Наследие исчезнувшего рода. Квест для попаданки

Глава 94. Ультиматум

Показывать свой строптивый характер я не хотела, но менять одежду категорически отказалась несмотря на увещевания служанок. Для меня было кощунственным снять траурное платье так быстро. К тому же такое глубокое декольте я себе позволяла, лишь когда была наедине с мужем, чтобы добавить пикантности в супружеские вечера. В любое другое время считала вырезы, из которых при малейшем вдохе бюст объявлял себя свободным и выбирался на белый свет помимо моей воли, вульгарными и недопустимыми. Тори так и вовсе в обморок упала бы и срочно начала искать палантин, чтобы прикрыться. Нет уж, Ваше Величество, придётся вам уважать мой выбор. В конце концов, меня сюда не на роль фаворитки пригласили. Один плюс: косметика в трюмо здесь оказалась на порядок выше по качеству, чем та, что достал мне Кроденер вместе с гримом. Но я и здесь не стала изменять себе, ограничившись лишь стрелками и тушью, чем окончательно подтвердила свою репутацию «странной гостьи».

В малый тронный зал я шла, как на экзамен или переаттестацию, понимая, что ступаю на хрупкий лёд, способный надломиться подо мной в любой момент. Страшно ли мне было? Нет, в ту самую ночь страх окончательно умер во мне, включая большую часть эмоций.

Его Величество, Айнигмар, восседал на своём троне с видом человека, чувствующего своё несомненное превосходство. Позади него, чуть в тени, из-за чего невозможно было разглядеть лица, стоял наследник, тот самый принц Адриан, о котором упоминала Тори. Странно, я всегда считала, да и в литературе встречала упоминания, что аудиенции обычно проходят при очень малом скоплении людей, практически с глазу на глаз.

Чтобы не показаться невежливой, я на глаз отметила допустимое расстояние от трона и изобразила нечто вроде книксена.

– Диана, вы заявили, что относите себя к ныне исчезнувшему роду Дэагост, и это отчасти подтвердили Наши преданные люди, но Мы хотели бы получить подтверждение.

По сигналу короля один из придворных, возможно, какой-нибудь секретарь достал из своей папки какую-то бумагу и подошёл ко мне: – Приложите свою руку к завещанию последней главы рода Дэагост.

На сегодняшний день с меня хватило завещаний сполна, но пришлось подчиниться, тем более что мне нужен был официальный доступ в поместье Атенайи, чтобы выставить ещё одну точку и чуть расширить свою задумку со склепами. В противном случае, моё «наследство» так и не примет Тори и её детей.

Завещание, в отличие от копии, которую я держала в руках в конторе мэтра Сагадея, отозвалось моментально, вспыхнув серебряными вензелями.

– Назовите своё полное имя! – приказал король, чуть подавшись вперёд и алчно всматриваясь во все изменения, которые происходили с завещанием.

– Диана Эрис Атенайя Дэагост. Наследница второго из Старших родов санатер этого мира.

Размытый текст в строчке, означавшей принятие наследства, приобрёл чёткие очертания и превратился в четыре слова, означающие моё истинное имя в действующих реалиях.

– Имя и право подтверждено, – заявил «секретарь».

Король оказался не просто доволен – он чуть ли не в ладоши захлопал, радуясь как дитя: – Приветствую вас, госпожа Диана Дэагост в Нашем дворце. Вы поистине настоящее сокровище, которого Мы едва не лишились из-за попустительства некоторых лиц, но будьте уверены – они понесут заслуженную кару.

У меня внутри всё окончательно заледенело. Если Айнигмар сейчас попытается повторить свою выходку с арестом Кроденера, Габриэля и теперь уже Тори вместе Брайаном, я не стану играть в эти кошки-мышки, утащу на тот свет этого заигравшегося королька. В конце концов, не все тайны бывают разгаданы, в которых случаях эффективнее уничтожить того, кто их развёл. Несмотря на все меры предосторожности и запутывание следов, я не исключала, что где-нибудь могла проколоться, решила пойти ва-банк:

– Прошу простить меня за невежество в отношении дворцового этикета, но о каком попустительстве и каких лицах вы говорите?

Король поморщился: – Несколько лет назад Нами был отдан приказ оповещать о том, что на территории Нашего королевства вернулись санатеры, чтобы обеспечить должным образом их безопасность и не допустить повторного истребления. Некоторые должностные лица были об этом уведомлены, и как Мы видим, уже повторно нарушили Нашу волю. Вы же не будете отрицать, что не знакомы с господином Кроденером – главой Службы упокоения и господином Брайаном Гантером – главой Управления сыска? Кроме того, Нам известно о вашей встрече с лордом Геймовером и леди Дигейст-Геймовер, которая, в свою очередь, также является санатерой. Все они должны были доложить Нам о вашем появлении.

Какой же молодец, никого не забыл, но ещё и дал почву для размышлений, кто же наблюдал всё это время за мной, если никаких шпионов рядом и в помине не было. Секретарь, передавший мне паспорт и прочие документы, точно больше ни разу в Аниминде не появлялся.

– Естественно, всех перечисленных вами я знаю. Господин Гантер занимался перемещёнными, а также весьма оперативно отреагировал на мой сигнал о творящихся в Аниминде противоправных с точки зрения морали и чести, действиях. Так уж вышло, что рядом с моим домом находится кладбище, находящееся в сфере интересов господина Кроденера, в его ведомство я направляла прошение о предоставлении работы, так как ни на какую другую меня не брали. А после пожара они оба согласовали моё трудоустройство, как единственный приемлемый законный вариант. Если бы господин Гантер и господин Кроденер знали, что я санатера, неужели бы они не предложили мне ту же работу, что и леди Дигейст-Геймовер, ведь наши с ней способности похожи?

Я врала, как дышала, и верила во всё сказанное собой, зная, что мои мысли прочесть не может ни один менталист, хотя одну попытку засекла. Но мне так часто приходилось выкручиваться по жизни, что при всей моей нетерпимости ко лжи, прибегала к ней в особо критичных ситуациях.

– С леди Дигейст-Геймовер и её супругом нас свёл один нелепый случай из-за мнительности жителей Аниминда. Так вышло, что в нашем с ней родном мире мы были знакомы, и от неё я узнала, что существуют такие, как она – санатеры. Она вскользь упомянула о своём даре и работе, которой время от времени занимается. Собственно, поэтому я и решилась спустя некоторое время написать господину Кроденеру с просьбой о предоставлении мне работы, так как мне по отзывам от леди Виктории он показался человеком понимающим и достаточно справедливым. Мои способности проявились не так давно, поэтому я не спешила с кем-либо делиться этой информацией, пытаясь разобраться самостоятельно, что происходит и каким образом. Дар, перешедший ко мне от Дэагостов, требовал осторожности и постепенного познания. Этим и объясняется моя скрытность в этом вопросе. К тому же я боялась призраков, и только дар санатеры позволил мне пристроиться с их нахождением рядом со мной. Поэтому я не вижу повода в том, чтобы все упомянутые мной лица должны нести какую-либо ответственность за то, о чём не знали.

Король недовольно пожевал нижнюю губу, словно решая, верить мне или нет.

– Мы правильно понимаем, что если допросим всех четверых, то они подтвердят ваши слова?

– Несомненно. Если кто-то и догадывался каким-либо образом, что я принадлежу к Дэагостам, то мне об этом неведомо.

Такой вариант прикрытия мы обсуждали, когда ещё собирались меня легализовать в Хеймране. После обнаружения избушек Беренгара мы с Кроденером снова подняли этот вопрос, так что проблем возникнуть не должно. Мысли Тори, так же как и мои, прочесть невозможно, а Габриэль, Брайан и сам Август прекрасно владеют умением заместить одни воспоминания другими. Главное, чтобы король прямо сейчас не кинулся проверять мою версию развития событий. Утром Кроденер с Брайаном точно поймут, кого именно он притащил во дворец. Вот если бы меня сюда доставили тайно, тогда могли возникнуть проблемы.

– И вы не общались с леди Дигейст-Геймовер, несмотря на то что ранее были подругами?

На эту провокацию я ответила обтекаемо: – Мы слишком много лет не поддерживали отношений, у неё теперь семья, дети. Общих интересов по сути никаких. Да и семейный очаг всегда требует от женщины постоянного внимания.

– Да, Нас действительно докладывали, что вы почти всё своё время проводили либо на кладбище, ухаживая за захоронениями, либо в своём доме, лишь изредка посещая лавки и рынок.

Так, а вот это уже интересно, так как если наблюдение за моим домом можно было организовать через соседей, то кладбище со всех сторон окружено таким плотным кольцом деревьев, что нужно очень сильно постараться, чтобы увидеть, чем я занимаюсь. Симитера точно можно исключить, так как за ним постоянно присматривали либо Риган, либо Джош. Кто же ты, Айнигмар или кто тебе служит, способный воплотить «всевидящее око»? Упоминания о нём я встречала в мифах этого мира, но Кроденер вместе с Габриэлем опровергли факт существования такого рода магии в Хеймране. Впрочем, и о санатерах до поры до времени никто не знал. Я чуть перестроила зрение и едва удержала свои глаза на законных местах. Похоже, что со спонтанным выбросом агрессии и убиением отдельно взятого монарха придётся повременить. Если его сейчас остановить, то мои друзья всё равно пострадают, а король в глазах всех приобретёт статус великомученика, павшего от руки сбрендившей санатеры. Придётся этого гада раскручивать до конца, доказывая, что не такой он белый и пушистый, как кролик после ванны с хлоркой.

– Я готова подтвердить правдивость моих слов на чём угодно и каким угодно способом.

Без развоплощения разворошить нутро и заставить проявить себя, было сложно, требовалась аккуратность, поэтому всё, что мне оставалось – это тихонько дёргать за ниточки «сетки», не выпуская свои «крючки».

Явно почувствовавший неладное, король слегка заёрзал на троне и поднял руку, жестом изобразив «прочь».

Буквально через минуту в зале не осталось никого, кроме нас двоих и того самого «секретаря».

– Госпожа Дэагост, Нам нужны верные люди, особенно с вашими способностями. Леди Дигейст-Геймовер не совсем подходит для этих целей, тем более что она для напавшего на вас явно не представляет никакого интереса. Готовы ли вы принять Нашу милость и принести клятву верности? Поручения, которые Мы готовы вам дать, требуют особой ответственности и сохранения конфиденциальности. Зато вы больше никогда не будете ни в чём нуждаться, станете обласканы Нашим расположением и вести достойный своего рода образ жизни.

Проклятая присяга, из-за которой в своё время был вынужден сделать выбор Эрборн, а потом и я должна была обсудить её с Рэйдом! Клятва, сковывающая руки простым смертным и превращающая их в марионеток... Мне на присягу по большому счёту плевать, но вот обещания золотых гор вызвало у меня только отвращение. Пусть засунет себе деньги и почести максимально подальше. Себе на кусок хлеба спокойно заработаю и уже заработала благодаря Кроденеру и Петерсону. Если уж на то пошло, то суммы, замороженные на счетах Атенайи, я хорошо разглядела в завещании. Их хватит легко лет на сто роскошной жизни с лобстерами, фаршированными чёрной икрой, на завтрак, обед, ужин и полдник. Больший срок жизни мне всё равно не грозит.

– Вам придётся оборвать все сношения с внешним миром, но Мы слышали, что санатеры и так предпочитают уединённый образ жизни. Диана, вы же не хотите впасть в Нашу немилость из-за недопонимания?

Ублюдок. Мне на твою немилость всё равно, вот только за этим словом стоят четыре имени, а по факту все шесть!

– С этим нет никаких проблем. Правда, я должна леди Дигейст-Геймовер некоторую сумму, которую она мне одолжила на покупку дома, но если вы будете так любезны и позволите написать ей письмо с указанием права передачи всех прав на мой дом, то мы с ней окажемся в окончательном расчёте и никаких претензий друг к другу иметь не будем.

Естественно, Его Величество «оказался любезен». Правда, немного удивился моей подписи, но я видела на лацкане у «секретаря» артефакт проверки на ложь и, шлёпнув на кристалл ладонь, клятвенно подтвердила, что много лет так расписываюсь и этот росчерк Тори прекрасно знаком. После этого мной была принесена клятва верности, и король посвятил меня в нюансы моей новой службы. Хотя для меня особо ничего нового не было, кроме того, что в перспективе мою тушку грозило засыпать скелетами из чужих шкафов. Что же, придётся сыграть в лояльность, чтобы дойти до главного призрака королевства.

В свои покои я вернулась, когда часы уже пробили полночь, и застала в спальне не очень приятный сюрприз.