядом с ним. Вроде как пришёл в гости к молчаливому другу, родственнику. Так, чисто душу излить. По крайней мере, различий в этом между моим миром и местными жителями я не увидела.

– Ну так-то тоже верно, – пробормотал секретарь, поглядывая на меня с некоторой опаской.

– В моей семье была традиция каждые выходные навещать захоронения родственников и приводить в порядок участки. Так что, по сути, ничего не поменялось, просто уже чужие могилы придётся облагораживать.

Шокированный мужчина перехватил поудобнее падающую папку и задумчиво произнёс: – Даже так... Не знал.

– Если интересно, то могу в целом рассказать, какие приняты в моей стране традиции, связанные с поминовением усопших, если вам, конечно, будет интересно и время позволит. Наверняка же после визита ко мне вам придётся навестить и других перемещённых, чтобы вручить им документы? Кстати, у нас вот такое практически невозможно, чтобы документы, удостоверяющие личность, выдавал простой служащий, не работающий в органах правопорядка вне стен организации. Выездной вариант был допустим лишь в случае тяжёлого состояния клиента вроде серьёзной болезни, не позволяющей покидать пределом дома или больницы.

– Да, у нас с этим намного проще. Всё-таки подтверждение личности при помощи магии облегчает жизнь.

На появление в доме секретаря Арчи отреагировал снисходительно: просто потоптался рядом и ушёл дальше греть одну из своих лежанок. Хоть бы намекнул как-нибудь: стоит опасаться секретаря или нет. Увы, «клыкастый маячок» срабатывал строго на тех, кто мог иметь на моё расположение виды.

Покончив со всей бумажной волокитой, в результате которой я получила местный аналог паспорта и ещё кое-какие предписания, секретарь отбыл. Хорошо, что насчёт моих призраков беспокоится теперь не приходилось – будучи взвинченной после вчерашнего, вдоволь «наигралась» со сферами, ловушками и контурами. С этой ночи стоило кому-нибудь постороннему оказаться в пределах участка, как все неприкаянные сразу же запирались в лаборатории или на чердаке в зависимости от того, к какому помещению оказались ближе. Их попросту туда притягивали, а затем надёжно скрывали от визитёров вплетённые в «сетку» крючки-воронки.

Закрыв за секретарём калитку, я наведалась к Лорану.

– Джейд передала, что вы почти завершили свою работу. Будут какие-нибудь ценные указания насчёт зелья?

Призрак алхимика довольно потёр руки и показал на ряд пузырьков, похожих на те, в которых обычно продавалась валерьянка: – Как раз только что закончил, госпожа Диана! Учитывая, каким образом и где именно вам придётся применять зелье, я к вечеру подберу что-нибудь наиболее подходящее в качестве тары. Жаль только, что у вас не так много украшений, коими обычно бывают богаты местные дамы...

Вспомнив познавательные статьи и книги о ядах Средневековья, я постучала по перстню с Афиной: – Вам подошло бы кольцо со скрытым резервуаром или медальон-локет?

– Кольцо или перстень были бы предпочтительнее, госпожа Диана.

Присев на край стола, я задумалась, а потом связалась с Риганом. Как же всё-таки удобно общаться с призраками, используя в том числе мыслеобразы, выуженные из собственной памяти.

– Будет вам кольцо, возможно, даже пара. Рэйд показывал мне ювелирную лавку, при которой есть скупка. Думаю, смогу купить там какие-нибудь простенькие украшения, чтобы можно было доработать до нужного формата.

Лоран всплеснул руками: – Но, госпожа Диана, я же не ювелир! Так, изготовить простенький артефакт могу, но... Боюсь, что в Аниминде мастера, способного быстро переделать кольца, в которых можно будет спрятать зелье или порошок из него, просто нет...

– Зато у меня есть.

Среди безмолвных нашёлся один элемент с криминальным прошлым, любивший на досуге поупражняться в ювелирном деле, дабы впечатлить своих пассий. Если ему не хватит мастерства или инструментов, тогда уже собственной магией доработаю до нужного результата. Не всё же призраков на зонтики натягивать и в экраны превращать...

В очередной раз перекроив собственные планы, я заставила себя позавтракать, понимая, что одних бутербродов было мало для сохранения нормальной работоспособности. Марло полупрозрачной тенью шнырял по кухне, подсовывая мне то нарезанные овощи, то мясо. Сонни тем временем вернулся и с важным видом жестами доложил, что секретарь покинул Аниминд. Увидев, как я достаю блокнот, Марло зашипел на фамильярчика и поставил передо мной заварник и чайную пару. Хорошо же меня вчера приложило, если пять записок отправились в огонь, прежде чем удалось максимально корректно и доступно изложить суть послания, чтобы Габриэль не примчался допытываться, что к чему. Ладно, если сам явится, хуже будет, если вместе с Тори. Я свою подругу хорошо знаю – одной разовой истерикой дело не обойдётся, хорошо, если месяц из депрессии вытаскивать придётся. Да, за те годы, что мы с Тори не виделись и не общались, она прошла ещё одну школу жизни, но по свежим рубцам эффект будет сродни ядерному взрыву. Я вручила записку Сонни, тщательно проинструктировав, чтобы отдал её только Габриэлю в руки, когда рядом никого не будет, и открыла портал в поместье. Увидев знакомую беседку, тут же заделала прореху в пространстве и допила чай. На рассвете заберу Сонни, как раз точно успеет выполнить поручение. А дальше всё завертелось: ювелирная лавка, переделка колец, немного сна, а потом ударная доза кофе. Около девяти вечера я уже стояла перед заведением «мадам Полин» – неприметным зданием, но с характерным номерным знаком над входной дверью. Миры разные, а вот сколько общего...