Легионер

ГЛАВА 10

Последний отголосок зимы прокатился над полуостровом, засыпав его тяжелым мокрым снегом.

Тридцать восемь человек из Одиннадцатого легиона Клавдия и горстка пленных готов пробирались через сугробы, пытаясь обойти болото. Они двигались на восток, к перешейку — мимо болот и гор.

Спасенный из плена Протей лежал на носилках. Они несли его от самого форта — юноша потерял много крови, был очень бледен и почти не приходил в себя, сжигаемый жестокой лихорадкой.

Обогнув подножие холма, отряд вышел на белоснежную и чистую, как полотно, равнину. Феликс крепко стискивал зубы, стараясь — впрочем, тщетно — унять дрожь. Ледяной встречный ветер с равнины пробирался и под броню, и под одежду.

— Как ты думаешь, командир, что Протей имел в виду? Он бормотал «бегите»... — задумчиво произнес опций.

— Что-то вселилось в этих готов, не иначе. Они сражались, точно волки, загнанные в угол! — Галл кивнул в сторону пленников, а затем наклонился к опцию и понизил голос. — Вряд ли это из-за нашего парня, а?

Феликс кивнул, продолжая напряженно размышлять.

— Если мы сможем найти подходящее место для лагеря и укрыться от снега и ветра, то тепло, еда и горячее питье могут привести Протея в чувство. По крайней мере, он сможет рассказать нам чуть больше.

Метель усиливалась, и Галл плотнее закутался в свой шерстяной плащ.

— Лагерь — это сейчас самое главное для нас, Феликс. Мы подыхаем в этом морозном аду.

Следующий форт, если верить карте, должен был находиться поблизости — но они ничего не могли разглядеть в белой непроглядной мути.

— Проклятый снег все усиливается! — проворчал Феликс и внезапно замер, предостерегающе положив руку на грудь Галлу и вынуждая его остановиться.

Снег, словно по волшебству, прекратился, и далеко на равнине они увидели множество черных точек.

Второй форт действительно был недалеко, но он казался маленьким и беззащитным сооружением по сравнению с сотнями, а то и тысячами людей, окруживших его со всех сторон. С востока доносился запах гари.

— Стой! — рявкнул Галл, вскидывая руку.

Колонна остановилась на склоне холма.

— У нас завелись попутчики. Много попутчиков, — сказал Галл. — Авит, Зосима! Не спускайте глаз с пленников. И смотрите по сторонам. Феликс, ты со мной.

Они с опцием быстро поднялись на холм, уже возле самой вершины залегли в снег, осторожно приподнялись. У Галла во рту пересохло, когда он увидел раскинувшуюся перед ним картину.

Разрозненные отряды готов собирались вокруг полуразрушенного форта. На самом деле это была уже почти армия — около тысячи конных и пеших воинов. Следом за ними тянулся обоз — женщины, дети и старики шли пешком и ехали на повозках, запряженных волами. Этих было едва ли не вдвое больше, чем воинов. К востоку земля дымилась от пожарищ до самого горизонта. Даже сильный снегопад не смог полностью скрыть разрушенные и сожженные дома, а также свежие холмики бесчисленных могил.

— Эти люди... — потрясенно выдохнул Феликс. — Что их гонит? Чума? Черный мор?

С равнины ветер доносил заунывные звуки рыданий, крики и конский топот.

— Вряд ли, Феликс. Эти могилы... Могилы воинов. Взгляни — в землю воткнуты мечи. Эти люди сражались — и проиграли сражение. Теперь они уходят, оставляя за собой лишь выжженную землю. Отчаянная мера, последняя.

— А разведка? Разве приходили донесения о стычках между племенами готов? — нетерпеливо спросил Феликс.

— Нет, согласно донесениям, у готов единое королевство, — усталое лицо Галла прорезали глубокие морщины, он словно постарел в одно мгновение. — Мне кажется, эти люди столкнулись с чем-то иным. С теми, кого не смогли победить. Мы должны допросить наших пленников!

— Они так и не произнесли ни единого слова, упрямые ублюдки. Скорее умрут, чем заговорят. Клянусь, они — худшее из всех племен, живущих вдоль Данубия!

— Заговорят! — Галл резко обернулся, услышав громкий вздох одного из легионеров.

Это походило на мираж... или появление призрака. На самой вершине соседнего холма на мгновение возникла фигура всадника на приземистой поджарой лошади. Мгновение — и всадник исчез.

— Феликс, это же...

Лицо опция было непривычно встревоженным.

— Да, командир. Один из них. Всадник из леса.

Снег яростно хлестал по капюшонам плащей, губы и носы солдат посинели от холода. Они безрезультатно обшаривали холм — человек верхом на лошади, только что показавшийся им так близко, теперь бесследно канул в белесую круговерть метели.

Зосима вскарабкался на каменистый гребень холма, чтобы осмотреться. Несмотря на огромный рост и вес, а также на бьющую в лицо ледяную крупу и обледеневшие камни, двигался он легко, словно большой паук. Галл и Авит обходили холм с другой стороны, чтобы перехватить странного всадника. Метель все усиливалась, и им требовалось немало усилий, чтобы разглядеть хоть что-то даже вблизи.

Затем ветер внезапно переменился, метель резко прекратилась — и Галл замер, увидев, что Зосима висит на краю обрыва, вцепившись в ледяную кромку могучими пальцами, а прямо перед ним маячит темная фигура!

— Зосима!!!

Вопль Галла подхватил ветер, а незнакомец тем временем обнажил меч и кинулся на беззащитного легионера. Рев Зосимы разнесся над холмом, и Галл с ужасом увидел, как после удара мечом Зосима отпускает руки и летит вниз, на камни. Еще один его верный соратник и боевой товарищ!

— Командир, мы загнали его в угол! Заходи слева! — закричал Авит.

Галл усилием воли заставил себя собраться. Выхватив меч, он погнался за темной фигурой. Авит заходил справа.

— Бросай оружие, ты окружен!

Незнакомец обернулся к ним, присел, широко расставив ноги и поводя перед собой сверкающим клинком. Галл шагнул вперед, выставив вперед меч. Теперь он мог различить лицо убийцы Зосимы.

Длинные черные волосы обрамляли плоское, скуластое, почти квадратное лицо. Глаза были темные, миндалевидные, почти без белков. Нос курносый, приплюснутый; вокруг губ к подбородку тянется тонкая ниточка усов. Лицо иссечено шрамами — их вид даже Галла заставил задержать дыхание.

Группа легионеров во главе с Феликсом окружила их. Галл мгновение смотрел на них растерянно, а потом рявкнул:

— Феликс! Пленники!

— Командир, мы видели, как упал Зосима! — лицо Феликса было мрачнее тучи. — Пленников охраняют пятнадцать человек, мы решили, что вам не помешает помощь!

— Он здесь один... но я не вижу его лошадь. Возможно, где-то поблизости его сородичи... — Галл в ярости повернулся к незнакомцу. — Бросай оружие — или умрешь, не успев сделать даже вдох!

Темные глаза стремительно обежали римлян. Дикарь оскалился и начал пятиться к краю обрыва. Здесь он остановился, упал на колени и начал яростно сыпать проклятиями на неизвестном наречии. Галл приблизился и коснулся мечом горла пленного.

— Кто ты?

Ответом ему был взгляд, полный ненависти. Потом незнакомец прокаркал на ломаном греческом:

— Проиграть... честь теряла...

Галл усилил давление холодной стали на горло пленника.

— Кто ты и кто твои люди?

— Я первый порыв большого ветра. Мой род уничтожит твоих людей, как чума. Тенгри, бог небес, смотрит на нас сверху и желает вашей гибели. Вас развеет, словно пепел.

— Кто ваш вождь? Где ваши люди? Отвечай, мне не нужны твои пустые угрозы!

Глаза незнакомца сверкнули темным огнем, он громко расхохотался в лицо Галлу. Галл почувствовал, как холодок пробежал у него по спине. Незнакомец оборвал смех и насмешливо бросил:

— Ваши люди сами себя уничтожат. Они уже начали это делать, но не видят этого... и сами просят нас помочь!

Галл хмурился все сильнее.

— Хватит этих игр, говори! Говори, если не хочешь, чтобы...

Все произошло в одно мгновение. Быстрый, словно кобра, незнакомец выхватил из-за голенища сапога острый и тонкий кинжал. Галл отпрянул — но оружие предназначалось не ему. Пленник одним молниеносным движением перерезал себе горло. Темная кровь дымящейся рекой хлынула из раны, и человек в одно мгновение испустил дух, упав лицом в алый снег.

Легионеры стояли молча, не успев понять до конца, что произошло. Снизу раздались крики. Галл повернулся и бросился к другому краю каменистой площадки, на которой они стояли. Через секунду он в бешенстве ударил стиснутым кулаком по собственной ладони.

Пленники и пятнадцать охранявших их римлян лежали в снегу, залитые кровью, и стрелы все еще дрожали в телах убитых. А загадочные всадники с окровавленными мечами стремительно удалялись прочь.

— Феликс, возьми десять человек и проверь, не выжил ли кто-нибудь. И будь осторожен.

Выражение лица опция было весьма красноречивым. Разумеется, все оставшиеся внизу были мертвы.

Галл быстро взглянул на солдат. Растерянные, испуганные, они переговаривались вполголоса. Следовало не допустить паники — и Галл заставил себя успокоиться.

— Мы влипли в самую середку чего-то большого и важного, парни. Наша обязанность — вернуться к своим и доложить обо всем увиденном... и пережитом.

Галл взглянул на равнину. Орда готов, к счастью, не обратила на них никакого внимания. Галл перевел взгляд на восток.

— Мы похороним наших людей, а потом без промедления отправимся к восточному побережью. Пустим впереди небольшой разведотряд, чтобы проверить последний форт. Те, кто остался на «Аквиле», завтра к вечеру приведут корабль в условленное место на восточном берегу. И тогда мы отправимся домой.

Раздались возгласы одобрения, легионеры немного воспрянули духом. В этот момент запыхавшийся Феликс птицей взлетел на вершину холма.

— Командир, Зосима жив! Он сам отпустил руки, чтобы не попасть под меч. У него сломаны несколько ребер и плечо, но жить он будет!

На этот раз из глоток солдат вырвался радостный рев. Галл засмеялся от облегчения.

— Понесем жирного ублюдка на носилках, будем меняться. Я сам пойду в первой смене. К побережью, парни! Нас ждет «Аквила»! Вы со мной?

Теперь радостные крики звучали стройно и громко, заглушая даже вой ветра. Галл дождался, пока последний из солдат не исчез за краем каменного гребня — и только тогда позволил себе закрыть лицо руками.

Побережье и «Аквила» были очень далеко отсюда.