Да будет свет...

Глава 45 Выжить — во что бы то ни стало!

Несмотря на загруженность внутренними проблемами, мы ни на минуту не прекращали работу, направленную на развитие международных контактов российских энергетиков с коллегами из зарубежных стран. Яркой по своему содержанию была поездка большой делегации энергетиков России в Мадрид для участия в XV Исполнительной ассамблее Мирового энергетического совета (МИРЭС). Возглавлял делегацию по должности я — председатель Российского национального комитета (РНК) МИРЭС, заместитель министра — председатель Комитета электроэнергетики Министерства топлива и энергетики РФ. В работе Исполнительной ассамблеи принимал участие король Испании Хуан Карлос I с супругой и сыном — наследным принцем.

Дипломатические отношения между СССР и Испанией были установлены довольно поздно — лишь после смерти Франко, в 1977 году. Большой вклад в развитие экономических, научно-технических и культурных связей нашей страны с Испанией в начале 90-х годов внес посол СССР Игорь Сергеевич Иванов, впоследствии министр иностранных дел РФ, а ныне — секретарь Совета Безопасности России. При каждом посещении Испании мы чувствовали реальную поддержку со стороны российского посольства и лично И. С. Иванова как посла нашей страны. С какой любовью и гордостью за Россию он рассказывал нам о своем посольстве, знакомил со зданием, прекрасными картинами Ильи Глазунова! В посольстве нашей страны в Испании царил русский дух, в нем пахло Русью.

Столица Испании, традиционно встречающая туристов тепло и приветливо, оставила у меня немало приятных воспоминаний. Помню разносившийся по улицам Мадрида аромат цветущих роз, маков, других дивных цветов. Все вокруг свидетельствовало о стабильности, благополучии и достатке. Приезжающих в столицу встречают бесстрашный костлявый Дон Кихот и его верный оруженосец Санчо Панса, трусящие на своих одрах под пристальным и заботливым взглядом Сервантеса. В художественном музее Прадо, в других выставочных залах родины иберов посетители любуются картинами великих художников Эль Греко, Веласкеса, Сальвадора Дали, Гойи. В Мадриде похоронены многие знаменитости, составляющие гордость национальной культуры и науки. В их числе — Мигель де Сервантес Сааведра, Кальдерон де ла Барка, Франциско Гойя, Лопе де Вега, художник Клаудио Коэльо.

Испания сумела спокойно и беспристрастно разобраться в перипетиях своей истории и добиться согласия и примирения между противоборствующими лагерями. Символом примирения служит мемориал Эскориал, расположенный в 80 километрах от Мадрида. Это огромный храм-пантеон, выполненный в виде грота, над которым возвышается гора, а над ней парит гранитный крест, видимый за десятки километров. Здесь захоронен Франко с соратниками и их противники — республиканцы. Подобное примирение давным-давно состоялось в Америке между южанами и северянами. Хорошо бы уже и в России повернуть на путь поиска точек соприкосновения между противоборствующим силами, не ограничиваясь сменой «дня примирения и согласия» на «день народного единения»…

Министерство топлива и энергетики РФ, РАО «ЕЭС России» и другие фирмы нашей страны, имеющие деловые интересы на Пиренейском полуострове, установили и развивают взаимовыгодные экономические связи с соответствующими компаниями Испании. На территории Испании при участии РАО «ЕЭС России», корпорации «Единый электроэнергетический комплекс» («ЕЭЭК») и АО Энергомашкорпорация было создано одно из многих совместных предприятий «Энергия Руссо-Эспаньоло» (ИРЭСА). К сожалению, результаты деятельности этого СП, по вине учредителей этой фирмы с испанской стороны, были разорительными. Испанскую сторону в руководстве фирмы представляли люди, родившиеся в России, но теперь живущие в Испании. Эти полуиспанцы использовали партнерство только в личных интересах.

Но основным фактором, влиявшим на состояние духа, помыслы и дела моих коллег, оставались все-таки события, развивавшиеся внутри страны. Вспоминаю обстановку, царившую в первой половине декабря 1992 года, когда VII съезд народных депутатов РФ утверждал кандидатуру В. С. Черномырдина на должность Председателя Правительства России. Мои товарищи по ТЭК с пониманием встретили новое назначение. Искренне радуясь за коллегу, с которым у нас всегда были дружеские отношения, я в душе желал Виктору Степановичу успеха на посту руководителя кабинетом министров страны, находившейся на сложном перепутье. Около пяти лет мне посчастливилось работать под руководством Черномырдина, большого знатока своего дела, профессионала с большой буквы. За это время я его ни разу не подводил.

4 мая 1993 года первым заместителем Председателя Правительства РФ был назначен О. Н. Сосковец, опытный производственник, умевший, как писали о нем газеты, держать в руках не только ручку, но и молоток. Назначение Олега Николаевича породило во мне некоторые надежды на конструктивное сотрудничество. Но вскоре, откуда ни возьмись, появилась «черная кошка». Ее роль хорошо исполнил Владимир Николаевич Костюнин, занявший должность первого заместителя министра топлива и энергетики РФ. Я с ним познакомился по работе, когда он был заместителем председателя Государственного комитета СССР по материально-техническому снабжению. Владимир Николаевич занял негативную позицию по отношению к РАО «ЕЭС России», выпячивал свои знания в области электроэнергетики, особенно по вопросам обеспечения топливом. К сожалению, Сосковец к нему прислушивался, и это обстоятельство придавало действиям Костюнина живительный импульс и подтверждало справедливость древней сентенции о том, что благополучие негодяев ставит под сомнение существование богов.

Тем временем все большие обороты набирала приватизация государственной собственности. Ее проводили на волне широкой пропагандистской кампании, непомерно раздувавшей весомость изобретенных специально для граждан России ценных бумаг, получивших название «ваучеры». Приватизация, в зависимости от того, какие цели перед ней ставятся и каким способом она проводится, может одновременно стать и двигателем экономического развития, и причиной экономического упадка государства. Это положение было неоднократно подтверждено мировой практикой. Приватизация в короткий срок и в таких масштабах не оправдала возлагавшихся на нее надежд: замерли целые народнохозяйственные отрасли, сократились объемы производства, медленно умирала торговля, придушенная костлявой рукой дефицита.

Я полагаю, что любое изменение формы собственности должно способствовать улучшению экономических показателей, повышению производительности труда, росту эффективности производства. К сожалению, самые первые шаги в приватизации не оправдали надежд на лучшее. В нашей стране все пошло шиворот-навыворот, объемы производства стали свертываться, а цены на продукцию — расти.

Перед нами, энергетиками, также стояла огромная масса проблем, связанных с реализацией государственной политики по приватизации. В январе 1993 года в руководстве Минтопэнерго РФ произошли изменения. Указом Президента РФ министром топлива и энергетики России был назначен Ю. К. Шафраник. Мы были с ним знакомы с конца 80-х годов и всегда поддерживали хорошие, деловые отношения. К моменту его назначения РАО «ЕЭС России» было зарегистрировано. Мы сделали все, чтобы сохранить единую электроэнергетическую систему России.

Самое трудное состояло в том, что этот огромный объем работы по коренному изменению формы управления государственной собственностью через акционирование с передачей необходимой части акций в руки членов трудовых коллективов энергетических предприятий, пришелся по времени на конец 1992 и начало 1993 года — в период прохождения осенне-зимнего максимума нагрузки в ЕЭС. Но многотысячный коллектив профессионалов-энергетиков, днем и ночью нацеленных на обеспечение надежного и бесперебойного энергоснабжения всех потребителей, успешно справился с этой задачей: грамотно и четко осуществил процедуру акционирования по всей электроэнергетической отрасли России.

Эта огромная по своим географическим масштабам и глубокая по смысловому содержанию работа осложнялась борьбой за власть, развернувшейся в России накануне и сразу же после проведения в Москве VIII и IX съездов народных депутатов РФ, прошедших в марте 1993 г. Различные политические силы не оставляли надежд втянуть руководство РАО «ЕЭС России» в свои политические сети. Нужно было действовать смело и решительно, чтобы предотвратить подобного рода попытки и объединить все отрасли экономики, работающие в интересах энергетики страны. Одним из таких практических шагов было учреждение и регистрация общероссийской политической общественной организации — Российский энерготехнологический конгресс (РОТЭК). Он стал одним из эффективных инструментов в борьбе за сохранение единства энергосистемы России, которое я рассматриваю в качестве непременной предпосылки для сохранения единой и неделимой России. Президентом РОТЭК единогласно избрали меня.

В апреле 1993 года состоялся Всероссийский референдум, на котором Президент РФ Б. Н. Ельцин получил хотя и не подавляющее, но существенное доверие народа. Результат всенародного голосования стал для него мандатом для проведения более решительных мер в области социально-экономической политики. Но оппозиция не дремала. Ее авангард ринулся в атаку сразу же после опубликования президентского варианта Конституции страны. Средства массовой информации не жалели красок для описания битв и сражений, развернувшихся на российских политических подмостках вокруг нового текста Основного Закона. Одни видели в нем панацею от всех российских бед, другие называли его «конституцией монарха».

Остроту схваток усиливали такие явления, как дефицит потребительских товаров, скачки цен, возрастание в структуре товаров повседневного спроса доли импорта. Все это явилось прямым следствием проводимой либерализации цен и приватизации, начатых по-кавалерийски, наскоком, без прогнозирования возможных последствий. К 1993 году оптовые цены в промышленности в целом выросли в 34 раза, а в топливно-энергетических отраслях — в 80 раз, что вызвало лавинообразный кризис неплатежей в народном хозяйстве, разрывало хозяйственные связи Российской Федерации со странами — участницами СНГ, между предприятиями внутри самой России.

Экономическое состояние страны создавало неблагоприятный фон для внутриполитической борьбы за власть, вспыхнувшей между Ельциным, с одной стороны, и Верховным Советом РФ и вице-президентом РФ Руцким — с другой. Первая кровь пролилась 1 мая 1993 года во время вооруженного столкновения противоборствующих сил на улицах Москвы. Выступая 12 августа в Доме российской прессы, Борис Николаевич сделал многозначительное заявление о своем намерении расправиться с оппозицией. 18 сентября, вместо отстраненного Лобова, первым заместителем Председателя Правительства России, вопреки воле Верховного Совета РФ, он назначил Е. Т. Гайдара.

В восемь часов вечера 21 сентября Президент РФ подписал Указ № 1400 «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации», а на следующий день в Москве открылся X внеочередной (чрезвычайный) съезд народных депутатов России, который прекратил президентские полномочия Ельцина, возложив их на Руцкого. Народные избранники решением съезда утвердили в должностях: министра обороны — генерал-полковника Владислава Алексеевича Ачалова («вытащен» из запаса, в котором находился с ноября 1991 года), министра безопасности — генерала армии Виктора Павловича Баранникова (накануне уволенного с военной службы по болезни), исполняющего обязанности министра внутренних дел — Андрея Федоровича Дунаева. Занимавшие эти должности (соответственно) Павел Сергеевич Грачев, Николай Михайлович Голушко и Владимир Федорович Ерин были отправлены в отставку. В телеэфире прозвучало обращение Ельцина, в котором он рассказал «россиянам» о глубоком кризисе государственности. В эти же дни был создан Федеральный информационный центр (ФИЦ) во главе с Михаилом Никифоровичем Полтораниным, который обеспечивал пропагандистскую поддержку Бориса Николаевича.

28 сентября Дом Советов РФ был окружен тройным кольцом подразделений МВД, экипированных для ведения силовых действий. Сотрудникам МВД заведомо объяснили, что они прибыли уничтожать не кого-нибудь, а коммуно-фашистов. 2 октября на Смоленской площади произошли столкновения демонстрантов, представлявших движения «Трудовая Россия» и «Трудовая Москва», с подразделениями специального назначения. 3 октября в Москве начались события, оставшиеся в истории как «октябрьские». Пользуясь случаем, Лужков объявил о разгоне Советов города Москвы и передаче их имущества в фонд города. Под запретом оказались оппозиционные средства массовой информации, в том числе газеты «Советская Россия», «Правда», «День», «Народная правда» и «Гласность», телепрограммы «600 секунд», «Парламентский час» и «Русский дом». Объявил о своем уходе в отставку Председатель Конституционного Суда России Валерий Дмитриевич Зорькин.

4 октября 1993 года по Дому Советов России был открыт огонь из танковых орудий. Какая-то зарубежная газета написала тогда, что Президент РФ Борис Ельцин вошел в историю России точно так же, как король Луи-Филипп — в историю Франции: оба пролили кровь «в целях излечения».

«Октябрьские события» тяжело отразились на политической и экономической жизни страны. В те трагические дни все видели взлет и падение новоявленных вождей-однодневок, которые сначала хорохорились, призывая бомбить Кремль и выбивать «жидов» из Останкино, а затем в одночасье превратились в унылых и безвольных меланхоликов. Большие планы и смелые замыслы оппозиции обернулись жалким зрелищем, а действия победителей напоминали расправу.

В смутные октябрьские дни 93-го я впервые был предан энергетиками. Тогда разве что уличные лоточники не отдавали мне команду на отключение электричества от Дома Советов. Я отбивался, насколько мог, отвечая, что готов выполнять только официальные распоряжения Правительства РФ. На эту тему пытался со мной говорить и Шафраник. Когда я его спрашивал, можно ли считать отданное им распоряжение официальным, он шел на попятный и заявлял: «Нет, никаких официальных распоряжений я давать не собираюсь».

Моя официальная позиция была безупречной. Но кто-то запустил обо мне сплетню: будто бы я противодействую каким-то правительственным установкам. 6 октября мне вручили письмо от столичного головы. В нем предписывалось «в целях усиления управления» выделить Мосэнерго из РАО «ЕЭС России» и передать его в подчинение московской мэрии. На письме рукой Ельцина было написано: «Согласиться».

Я пригласил к себе генерального директора ОАО Мосэнерго Серебрянникова и напрямую спросил:

— Кто готовил это письмо?

Он заявил, что не знает, — и это было неправдой. Оказалось, что готовил и визировал это письмо сам генеральный директор, которого я уважал как «технаря», специалиста-теплотехника, не жалевшего сил для повышения уровня эксплуатации оборудования Московской энергосистемы. Нестор Иванович везде и всюду подчеркивал свою преданность Единой энергосистеме России, демонстрировал свою принципиальность, а в трудные минуты дал слабину. Это было для меня ударом.

Но времени на переживания не было. Я подготовил на имя Б. Н. Ельцина письмо, в котором постарался аргументировано доказать, что подобная передача повлечет за собой целую цепочку нарушений: Указа Президента РФ, ряда Законов РФ, положений, изложенных в программе приватизации, других документов. Письмо подписали Шафраник и я. Вскоре стало известно, что нас поддержала Администрация Президента РФ. Но с этого времени мое отношение к Серебрянникову резко изменилось: он упал в моих глазах. Разве можно делить собственность, разрушая этим ЕЭС России, да еще когда вокруг стреляют? Хотя бы предупредил. Естественно, передача Мосэнерго мэрии не состоялась.

В начале нового 1994 года мы подвели итоги, сделали прогноз на ближайшее будущее. Анализ социально-экономического развития страны прошедшего года позволил нам сделать вывод, что 1993 год был потерян для коренных преобразований в экономике, серьезной структурной перестройки и оздоровления народного хозяйства. Хотя в 1993 году и наблюдалось некоторое замедление спада в экономике, но происходило это, скорее, не в результате продуманных действий наших «реформаторов», а вследствие постепенного исчерпания ранее накопленного потенциала. В течение года нарастала проблема взаимных неплатежей предприятий, отчего в первую очередь страдала энергетика. Принятое в стране решение о вексельной форме учета задолженности предприятий с последующей, возможной, процедурой принудительного их банкротства для нас, энергетиков, имеющих двукратное превышение дебиторской задолженности за отпущенную электроэнергию над кредиторской — за топливо и материальные ресурсы, не решало проблему финансового обеспечения надежной и бесперебойной работы энергопредприятий и ЕЭС в целом.

1993 год стал годом решительного ускорения процесса приватизации. В акции были обращены миллионы приватизационных чеков населения. Процесс невиданного в истории перераспределения собственности остановить уже было невозможно. К сожалению, российские экономисты и политики до сих пор не дали правильную оценку периоду «ваучеризации» России, не выявили все его плюсы и минусы для экономики, не определили тяжесть социальных и политических последствий. Но уже тогда было видно, что приватизационные чеки послужили на благо только узкой группе лиц, близких к вершине пирамиды власти. Об этом свидетельствовала разница в доходах между бедными и богатыми, которая выражалась отношением 1:26.

12 декабря 1993 года в стране была организована значимая политическая акция, включавшая в себя референдум по проекту Конституции РФ и выборы депутатов парламента России нового состава. Декабрьская (1993 г.) Конституция РФ закрепила важнейшие изменения в политической системе России. Новый парламент страны состоял теперь из двух палат: Совета Федерации и Государственной Думы РФ. Был сделан окончательный выбор в пользу президентской республики, в которой представительные органы стали играть значимую, но не первостепенную роль. Отныне у них было отнято, ранее казавшееся незыблемым, право вторгаться в сферы полномочий исполнительной и судебной властей, чем не раз грешили прежние представительные органы.

В январе 1994 года, в соответствии с положениями Основного Закона страны, Президент РФ произвел реформирование российского правительства, имевшее целью развести функции президентской и исполнительной вертикалей. Правительство РФ сосредоточило в своих руках высшие функции хозяйственного управления, став преимущественно органом хозяйственной и экономической политики. А президентская вертикаль сконцентрировала функции политического руководства — от высших президентских органов до местных администраций. Подобное разграничение полномочий между ветвями власти, свойственное президентским республикам, не нашло поддержки со стороны лидеров оппозиционных сил России в связи, как они полагали, с имеющейся возможностью воспользоваться новой Конституцией для создания в стране авторитарного режима.

Несмотря на все политические катаклизмы, происходившие в стране в 1993 году, энергетики выполняли свой профессиональный долг. В этом году были введены в эксплуатацию энергоблок № 4 на Балаковской АЭС, два энергоблока по 110 МВт в Мосэнерго на ТЭЦ–12 и ТЭЦ–11. На Западно-Сибирской ТЭЦ по плану реконструкции введен агрегат № 1 мощностью 60 МВт. По планам технического перевооружения введены в эксплуатацию энергоблок № 7 на Томь-Усинской ГРЭС (200 МВт), два агрегата в Мосэнерго — № 7 на ТЭЦ–9 (65 МВт) и № 1 на ТЭЦ–28 (25 МВт), агрегат № 1 на Беловской ГРЭС (200 МВт) и агрегат № 9 на Орловской ТЭЦ–1 (65 МВт). Введены энергоблоки № 6 на Гусиноозерской ГРЭС (210 МВт), 1-й энергоблок на Псковской ГРЭС (215 МВт), агрегат № 6 на Владимирской ТЭЦ–2 (15 МВт), энергоблок № 3 на Ульяновской ТЭЦ–2 (100 МВт).

В течение первого года существования РАО «ЕЭС России» были введены в эксплуатацию высоковольтные линии электропередачи ВЛ–500 кВ: Усть-Илимская ГЭС — Лена восточная протяженностью 282,6 км; Гусиноозерская ГРЭС — Иркутск (участок линии по Иркутской области длиной 145 км); Приморская ГРЭС — Чугуевка протяженностью 295,5 км. Построены линии электропередачи на напряжение 330 кВ: Курск — подстанция «Сеймская» — 421 км, Псковская ГРЭС — Новосокольники — 145,2 км, заходы на подстанцию «Каменогорская» — 65 км.

Протяженность линий электропередачи в РАО «ЕЭС России» всех напряжений увеличилась на 7 тыс. км. Тем самым протяженность высоковольтных линий всех напряжений достигла 2568 тыс. км. Но, к большому сожалению, в стране продолжались процессы свертывания объемов производства, поэтому энергетики были вынуждены снижать на электростанциях выработку электроэнергии. За год производство электроэнергии снизилось на 50 млрд. кВт·ч, достигнув уровня 956,6 млрд. кВт·ч.

В этом же году — в самый напряженный месяц октябрь — в Санкт-Петербурге нами, энергетиками, была произведена закладка первого кубометра бетона в основание Северо-Западной ТЭЦ — электростанции, строившейся с новейшей технологией — комбинированным парогазовым циклом. На церемонии закладки присутствовали первый заместитель мэра города Санкт-Петербурга Владимир Анатольевич Яковлев, заместитель президента РАО «ЕЭС России» Семен Яковлевич Лащенов, генеральный директор АО Ленэнерго Семен Арменакович Казаров, председатель Технопромэкспорт С. М. Боков и я. От иностранных фирм — членов консорциума присутствовали президент финской энергокомпании «IVO» Калеви Нуменен, исполнительный директор компании «Polar Electro-ou» Ибго Арто и группа представителей немецкого концерна «Siemens AG» во главе с членом правления Петером Швегманном.

Все мы стали свидетелями первого шага к реализации мечты, как моей личной, так и многих моих коллег-энергетиков и машиностроителей России, — начала строительства в нашей стране крупных электростанций на базе парогазовых установок. К этому моменту все мы шли довольно долго, и в том, что он настал, немалая заслуга принадлежит вновь созданному РАО «ЕЭС России». Самое главное в том, что усилиями акционерного общества удалось найти 350 миллионов долларов США, которые пошли на финансирование строительства первого блока мощностью 450 МВт, состоящего из двух газовых и одной паровой турбин мощностью 150 МВт каждая.

Началу этого строительства, как я уже писал, предшествовала большая и кропотливая работа по созданию концерном «Siemens AG» и Ленинградским металлическим заводом (ЛМЗ) СП Интертурбо, задачей которого стало совместное производство на площадях ЛМЗ газовых турбин ФАУ–94–2 мощностью 150 МВт. На стройплощадке Северо-Западной ТЭЦ с первых дней царила нетипичная для России аккуратность и чистота. Вот что писала, например, газета «Известия»: «Новую стройку начали в абсолютно необычных условиях — на стройплощадку дамы приходили в вечерних туфлях, а прилетевший на торжество заместитель торгового представителя России в Финляндии Николай Гурин так и не распаковал захваченные по привычке высокие сапоги».

Любая страна, поставившая своей целью развитие экономики, в том числе и в рыночных условиях, должна изыскивать возможности как для сохранения имеющихся в стране энергетических мощностей и своевременного проведения их технического перевооружения, так и для возведения мощностей дополнительных, необходимых для замены тех, что уже выработали свой ресурс, предусматривать необходимые для этого инвестиции в тарифе на электроэнергию. Источником рублевых инвестиций для развития электроэнергии у нас в стране была принята 16-процентная составляющая в тарифе на электроэнергию.

В постановлении Правительства РФ, которого энергетики с трудом добились при письменной поддержке почти всех субъектов Российской Федерации, было определено, что одна половина от суммы предназначалась для акционерных обществ, созданных на базе бывших энергосистем, а другая — сосредоточивалась в РАО «ЕЭС России». Привлечение инвестиций со стороны для строительства новых электростанций происходит, как правило, в тех странах, где установлен высокий тариф на электроэнергию или существуют правительственные гарантии, позволяющие обеспечить быструю окупаемость и возврат средств инвестору. И, конечно же, следует учитывать, что уровень тарифов на электроэнергию всегда зависит от материального благосостояния населения: уровня зарплаты, величины прожиточного минимума и других показателей.

Первый год существования РАО «ЕЭС России» убедительно доказал, что мы создали эффективную, соответствующую рыночным условиям, компанию, обеспечивающую как надежное и бесперебойное снабжение потребителей электроэнергией, так и перспективное развитие Единой энергетической системы страны.