Звони в колокола

Я родила от Твиттера

Жительница Болтона утверждает, что отцом ее двухлетнего сына по имени Ретвит является Твиттер. Сорокадвухлетняя Роуз Маршалл заявляет, что состояла в романтических отношениях с соцсетью в течение пяти лет, а ребрендинг в X был преднамеренной попыткой уклониться от алиментов. Когда “Странные времена” задали вполне разумный вопрос о биологической возможности подобного, мисс Маршалл предоставила полное и графическое описание процесса. Впервые в истории нашего издания редакция приняла решение не делиться этими подробностями. Скажем так: двое наших сотрудников теперь наотрез отказываются владеть мобильными телефонами, и скорее ад замерзнет, чем кто-либо из нас снова прикоснется к шприцу для маринада.

Глава 29

Доктор Картер сидела и смотрела на фигурки-болванчики, расставленные на столе перед ней.

Ее рука зависла над Медвежонком Фоззи.

– Возможно, если бы я могла… – Она отдернула руку. – Нет, это не сработает. – Она взяла Гонзо и Доктора Зуба из Electric Mayhem. – Возможно, если мы… – Она поменяла их местами, цокнула языком и вернула все назад.

Она вздрогнула и подняла взгляд, осознав, что рядом с ее столом стоит Тэмсин Баладин.

– Боже. Извини, Тэмсин, я не слышала, как ты вошла.

– Вы определенно выглядели погруженной в раздумья.

– Можно и так сказать, – отозвалась доктор Картер.

– Все в порядке?

– Ну, это зависит от того, что ты вкладываешь в понятие “в порядке”. В преддверии традиционного рождественского пира, который должен был последовать за заседанием Совета, мне уже дважды пришлось менять все меню. Мне пришлось искать альтернативное жилье для троих наших гостей, чья главная проблема с предыдущими номерами заключалась в том, что они жили в полумиле друг от друга. Мне пришлось договариваться о ситуации, когда после того, как мисс Пигги настояла, чтобы дегустатор сидел справа, после чего все остальные потребовали того же для своих дегустаторов. В итоге потребовался стол такого размера, которого буквально не существует в природе. Теперь, после челночной дипломатии более масштабной, чем потребовалась для предотвращения Карибского кризиса, мне удалось добиться соглашения о “детском столе”, битком набитом дегустаторами.

– К тому же стоит учитывать, что у некоторых из этих личностей вражда тянется веками. Но выяснилось, что парочка из них поссорилась на прошлой неделе из-за партии в гольф, и теперь появились совершенно новые параметры, в рамках которых мне нужно выполнить сизифов труд по составлению плана рассадки. Другими словами, – закончила она с улыбкой, – все идет в точности так, как и ожидалось.

Ирония этого утверждения заключалась в том, что оно во многом было правдой. К этому времени в следующем году доктор Картер будет вовсю трудиться над созданием собственной системы междоусобиц, которая продлится тысячелетиями и с которой придется разбираться какому-то другому бедолаге.

– Понимаю, – сказала Тэмсин Баладин. – Это действительно впечатляет. Можно спросить, что это за маленькие фигурки?

– Моя маленькая шутка для самой себя, – призналась доктор Картер. – Мне нужно было как-то отобразить пятьдесят одного уникального индивида, и только у “Маппетов” нашелся достаточно широкий выбор персонажей.

– У “Маппетов”? – переспросила Тэмсин Баладин.

Доктор Картер откинулась на спинку кресла.

– Ты ведь слышала о “Маппетах”, не так ли?

– Что-то не припоминаю.

– Маппеты? – повторила доктор Картер, не в силах скрыть негодование в голосе. – Кермит? Мисс Пигги? Улица Сезам?

– Кажется, я слышала про эту “Улицу Сезам”. Это было телешоу?

– Это было… Это же “Улица Сезам”! Как ты могла ее не видеть?

– Наши родители не разрешали нам смотреть телевизор, когда мы росли.

– Боже правый.

Теперь настала очередь Тэмсин выглядеть задетой. И все же, подумала доктор Картер, это многое объясняет.

– Что ж, – продолжила доктор Картер, стараясь смягчить тон беседы, – ты должна их посмотреть. Это прелесть. На самом деле, начни с “Рождественской песни Маппетов”. Замечательно подходит к сезону.

– А, – сказала Тэмсин, нащупав знакомую почву, – “Рождественская песнь”. Да, книга Чарльза Диккенса. Ее я, конечно, читала.

– Точно, – сказала доктор Картер. – Ну, это книга по фильму.

– Я не… – Тэмсин Баладин улыбнулась своей фирменной улыбкой. – Вы, конечно, шутите.

– Шучу. Итак, как дела за пределами мира Маппетов и шеф-поваров с мишленовскими звездами, которых я выписала за неприличные деньги?

Тэмсин сверилась со своим неизменным планшетом.

– С тем делом в Честере разобрались.

– С тем… Ах да. Хорошо. – вспомнила доктор Картер. Ее взгляд зацепился за фигурку Скутера. Если подумать, там в дальнем конце стола было еще пара человек, которых он еще не успел оскорбить. Она могла бы передвинуть его туда, и это позволило бы Большой Птице похлопать крыльями в том месте, которое она уже мысленно называла “сектором повышенной токсичности”.

– Расследование инцидента в библиотеке Манчестерского Столичного Университета продолжается. У меня есть отчет от этого инспектора Кларка – много воды, мало конкретики. Они не нашли эту женщину, Дебру Бримсон, но уверены, что она их преступница и скоро они ее задержат. Инспектор Стерджесс, кажется, тоже вызван, так что нам, возможно, придется…

Баладин действительно вела себя как собака с костью, когда решала, что ей что-то нужно, а костью в этой аналогии был Стерджесс.

– Да, – кивнула доктор Картер, а затем посмотрела на секцию, где сидели Доктор Зуб и его группа. Смогут ли они потесниться ради трехсотлетнего скандинавского Элмо, который помешан на широко опровергнутой лженауке френологии, не говоря уже о некоторых других, куда менее социально приемлемых увлечениях? – Я проверю, как там инспектор, позже. Если помню правильно, прошлый день Рождества он провел в офисе, разгребая бумаги.

– И наконец, – продолжила Тэмсин, – в Теймсайде сгорел заброшенный склад.

Доктор Картер подняла голову.

– Полагаю, ты говоришь мне это, потому что…

– Да.

Доктор Картер хлопнула ладонью по столу.

– Разве я не ясно дала всем понять, что в этот деликатный период не должно быть ни малейшего намека на какие-либо неприятности?

– Дали.

– Прекрасно. Отправляй группу “Альфа”. Мистер Мэлаган проведет Рождество в одной из наших самых комфортабельных камер.

– Как пожелаете, – ответила Тэмсин. – Что-нибудь еще?

– Если только ты не нашла способ вернуться в прошлое на двести шесть лет назад и сделать так, чтобы карета одного голландца не переехала любимую охотничью собаку одного шотландца – это бы значительно облегчило мне жизнь.

– Боюсь, что нет.

– Тогда да, – сказала доктор Картер, снова переводя внимание на стол. – Это все.

Ее рука зависла над Статлером, прежде чем она убрала ее.

– Он спал с женой шведского шеф-повара, похотливый старый козел.