Легионер

ГЛАВА 51

Когда Орда снялась с места и двинулась вперед — задрожала земля.

Баламбер ехал впереди и в середине, блистая персидской броней. Окружали его самые преданные вожди племен, составляющих Орду — именно с ними Баламбер делил добычу после боев.

Он самодовольно оглядывался на свою армию. Никакого построения, никакого порядка — это было волнующееся море всадников. Но зато эти люди принесли ему победу на своих клинках. Это они завоевали полмира, уничтожив всех, кто стоял у них на пути.

Мерно покачивались копья, за спинами виднелись колчаны. полные стрел, и небольшие изогнутые луки. Основой его армии были всадники, позади шла пехота — ее составляли бедняки, умолившие Баламбера взять их с собой. Вождь не слишком рассчитывал на них.

«Уничтожь всех, кто встанет у тебя на пути!»

Баламбер ни на секунду не забывал эту жестокую мантру. Иногда, помимо нее, в голове всплывали короткие, смутные воспоминания, с которыми он так долго боролся. С тех самых пор, как был еще маленьким мальчиком. Однако как бы далеко он эти воспоминания ни загонял — они возвращались, разрывая душу ненавистью и жаждой мести.

Тысячи и тысячи его соплеменников — мертвые, искалеченные, окровавленные. Династия Цинь посылала армию за армией, стремясь уничтожить племена хунну. Те, кто не смирился, кто боролся за свою жизнь и свободу, скитались по пустыням и равнинам, следуя за солнцем, в надежде найти новый дом. Сердца их ожесточились от горя.

Жгучая печаль на мгновение затуманила глаза Баламбера при воспоминании о событиях минувших дней. Однако кротость — это слабость, она приносит поражение и бесчестие. Баламбер стиснул зубы, вспомнив боль и стыд на лице своего отца, когда тот ночью бежал из их дома в степь, привязав маленького Баламбера у себя за спиной. Это случилось после очередной бойни — и тогда великий Тенгри устами мудрых говорил с народом хунну, и они запомнили эти простые слова: уничтожайте все на своем пути.

Он моргнул, приходя в себя. Быстро огляделся по сторонам. Рядом ехали самые доверенные из его подданных, вожди и воины, прошедшие с ним вместе этот долгий путь.

Баламбера они боялись больше, чем любого противника — будь это солдаты Римской империи в ее отдаленных провинциях, или воинственные и гордые династии Дальнего Востока. Великий Баламбер заговорил тихо, почти мягко:

— Воины! Легион Рима ждет нас на юге. Слава и сила римских воинов была велика, об этом знал весь мир — но прежде, чем мы столкнемся с ними, знайте: они уже не те, что были когда-то. Теперь это овцы, готовые для забоя. Мы прольем их кровь и откроем ворота своей судьбы. Их империя простерлась во все концы света, границы ее дотянулись до тех земель, куда солнце уходит отдыхать ночью. И эта империя будет нашей!

Глаза воинов засверкали от радости. Баламбер усмехнулся.

— Вы, мои друзья и братья, разделите со мной славу и богатства. Сражайтесь за меня с честью — и слава наша будет общей!

— Не сомневайся, благородный Баламбер! — отвечал один из вождей. — Мы прольем за тебя кровь, и это честь для нас!

Остальные застучали мечами по щитам в знак одобрения. Баламбер улыбнулся, послал коня вперед быстрой рысью. Простого обещания богатства достаточно, чтобы приручить этих степных волков. Он подал знак своему телохранителю — великану на могучем жеребце. Гигант вскинул к губам большой бычий рог, висевший у него на груди, набрал воздуха...

Пронзительный и зловещий рев раскатился по равнине — и двадцать тысяч гуннов откликнулись на него многоголосым воинственным воплем.

Орда вступила в войну.