Звони в колокола

Глава 28

Бэнкрофт в свое время встречал нескольких убийц, достаточно чтобы понимать, что библиотекарь Дебра Бримсон не выглядела как человек, способный с невероятной жестокостью расправиться с тремя друзьями. Он, как никто другой, прекрасно понимал, что способность людей удивлять и разочаровывать безгранична, но все же, увидев ее лично, и без того неправдоподобная официальная версия событий стала выглядеть еще подозрительнее.

Дебра присела на небольшой деревянный ящик на дальнем конце палубы, как можно дальше от Бэнкрофта, плотнее кутаясь в одеяло. В ее облике сквозило что-то затравленное; она выглядела скорее как жертва, чем как преступница.

Когда она успокоилась, и Когз воспользовался паузой в разговоре, чтобы собрать разбросанные сосиски в ведро, он снова заговорил заметно тише. Таким тоном люди непроизвольно пользуются, когда имеют дело с кем-то очень хрупким.

– Итак, – сказал Когз, – я так понимаю, ты знаешь, кто такая Дебра?

Бэнкрофт кивнул. Ему не требовалось заполнять пробелы в этой истории.

– Убийца, – тихо сказала женщина, безучастно глядя на окружающий их туман.

– Мы – под этим я подразумеваю нашего босса, – Когз многозначительно кивнул в сторону воды на случай, если присутствие упомянутой сущности еще не было ослепительно очевидным, – узнали о Дебре, когда она оказалась в канале неподалеку от моста на Элбион-стрит.

– Оказалась? – переспросил Бэнкрофт. Как бы он ни старался, в его природе было заложено желание задавать уточняющие вопросы.

– Ее туда сбросили, – сказал Когз.

– Кто?

– Это на удивление сложный вопрос. Мы к этому еще вернемся. Она была без сознания, и, думаю, можно предположить, тот, кто это сделал, считал ее либо мертвой, либо без пяти минут покойницей.

– Понятно, – сказал Бэнкрофт, но тут же поправил себя: – Вообще-то, не уверен, что мне понятно. Я знаю статистику, и хотя существует этот нелепый городской миф о серийном убийце, который сталкивает людей в каналы Манчестера, в водных путях этого города ежегодно тонет уйма народа. Почему же никто не вмешивается в те случаи?

Когз не ответил. Вместо этого он опустил взгляд, когда Зик многозначительно ткнул его носом в ногу. Они встретились взглядами, и Когз огляделся, внезапно напрягшись.

– Оооу.

Зик подошел к Бэнкрофту и сел перед ним.

– Добрый совет, мистер Бэнкрофт. Я ценю твой образ ворчливого типа, но сейчас тебе стоит серьезно подавить желание играть в эту игру, иначе все закончится очень плохо.

– Я уже разговаривал с уязвимым человеком, – сказал он, взглянув на Дебру.

– Ты меня не понимаешь, – сказал Зик. – Бывают ситуации, когда соблюдение манер – вопрос жизни и смерти. И сейчас именно такой случай.

Прежде чем Бэнкрофт успел ответить, Зик поднялся на задние лапы и поклонился. Бэнкрофт посмотрел на Когза, который кланялся в той же манере, а Дебра Бримсон в изумлении уставилась куда-то в сторону. Спустя мгновение Бэнкрофт понял: они смотрят не на него, а чуть правее.

Бэнкрофт оглянулся через плечо и невольно вскрикнул, вскакивая с места. Позади него, прямо на воде, стояла фигура. Если ее можно было так назвать, учитывая, что сама фигура целиком состояла из воды.

– Ваше Величество, – хором произнесли Когз и Зик.

Когда глаза Бэнкрофта привыкли к происходящему, он разглядел, что перед ним действительно женщина. Она стояла, скрестив руки на груди, и спокойно смотрела на него. Внутри ее жидкого тела, отвлекая внимание, плавала маленькая рыбка.

Бэнкрофт почувствовал чью-то руку на штанине и, обернувшись, увидел, как Когз тянет его вниз с многозначительным выражением лица. Бэнкрофт подавил все свои инстинкты и опустился на одно колено.

Фигура не представилась. Когда она заговорила, ее губы не шевелились, но поверхность жидкого тела пошла рябью. Ее голос был удивительно глубоким и мелодичным.

– В ответ на твой вопрос: я обычно не вмешиваюсь, когда люди оказываются в моих владениях. Это дела человеческие, и они меня не касаются. Другие люди – это даже не самое худшее из того, что вы, смертные, выбрасываете в воду. Я могла бы перечислить все мерзости, которым регулярно подвергаются мои владения, но у нас нет на это времени.

Она помолчала, прежде чем продолжить:

– Причина, по которой я вмешалась на этот раз, в том, что это не было делом рук человека. Здесь замешано касание старого бога. Залас снова ходит по земле. Это дурные вести для всех и каждого. Его заботит лишь хаос. Он приносит лишь смерть. В прошлый раз его едва удалось сдержать, а те, кто остановил его тогда, давно для нас потеряны.

Бэнкрофт попытался определить, где примерно находятся глаза фигуры, и сосредоточился на том, чтобы не выдать, насколько он был напуган ее присутствием.

– Кто именно такой этот Залас?

– Он порождение тьмы. Кто-то вернул его в этот мир.

– Кому могло прийти в голову выпустить нечто подобное?

– Тому, кто и сам принадлежит тьме. Тому, кто видит выгоду в хаосе. У меня нет желания постигать мотивы людей. Заласу, как и всем ему подобным, нужна вера. Он будет пытаться собрать вокруг себя верующих, ибо именно в этом истинный источник его силы.

– Я не… – начал было Бэнкрофт.

– Тебе сказано то, что сказано. Когз и Дебра добавят ту информацию, которой владеют, но разбираться с этим делом предстоит тебе.

– И как я должен это сделать?

– Быстро, – ответила она. – Ради всех нас.

– Но…

– Молчать! – Фигура повернулась к библиотекарше. – Дебра, ты можешь доверять этому человеку. Расскажи ему все, что сможешь. Я все сказала. – Она словно замялась на мгновение, а затем обратилась к Когзу: – Ты хорошо выглядишь, – добавила она неожиданно неловким голосом.

Когз откашлялся.

– Спасибо, миледи. Я…

Прежде чем он успел добавить хоть слово, фигура с негромким всплеском исчезла.

Когз с трудом поднялся на ноги, как и Бэнкрофт, и Зик тоже вскочил.

– Ну, – произнес Бэнкрофт, снова усаживаясь на бочонок, – такое не каждый день увидишь.

– Я такого не видел с… – начал Зик.

– С очень, очень давних пор, – закончил за него Когз. – Ты должен понять, Винсент: если уж она явилась лично, значит, дело… серьезное. Очень, очень серьезное.

Бэнкрофт кивнул.

– Она… напугана?

Лодку яростно качнуло.

– Я бы так не сказал, – отозвался Когз. – Определенно не сказал бы. – Когда лодка перестала содрогаться, Бэнкрофт не мог не отметить, что “не сказал бы” – это совсем не то же самое, что “нет”, особенно из уст человека, который не умеет лгать.

– Дебра, – произнес Когз, явно стараясь перейти к делу, – возможно, ты просветишь Винсента насчет того, что с тобой произошло.

Дебра, которая все еще сохраняла затравленный вид человека, застрявшего в своем собственном аду, кивнула.

– Я… Мы… Я… Мы призвали это… существо. Заласа.

– Вы его призвали? – повторил Бэнкрофт.

– Мы не знали, что делаем именно это, – уточнила она, и раздражение помогло ей немного собраться. – Мы думали, что… – Она замолчала, и на секунду Бэнкрофту показалось, что она разрыдается, но женщина взяла себя в руки. – Мы думали, что творим исцеляющее заклинание, как бы наивно это ни звучало. Нас… меня обманули. Все дело в книге.

– В книге?

– Мне дали книгу. Нам… нам нужны были предметы, магические предметы для заклинаний, и… мне дали эту книгу.

– Кто?

– Я не знаю.

– Вы не знаете? – переспросил Бэнкрофт, чем вызвал вспышку протеста в глазах женщины.

– Я пыталась вспомнить, но не смогла. Поверьте, я почти ни о чем другом и не думаю. Кто-то… что-то со мной сделал. Я не контролировала себя – в голове звучал голос. Он вел меня, инструктировал. Мы сделали то, что требовалось, а потом… – она сглотнула и прижала руку ко рту, – он оказался во мне. Я стала пассажиркой в собственном теле. Не могу описать, каково это. Какое это насилие… А потом он… я не могла его остановить. Не могла… – На этот раз слезы все-таки брызнули из глаз, и она в ужасе уставилась на собственные руки. – Кровь. Боже, так много крови.

Когз хотел было ее утешить, но остановился, когда она отшатнулась. Вместо него подошел Зик и положил голову ей на колено. Она принялась гладить его, и это, кажется, помогло.

– Я понимаю, это тяжело, – мягко сказал Бэнкрофт, – но любая мелочь может оказаться полезной.

Она кивнула, шмыгая носом.

– Не знаю, много ли смогу рассказать. В какой-то момент, когда он уже полностью завладел мной, я перестала что-либо помнить. Не помню, как уходила из библиотеки. Но спрашивайте, я попробую.

– Хорошо, – тихо сказал он. – Спасибо. Вы ничего не помните о том, как эта книга попала к вам?

– Нет. И я пыталась. Это… я не могу объяснить. Я раньше ходила в магазинчик Пауло в Аффлеке, но это не оттуда. В этом я уверена. Кто-то мне ее дал, но… я не помню ни кто, ни как, ни… – Она замолчала, выглядя как человек, заблудившийся в собственном разуме и напуганный теми островками тьмы, которые там внезапно возникли.

– Ладно, – сказал Бэнкрофт, – как выглядела эта книга?

– Кожа, – сказала она, явно успокоившись от того, что смогла дать ответ. – Она была в кожаном переплете, и на обложке был изображен этот символ уробороса. Ну, знаете, змея, пожирающая свой хвост. Только это, и ничего больше.

– Можете ли вы вспомнить, что было внутри?

Дебра прищурилась, пытаясь вспомнить, но через несколько секунд лишь разочарованно качнула головой.

– Ладно, – произнес Бэнкрофт, решив сменить тактику. – Вы знаете, кто столкнул вас в канал?

– Это был он. Залас.

– Понятно, – кивнул Бэнкрофт. – То есть он, пока контролировал вас, прыгнул в воду?

– Нет. – Она снова замолкла, стараясь выстроить мысли в связную цепочку. – Я… Когда он владел мной, как я уже говорила, я помню только обрывки. Вспышки. Кровь, а в следующий миг я стою где-то на улице, и он там, передо мной. В смысле, не он сам. Он… наверное, он управлял этим очень большим парнем – мускулистым. Как бодибилдер или что-то в этом роде. Он в оранжевом жилете. Но я знаю, что это Залас, хотя… В общем, я знаю. Потом он бьет меня, и следующее, что я помню, – она посмотрела на Когза, – как меня вытаскивают из воды. Простите, – добавила она упавшим голосом, – я понимаю, что от этого мало толку.

– Напротив, толк есть, – возразил Бэнкрофт. – Нам нужно во всем этом разобраться, и любая деталь может пригодиться. Вы помните, что стало с книгой?

– Нет, я… Простите, – повторила она, прикрывая дрожащей ладонью рот. – Кровь. Я помню, что книга истекала кровью. В смысле, из нее сочилась кровь – прямо вокруг символа.

– Ладно, – выдавил из себя Бэнкрофт, не имея ни малейшего представления, что еще на это сказать.

– Я сказала, что должна сдаться полиции, – голос Дебры вдруг стал настойчивым. – Попытаться все объяснить.

– Нет, – сказал Когз. – Это плохая идея.

– Но…

– Хозяйка сказала нет, – он посмотрел на Бэнкрофта.

– И она права, – подтвердил тот. – То, что вы проведете остаток жизни за решеткой, никому не поможет. Скорее наоборот. Это лишь даст властям шанс создать иллюзию решения проблемы. “Расходитесь, здесь не на что смотреть. Возвращайтесь к покупке соковыжималок и просмотру шоу о ремонте – ситуация под контролем”.

– Но я ведь убила… я убила людей, – запротестовала Дебра.

– Нет, – Бэнкрофт поднялся на ноги. – Вы этого не делали. Вас просто использовали как невольное оружие.

– Что ты собираешься делать? – спросил Когз.

– Понятия не имею, – признал Бэнкрофт. – В смысле, как вообще выследить что-то или кого-то, кто может прыгать из тела в тело?

Когз пожал плечами:

– Хороший вопрос, ничего не скажешь.

– Я знаю одного типа в Лондоне, он занимается редкими книгами, – задумчиво произнес Бэнкрофт. – Думаю, стоит спросить его… – он глянул на Дебру и решил не пересказывать подробности про кровоточащий переплет, – не напоминает ли ему это что-нибудь.

– Вообще-то, – сказал Зик, многозначительно глядя на Когза, – мы могли бы немного помочь тебе в этом направлении.

Когз недоуменно посмотрел на него.

– Ты… ты хочешь, типа, попробовать вынюхать книгу?

– Нет, осел. Я знаток книг. Я тот, кто много читает.

Все еще растерянный, Когз осторожно указал на Дебру.

– Силы небесные, – проворчал недопес. – Как можно так туго соображать?

– Может, это ты паршиво даешь подсказки.

– Может, – вклинился Бэнкрофт, – ну просто на секундочку предположим, что вы просто скажете, что имеете в виду, и я смогу заняться своими делами?

– Хасиенда, – сказал Зик, игнорируя Бэнкрофта.

– Хасиенда! – воскликнул Когз, наконец поняв.

– Хасиенда.

– Хасиенда.

Когз и Зик широко улыбнулись друг другу, а затем хором сказали:

– Хасиенда!

Бэнкрофт потер виски.

– Боже мой, я как будто застрял в дерьмовой пародии на братьев Маркс.

Когз поспешил в каюту, стараясь обходить взвинченную Дебру как можно дальше.

– У меня тут где-то был билет! – крикнул он снизу.

Бэнкрофт повернулся к Зику:

– И как то, о чем вы тут толкуете, может мне помочь?

– Может, поможет, а может, и нет, – согласился Зик. – У тебя есть какая-нибудь красивая одежда, в которую ты можешь нарядиться?

– Это моя красивая одежда.

– Ого! – удивился недопес. – Ну, посмотри на это с другой стороны: по крайней мере, к тебе не будут подходить всякие пушистые ублюдки, чтобы обнюхать твой зад.