Звони в колокола

Глава 31

Клэрмонт Дибнер провел остаток дня в своем кабинете, пребывая в состоянии странной ликующей паники. Он слышал, как люди говорят о неспособности справиться с успехом, но не думал, что это именно тот случай. Такого рода вещи предназначены для людей, которые не знают, что делать, когда их маленькая игра оказывается новым “Тетрисом”, а их лекарство от диабета – случайным лекарством от ожирения. Это никак не объясняло ситуацию, когда ты организуешь паршивое рождественское мероприятие, а оно превращается в какой-то воплощенный лихорадочный сон.

Время близилось к закрытию, но снаружи все еще гремел духовой оркестр. Они заявились пару часов назад. Клэрмонт понятия не имел, откуда они взялись, а когда сообщил им, что платить не собирается, их, казалось, смутила сама мысль об этом. Тем временем на колени к Санте успел присесть, кажется, каждый ребенок в Англии, и все же очередь каким-то невероятным образом оставалась одинаковой длины весь день. Очереди так не работают. Вообще ничего так не работает.

В дверь кабинета постучали.

– Да?

Дверь открылась, и на пороге возник Оригинальный Уэйн.

– Тут это… время закрываться.

– Время ли? – переспросил Клэрмонт. – В смысле, мы это точно знаем? – Он почувствовал волнение в собственном голосе и сознательно заставил себя успокоиться.

– Все идет… хорошо, – предположил Уэйн.

– Да, – сказал Клэрмонт. На самом деле, у него уже было достаточно денег, чтобы погасить долг перед Иваном. Он подумывал об этом еще днем, но передумал. Если он заплатит раньше, Иван почует неладное и придет искать, откуда берется сыр.

Клэрмонт мельком представил себе, что произойдет, если Иван встретит существо, которое он все еще упорно называл Нилом. Это был Нил. Просто Нил. Он был Санта-Клаусом из универмага. Хороший? Безусловно. Но это не делало его чем-то большим, чем просто человеком в костюме. Клэрмонт приказал себе держать себя в руках – успех явно ударил ему в голову.

– Ладно, – сказал он. – Раз пришло время закрываться, значит, закрываемся.

– Да, – кивнул Уэйн. – И еще, тут есть кое-что, на что тебе стоит взглянуть.

– Это обязательно? – спросил Клэрмонт.

Уэйн не ответил, просто остался стоять на месте.

Со вздохом Клэрмонт поднялся и направился к двери.

– Ну и на что мне там нужно…

Он осекся, потому что то, на что стоило взглянуть, стало очевидным немедленно.

Шел снег.

Снег в это время года на северо-западе Англии был делом редким, но не беспрецедентным. Он слышал по радио, что вероятность снежного Рождества в Манчестере составляет примерно пять к одному. Но вот снег внутри старого мясокомбината, у которого все еще была крыша, – это совсем другое дело. Причем валил он довольно густо. Клэрмонт смотрел на падающие хлопья, затем на восторженные семьи, проходившие мимо с таким видом, будто они только что сошли с экрана телевизора из рождественской рекламы супермаркета. Широкие улыбки, распахнутые глаза, радостный смех, казалось бы, на ровном месте – будто они все были под кайфом.

Затем Клэрмонт, не желая того, но и не в силах устоять, задрал голову и не увидел крыши. К слову сказать, стен он тоже не увидел. Наверное, они где-то там были, просто… Ну, это выглядело так, будто “Страна Чудес” стала отдельным миром, что, конечно, было абсурдом.

Он откашлялся и заставил себя заговорить:

– Если я спрошу тебя, идет ли снег на улице…

– Я бы предпочел, чтобы ты не спрашивал, – отозвался Уэйн.

– Понятно.

– Это… – Уэйн запнулся, подбирая слова. – Это ведь нормально, как думаешь?

– В смысле?

Уэйн обвел рукой толпу восторженных людей. Один из них уплетал гигантского имбирного человечка. Клэрмонт точно знал, что ни один из их торговцев не продавал ничего подобного.

– Все эти люди. Кажется, они счастливы.

– Это точно, – согласился Клэрмонт.

– Значит, это не может быть чем-то плохим, верно?

– Полагаю, что так.

– Ладно, – сказал Уэйн, который, похоже, решил поверить Клэрмонту на слово. – Есть еще кое-что.

– Дай угадаю, – произнес Клэрмонт, вглядываясь в темную пустоту там, где, по его твердой уверенности, раньше была крыша склада. – Явились еще одиннадцать оленей.

– Нет.

– Ну и слава богу.

– Их всего восемь.

Клэрмонт повернулся к своему начальнику охраны.

– Серьезно?

– Да. У Санты всего девять оленей.

– Я думал, двенадцать?

– Я думаю, ты путаешь с Иисусом и апостолами.

– Ладно, – Клэрмонт снова уставился в небо. – Ты ведь не думаешь, что он явится, а?

Уэйн пожал плечами.

– Не знаю, босс. Вечер еще только начался. Так что нам делать?

Клэрмонт стоял, разглядывая то, что он каким-то образом создал. Нечто прекрасное, но в то же время нечто большее. Он не мог точно сформулировать, что именно, но вспомнил взгляд налитых кровью глаз их Санта-Клауса, и по его спине пробежал холодок, никак не связанный с падающим вокруг снегом. Их Санта-Клаус, который принимал детей весь день без перерыва и чья резиденция, казалось, существовала где-то вне пространства и времени.

Клэрмонт принял решение:

– Уэйн, в такое время мы можем сделать только одно.

– И что же, босс?

– Удвоить цену за парковку.