Легионер

ГЛАВА 72

Дыхание Галла было хриплым, он постоянно кашлял — как и все остальные защитники стен форта. Пыль стояла густым столбом. Каждый новый выстрел разбивал форт все сильнее, и обломки зубцов сыпались во двор, покрывая все вокруг малиновой кирпичной пудрой. Кое-где виднелись густые мазки кармина — это кому-то не повезло попасть под прямое попадание снаряда катапульты.

— Они вскроют нас, как устрицу! — прорычал Галл, отплевываясь от песка.

Действительно, было очевидно, что еще несколько таких выстрелов — и стена падет, открывая прямой доступ в форт. Из двухсот его защитников, вышедших на рассвете на перекличку, погибли еще семьдесят человек, и моральный дух оставшихся упал совсем низко...

— Хорса уже рядом! И Амальрик не отстает от него! — заорал Кводрат, подпрыгивая от возбуждения в гнезде сторожевой вышки.

— Наездники, подобные богам! — пробормотал Галл, и дыхание у него перехватило.

Хорса будет намеренно отвлекать внимание на себя, пока Амальрик подбирается к катапультам... Они ухитрились незаметно выскользнуть из боковых ворот и уйти на восточный край плато, где направили коней в проход, скрытый от гуннов скалами. Это было невероятно — но им удалось обойти гуннов с фланга, так и не дав обнаружить себя. Теперь, зайдя гуннам в тыл, они готовились к стремительному рывку. Центурион впился скрюченными пальцами в растрескавшиеся камни, молясь всем богам сразу за Хорсу и Амальрика...

— Амальрик прямо за ними, командир! — взвыл от восторга Кводрат.

Легионеры откликнулись радостным ревом. В этот момент Хорса пришпорил коня и ворвался в строй гуннов. Те от неожиданности и удивления буквально ощетинились копьями, но, поняв, что перед ними только один всадник, расслабились, заулюлюкали и отправили нескольких конников в погоню. Все внимание было приковано к Хорее — и Амальрик беспрепятственно добрался до катапульт, оказавшись прямо позади баллистиков. Еще мгновение — и он раскрутил над головой горящий увесистый мешок, а потом метнул его в первую катапульту. Баллистики, застигнутые врасплох, закричали, стали махать руками, пытаясь привлечь внимание гуннов — но те были слишком увлечены зрелищем погони за Хорсой.

Первая катапульта взорвалась, изрыгнув облако черного дыма и оранжевого пламени, а Амальрик уже несся дальше, швыряя подожженные мешки в остальные катапульты. Глаз у гота был точен — катапульты вспыхивали одна за другой, расцветали невиданными огненными цветами.

— Они сделали это! — в неистовстве, срывая горло, орал Галл, колотя по спине Авита, и слезы радости текли по грязным щекам коротышки.

Галл повернулся к своим солдатам.

— А теперь — паши катапульты к бою! Наводите туда! — И он указал в ту сторону, где около тысячи всадников гнались за летящим по равнине Хорсой. — Это наша последняя возможность, ребята! Стрелять без приказа! Убивайте их!

Солдаты взревели, когда огромный камень просвистел в воздухе и рухнул в самую середину преследователей гота, внося сумятицу и хаос в их ряды. Мощные кони готов тут же вырвались вперед и понеслись обратно к форту. Галл орал вместе со всеми, уже не слыша своего голоса.

Затем крики стихли. Хорса и Амальрик почти добрались до форта, но здесь путь им преградил очередной заслон конницы гуннов. На полном скаку готы развернули коней к северо-востоку и скрылись за скалами. Галл одними губами прошептал:

— Боги да пребудут с вами!

Остальные гунны, сообразив, что теперь у них остался только один путь — задавить жалкие остатки Одиннадцатого легиона количеством — ринулись к крепости. Галл повернулся к горстке измученных, грязных и окровавленных людей.

— Ну, вот и все, парни. К бою!