Наследие исчезнувшего рода. Квест для попаданки

Глава 50. Вылазка

Тори, довольная, что не придётся снова спорить с мужем насчёт очередной ночной вылазки, умчалась на кухню, чтобы отдать распоряжения Броне и Лавинии насчёт перекуса. Как мне объясняла подруга: Габриэль был не из тех, кто после заключения брака запирает свою супругу дома, всячески препятствуя тому, чтобы та работала. Просто эльф по-прежнему волновался за жену, боясь её потерять. Нет, он не впадал в истерику и не устраивал скандалов, но по возможности приглядывал за Тори. Даже несмотря на то, что уровень её дара был намного выше его собственного и позволял в прямом смысле «вынуть душу» из кого угодно независимо от их количества. Воистину: никто так не ценит свою половинку, как одиночка, однажды обрётшую её.

– Диана, о чём ты хотела поговорить?

– Габриэль, ты можешь добраться до родословной Тори и составить для меня список всех мужчин, когда-либо имевших отношение к роду Дигейст?

Мужчина немало удивился моей просьбе, а потому уточнил: – Почему именно я? Попроси Тори, она тебе уж точно не откажет.

– Боюсь, помочь в этом деле сможешь только ты. Помимо списка мне нужна примерная оценка уровня дара каждого из них. Мне рассказывали, что данные на всех магов можно узнать через архивы. Тебе, как астренджмор-дознавателю сделать это будет намного быстрее и проще.

– Хорошо, – согласился Габриэль. – Тебе в каком виде представить данные?

Я чисто автоматически потёрла палец, на который было надето новое кольцо, исчезнувшее так же, как и браслет: – Если можно, то по отношению к тебе. Всё-таки твою мощь я прекрасно представляю, так как имела с тобой дело, поэтому быстрее сориентируюсь.

Габриэль слегка улыбнулся: – Так и писать: «полтора Габриэля», «четверть Габриэля»...

– Конечно! Расчленять, так по полной! Родной город диктует свои правила! Особенно меня порадуют такие фразы, как «одна семьдесят пятая Габриэля» и «ноль целых, двадцать пять тысячных Габриэля»! Я так понимаю, это примерно уровень мизинчика...

– Забавный всё-таки ваш с Тори мир. Хорошо, постараюсь выполнить это задание как можно быстрее. Перешлю через Рэйда, а то ящик пока только на него замагичен.

Театрально приложив ко лбу тыльную сторону ладони, я демонстративно вздохнула: – Ох уж этот собственник Рэйд! Ну ни единого шанса попереписываться с симпатичными женатыми мужчинами не даёт!

Покачав головой, Габриэль мимоходом поправил тот самый пейзаж кисти Брика: – Единственное, что меня во всём этом утешает – вас здесь всего двое. Если вспомнить все рассказы Тори о ваших посиделках и прогулках, действительно приходится радоваться, что седина в волосах будет не так заметна.

Говорить, что некоторые пряди всё-таки отличались по тону, я не стала, так как прекрасно понимала, откуда они взялись, поэтому просто прислонилась к перилам, обхватив их руками: – На самом деле мы не такие уж и безбашенные, просто иногда нужно куда-то выплеснуть накопившиеся эмоции, чтобы не сойти с ума. Так что может быть лучше, чем разыграть безумие вместо того, чтобы действительно стать такими?

Легко подпрыгнув вверх, я скатилась вниз, приземлившись на ноги уже у самого основания лестницы. Последний раз я так спускалась лет этак тридцать назад... Да, пожалуй, тогда. Я как раз подошла к дверям кухни, когда из них выплыла Тори, держа корзинку, из которой торчал тот самый пакет с выпечкой и два термоса.

– Кофе?

– Обижаешь! Чай! Я недавно такой сорт купила – просто закачаешься! Кофе – это чтобы взбодриться, а чай как раз для расслабления и питья в непринуждённой обстановке. Где ещё мы с тобой спокойно сможем отдохнуть, как не в заброшенном здании бывшей тюрьмы?

– Люблю душевную атмосферу. Может, там и пыточная найдётся... Очень уж любопытно сравнить «помещения для дознания» с историческими казематами, в которых я бывала на экскурсиях.

– Кроденер предупредил, что там даже казни проводились, – подмигнула Тори, помахав вынутым из кармана письмом.

– Годидзэ! Отправляемся прямо сейчас?

Я не видела выражения лица Габриэля, но прямо чувствовала, как он закатил глаза, оценив наш с Тори энтузиазм.

Подруга выглянула из-за моего плеча, показав мужу своё запястье: – Ты переносишь или я?

– Диана, может, ты попробуешь? Твой приход мы так и не засекли, хотя я специально расставил сигнальные артефакты по всему особняку, да и когда восстанавливала защиту – тоже.

Предложение оказалось слишком заманчивым, чтобы от него отказываться, и спустя несколько минут мы втроём, если не считать призраков подруги, уже стояли у будки дежурного, расположенной в главном здании. Отправив Габриэля погулять по окрестностям, чтобы насладиться ночным пейзажем. Муж Тори поворчал, но чмокнув её в лоб, вышел на улицу, плотно закрыв за собой тяжёлую кованую дверь. Ещё пока эти двое прощались, я повторила свой фокус с отделением и расширением собственной защиты, закрепив по периметру здания.

– С чего начнём?

Тори вручила корзинку Мидде – юркому призраку девчушки лет тринадцати на вид и хитро прищурилась: – Скольких призраков ты здесь чувствуешь?

Я прислушалась к собственному чутью и уверенно ответила: – Тринадцать. Просто праздник какой-то: и моё любимое число, и с тобой погуляем, как в старые добрые времена, и локация интересная. Хоть видно, что здание давно заброшено, а атмосфера до сих пор царит внутри давящая. Бодрит!

– Молодец, они все – твои! А я так, рядышком постою.

Если Кроденер и указал в письме о призраках, не досаждающих местным жителям, то, видимо, лишь потому, что неприкаянные капитально запугали население. Уже с первого приближающегося я считала не только злобу, но и часть памяти, в которой весьма однозначно промелькнули перекошенные от ужаса лица людей.

– Диана, ты чего? – обеспокоенная подруга тронула меня за рукав, увидев, как призрак замер на месте, не в силах пошевелиться.

Я сняла очки и посмотрела на своё отражение в них, после чего повернула голову к Тори: – Угадай с трёх раз. Медуза неспроста является твоим родовым знаком. После одной из наших с тобой тренировок в зале я тебе заикнулась о том, что твоя магия жалит подобно щупальцам этих кишечнополостных. Стрекало ты моё. Так вот Горгона у Дэагостов тоже отражает одну из особенностей дара.

– Только не говори мне, что призрак окаменел... – с некоторыми сомнениями в голосе протянула подруга.

– Сама проверь. Кстати, ты никогда не интересовалась биографиями призраков перед тем, как их развеять? Очень любопытный экземпляр, покруче самого закрученного детектива.

Тори озадаченно заправила непослушный волнистый локон себе за ухо:

– Знаешь, как-то в голову не приходило. Единственное, чем интересовалась призраков, так хотят ли остаться существовать или нет. Но большинство настолько устало влачить такое существование, что соглашались на развеивание. С несогласными разговор, как ты понимаешь, был ещё короче.

– Ясно, – я взмахнула рукой, и «окаменевший» призрак развеялся.

Жаль, что никаких сокровищ, кроме некоторых секретов, тот не припрятал, можно было бы подивиться. Я даже согласна была отдать полагающиеся проценты Хеймрану. Интересно, а у них здесь нет какого-нибудь заброшенного порта, чтобы поискать призраки пиратов? Не, ну вдруг повезёт, и узнаю, где клад схоронен?

– Твои всё равно будут убираться?

– Ага, – подтвердила Тори, тыкая указательным пальцем в замершую композицию уже из трёх призраков. – Таковы условия договора. Потом здание на торги выставят.

– Великовата территория для твоих... – я явила безмолвных, внеся тем самым посильный вклад в общее дело. Раз подруге с сегодняшнего заказа подпитаться энергией не придётся, то хоть как-то компенсирую беспокойство. Потом ещё подумала и выпустила на волю бывших головорезов. Пусть хоть немного развлекутся, да поближе призраков подгонят, чтобы можно было уже спокойно насладиться архитектурными особенностями бывшей тюрьмы.

– Кстати, пока не забыла: я попросила Габриэля кое-что накопать по твоей родословной. Дашь ему сделать копию?

– Конечно, без проблем. Решила разобраться с «санатеровским вдовством», чтобы закрыть гештальт или Рэйд сумел склонить на свою сторону? Может, кого поинтереснее встретила? – подмигнув, Тори толкнула меня локтем в бок.

– Так, это моя прерогатива стебать тебя по поводу личной жизни! Я пока со своей хочу разобраться лишь в теории, чтобы случайно в монастырь не уйти.

– Мужской? – раздался ехидный голос Тори, заглянувшей в одну из камер.

– Бороду анекдоту побрей сама. И вообще, это тоже моя шутка!

Подруга вынырнула из темницы: – А если серьёзно, без хохм? Неужели не хочешь нормальную семью, детей? Я ведь тоже когда-то говорила, что терять близких настолько тяжело, что лучше остаться одиночкой. И потому ещё страшнее было решиться на признание Габриэлю, что он мне нравится, а затем принять его предложение выйти за него замуж.

Я опустилась на ступеньку и развеяла последнего призрака: – Семья... Дети... Однажды я уже пыталась пройти по этому пути, и ничего хорошего не вышло. Замуж вышла, потому что хотела создать свою семью, не похожую на ту, в которой выросла. А дети... Есть три причины, по которым женщины начинают их хотеть родить и воспитать. Первая из них: потому что так нужно. Сюда входят как традиционное воспитание, так и общественное давление, включая собственную семью. Вторая возникает, когда встречаешь «своего» мужчину и хочешь родить от него ребёнка, чтобы увидеть в нём продолжение вас обоих. И третья – желание получить безусловную любовь и дарить в ответ свою нежность и внимание. Угадай, какой вариант подходил мне? Ты про моё замечательное детство знаешь, так что, думаю, поймёшь. Пока я не готова начать всё с нуля, потому и хочу разобраться хотя бы в теории, что не так с санатерами, чтобы не сходить с ума, как ты в своё время.

– Я вообще каждый раз после твоих историй о детстве поражалась, как ты только сумела выжить. Мой вариант однозначно второй, а твой... – Тори задумчиво постучала пальцем по нижней губе. – Думаю, первый и третий.

– Первый был у моей матери. Мой – третий. С высоты прожитых лет могу тебе однозначно сказать, что детей нужно рожать в любви, иначе на выходе будут два несчастных и искалеченных человека. Как минимум. По факту – трое. И не отчаявшись в поисках «добрать любви» планировать детей тоже не стоит, иначе получится... Тоже не очень хорошо, – я замолчала, старательно отгоняя тяжёлые воспоминания.