Звони в колокола

Глава 25

Дела шли хорошо.

Очень хорошо.

Если можно так выразиться, даже слишком хорошо.

Клэрмонт Дибнер к такому не привык. “Рождественская сказка Страна Чудес” работала уже полдня, и до сих пор не было ни одной жалобы. Покупатели выглядели довольными. Продавцы выглядели довольными. Даже миссис Пирс выглядела счастливой. Он готовился к решению всевозможных проблем, но ни одна не возникла.

На самом деле, поток посетителей оказался гораздо больше ожидаемого, и он уже почти открыл второй грот с двумя Уэйнами в роли Санты, когда заметил нечто необычное. Как бы ни было многолюдно, очередь к гроту, казалось, оставалась неизменной. Дети и их родители заходили и выходили с другой стороны, казалось бы, всего через несколько секунд, и все же, когда их спрашивали, все они говорили, как здорово, что Санта-Клаус уделил им столько времени. А истории, которые он рассказывал, были просто замечательными. У родителей было легкое ошеломление, которое проходило через пару минут, но дети уходили с ярко сияющими глазами, полными рождественского волшебства.

Клэрмонт удалился в свой офис. Он просидел там все утро, изо всех сил стараясь ни о чем не думать. Ничего не подвергать сомнению. Кларисса продолжала приносить сумки с наличностью, а на экране ноутбука он видел, как общая сумма на счету растет и растет благодаря продажам по картам. Люди продолжали покупать билеты онлайн или просто приходили к дверям. Так много людей. Ему следовало установить лимит, и все же что-то внутри с тошнотворной уверенностью подсказывало: сколько бы билетов они ни продали, это место никогда не будет переполнено.

Раздался стук в дверь. Клэрмонт почувствовал странное облегчение. Проблема. Наконец-то проблема, с которой нужно было разобраться.

Дверь открылась, и заглянул классический Уэйн с обеспокоенным выражением лица.

– Босс…

– У нас проблема? – с надеждой спросил Клэрмонт.

– У нас проблема, – подтвердил Уэйн.

Две минуты спустя Клэрмонт стоял у задней двери склада, где располагалась Страна Чудес, и смотрел на проблему, которая была совсем не того рода, на которую он надеялся.

– Когда это появилось?

– Несколько минут назад, – ответил Уэйн.

– Я так понимаю, никто не видел, чтобы его выгружали из фургона или типа того?

– Не-а, – сказал Уэйн. – Я даже спросил Уэйна. Ну, другого-другого Уэйна. О, кстати, хотел сказать: пришлось позвать моего третьего кузена Уэйна, чтобы помог с парковкой. Там уже яблоку негде упасть.

– Понятно, – отозвался Клэрмонт, быстро осознавая, что в мире есть проблемы посерьезнее, чем избыток Уэйнов.

– В смысле, это же не наше, так? – спросил Клэрмонт.

– Нет.

– Но мы же его не крали?

– Точно нет, – подтвердил Уэйн.

– Может, он сбежал откуда-то?

– Возможно.

– Не похоже, чтобы они просто так разгуливали сами по себе.

– По моему опыту, нет, босс.

Клэрмонт сглотнул и оглядел зверя с ног до головы. Тот ответил ему пугающе умным взглядом. Словно терпеливо ждал какого-то ответа, и все будет в порядке, пока этот ответ его устраивает.

– Ты… – начал Клэрмонт, и на секунду у него перехватило дыхание. – Ты знал, что северные олени такие огромные?

– Нет.

– И нос…

– Удивительно красный, – подтвердил Уэйн. – Но опять же, я не эксперт. Последние несколько Рождеств я провел в местах не столь отдаленных.

Клэрмонту это уточнение показалось странным. Не то чтобы в стране за последнее время случился наплыв оленей. Вроде того как серые белки вытесняют популяцию рыжих, только чтобы самих быть вытесненными ордами двухметровых оленей с красными носами.

– Что нам делать? – спросил Уэйн.

– Думаю, надо его впустить.

– Почему?

– Потому что, кажется, он хочет войти.

Клэрмонт и Уэйн отступили и распахнули большие двойные двери склада. Как и следовало ожидать, олень спокойно зацокал внутрь.

Они закрыли за ним двери и долго стояли молча.

Наконец Уэйн снова заговорил:

– Что нам делать?

Рот Клэрмонта работал словно на автопилоте.

– Передай Уэйну – другому-другому Уэйну – пусть начинает взимать двойную плату за парковку и скидку двадцать процентов за наличные.

Тем временем в своем гроте Санта сделал небольшую паузу и потянулся. Все шло хорошо. Все шло просто замечательно.

Нил был счастливее всех на свете. Дети один за другим приходили в грот и уходили оттуда, полные рождественского волшебства. Все это было как сбывшийся сон, а секрет снов в том, чтобы не сомневаться в них, иначе проснешься и все испортишь.

За его широкой улыбкой скрывалась другая. Залас тоже был счастлив.

Он чувствовал, как сила наполняет его. И это было только начало. Впервые в жизни он позволил сознанию хозяина тела остаться. В некотором смысле они работали сообща. Он сидел на заднем сиденье и позволял хозяину говорить, и это работало. Этот человек хотел верить даже сильнее, чем дети.

Он откинулся назад и издал вопль восторга, который превратился в смех, какого он прежде никогда не слышал. Звучало это очень похоже на “хо-хо-хо”.