Договорная любовь

Глава 42

Помимо помощи Уиллоу и Лоренцо в подготовке к дебатам, я почти не видела своего фиктивного жениха — или мне уже стоит называть его своим парнем? Он по-прежнему заглядывает в магазин, чтобы занести сладости или чашку кофе, но он занят, и его визиты длятся не больше десяти минут.

Отрывистых сообщений, которые он мне присылает, теперь недостаточно, ведь я знаю, чего мне не хватает. И хотя надеюсь, что после победы на выборах его график станет свободнее, я беспокоюсь, что его новая должность только усложнит нам жизнь.

До того, как мы признались друг другу в чувствах, я не задумывалась о том, что будет с нами, когда Лоренцо станет мэром, но теперь надеюсь, что в конце концов мы сможем найти баланс.

Сначала разберись с выборами, напоминаю я себе, входя в кафе «Сердитый петух». Мария машет мне с двух мест, которые придержала для нас в глубине зала, и я направляюсь туда, заказав кофе.

Если кто-то и согласится добровольно поговорить с репортером еженедельника Вистерии о Лоренцо и о том, как сильно он помог городу, то это Мария.

— Мария, — говорю я, и она обнимает меня, прежде чем усадить рядом с собой.

Мы обе садимся и немного болтаем о всяких пустяках. Она рассказывает несколько историй о посетителях кулинарной школы на этой неделе, а я делюсь романтизированной — или, скорее, фантастической — версией предложения Лоренцо, прежде чем мы наконец переходим к истинной причине нашей сегодняшней встречи за чашкой кофе.

Я объясняю, что хотела бы, чтобы она поделилась своей историей с репортером еженедельника Вистерии. Наша газета может показаться малозначимой, но это та сфера, которой Лоренцо не уделяет должного внимания, по крайней мере, на мой взгляд как человека, который до сих пор каждое воскресенье разгадывает кроссворд.

— Не знаю… — она опускает взгляд на свои колени, где лежат ее сложенные руки.

— Я понимаю, что о многом прошу…

— Дело не в том, что я не хочу помочь Лоренцо… — она вздыхает. — Трудно вспоминать, как шел наш бизнес до того, как он вмешался.

— Могу только представить, — учитывая, насколько успешна ее кулинарная школа, трудно поверить, что они едва сводили концы с концами, но, с другой стороны, в ресторанном бизнесе высок процент неудач.

Мария высоко держит голову.

— Мой муж гордый человек.

— Вами? Я очень на это надеюсь, потому что вы — потрясающая, — поддразниваю ее я, надеясь разрядить обстановку.

Ее губы едва заметно изгибаются, и я считаю это своей победой.

— Ах. Теперь я понимаю, почему Лоренцо в тебя влюбился.

Я краснею на сто процентов искренне.

— Как ему может помочь наше интервью? — спрашивает она.

— Гарантии нет, но я надеюсь, что если люди увидят, что Лоренцо уже два года помогает этому городу, а они об этом даже не подозревают, то, возможно, это поможет ему выделиться, — на данный момент все считают, что успех Лейк-Вистерии связан с Ладлоу, и хотя они не мало сделали для этого города, они не единственные, кто способствовал его росту.

— Нет, — она качает головой. — У меня есть несколько друзей, которым Лоренцо также помог, и все они говорят о том, как много он им дал, и как мало попросил взамен.

Я чувствую, как к горлу подступают слезы, и это не из-за гормонов или пыли, раздражающей мои контактные линзы.

Это потому, что кто-то видит в Лоренцо невероятного человека, которым он и является, а не злодея, которым его сделали. Надеюсь, что после публикации статьи в еженедельнике остальные жители города тоже изменят свое мнение.

И я не остановлюсь, пока этого не произойдет.

Из-за работы, встреч с владельцами малых бизнесов, с которыми работал Лоренцо, для еженедельной газеты и всей своей предвыборной деятельности, которую планирует Уиллоу, я выбиваюсь из сил и с трудом поспеваю за их темпом.

Не знаю, как Лоренцо все успевает, но его способность совмещать личную, общественную и политическую жизнь достойна восхищения.

Когда предвыборная кампания Лоренцо не отнимает у меня все время, Жозефина и моя мама начинают планировать вечеринку в честь помолвки — и они не принимают мой отказ. Я старалась изо всех сил, но как только они выбрали субботу в начале октября, пути назад уже не было.

Я слишком устала, чтобы предлагать свою помощь, поэтому не уверена, на что именно соглашаюсь. Все, что я знаю, это то, что к тому времени, как Жозефина уходит, мы уже почти все спланировали.

Я должна была почувствовать облегчение от того, что с большей частью планирования покончено, но тут я получаю новое сообщение от Уиллоу, в котором она спрашивает, не хочу ли я сегодня заехать к Лоренцо.

Она присылает еще одно новое сообщение, прежде чем я успеваю спросить, в чем дело.

УИЛЛОУ

Последняя фокус-группа оказалась абсолютным провалом. И он заведомо считает, что результаты опросов это подтвердят.

Черт.

ЛИЛИ

Я думала, что отрыв между ними сократился.

УИЛЛОУ

Так и есть, но думаю, что предложение сыграло против нас.

ЛИЛИ

Почему?

Мой палец дрожит, когда я нажимаю кнопку «Отправить».

УИЛЛОУ

Люди беспокоятся, что Лоренцо меньше сконцентрирован на кампании.

Меня сейчас стошнит. Хотя Лоренцо изначально был против помолвки, это была моя блестящая идея, потому что я думала, что так люди станут относиться к нему серьезнее.

Ты пыталась его остановить.

Да, но не успела, и вот результат. Есть шанс, что после дебатов его рейтинг вырастет, но есть и риск, что эта помолвка сильно навредит ему — настолько, что он уже не сможет оправиться.

Если мы хотим, чтобы Лоренцо победил, нам нужно придумать что-то более масштабное, чем помолвка, политические дебаты или статья в газете о предпринимательском духе Лоренцо.

Но что?

Я решаю зайти к Лоренцо домой, раз он не отвечает на мои звонки и сообщения. После предыдущего сообщения Уиллоу ему, похоже, нужна поддержка.

Он открывает дверь в одних спортивных шортах. Его волосы мокрые после изнурительной тренировки, а грудь блестит от пота, капли которого стекают по подтянутому животу.

— Нравится то, что ты видишь?

Я наконец вспоминаю, что родилась со способностью говорить.

— Трудно это не заметить.

— Дай знать, когда закончишь меня разглядывать.

— К счастью, я могу делать несколько дел одновременно, — шучу я, отводя взгляд от его тела. — Где Дейзи?

— У грумера, — отвечает он, сразу переходя к делу. — Что ты здесь делаешь? — его тон может быть грубоватым, но он по-доброму распахивает дверь, чтобы я могла войти.

— Уиллоу рассказала мне о последней фокус-группе.

Он закрывает дверь.

— Я же сказал ей, чтобы она не беспокоила тебя по этому поводу.

— Я больше беспокоюсь за тебя, — учитывая, что на этой неделе состоятся дебаты, ему нужно быть в отличной форме, а глубокие мешки под глазами не производят такого впечатления.

Он проводит руками по своим гладким волосам, чтобы они не лезли в глаза.

— На кону стоит не мой магазин.

— Это была всего лишь одна фокус-группа, Лоренцо. Я бы не стала приравнивать к ней результаты выборов.

Он вытирает лоб полотенцем, которое висело у него на шее.

— Опросы почти всегда отражают ее мнение.

— Что ж, на этот раз все может быть иначе. Я встретилась с репортером, и она работает над статьей на первой полосе о тебе и некоторых компаниях, в которые ты инвестировал. Эти люди хотят помочь тебе и поделиться своими историями.

Он качает головой.

— Не знаю, будет ли этого достаточно.

— Это может помочь. Черт возьми, узнав обо всем, что ты сделал, чтобы помочь другим, я увидела тебя в совершенно новом свете, хотя я и так многое о тебе знала.

— А что, если этого будет недостаточно? Что, если мы потратим следующие два месяца в пустую и ничего не выйдет? — он закрывает глаза. — Что, если я проиграю?

— Я… я не знаю, — по моему телу пробегает холодок, когда я смотрю в его пустые глаза.

Я понимаю, что Лоренцо может проиграть выборы. До сих пор мы успешно игнорировали эту вероятность, и, честно говоря, я бы хотела еще немного пожить в этой наивности.

Лоренцо, похоже, думает иначе.

— В какой-то момент нам придется принять эту реальность.

— Почему?

Он отводит взгляд.

— А вдруг я не справлюсь?

По моей коже пробегают мурашки.

— С чем не справишься…?

Его губы приоткрываются, но он молчит. Похоже, не только я хочу избежать неприятного разговора.

— С чем ты не сможешь справиться? — настаиваю я.

Он закрывает глаза, не давая мне прочитать его эмоции.

У него и так хватает поводов для стресса, напоминаю я себе.

Я хватаю его за концы полотенца, обмотанного вокруг шеи, и притягиваю к себе.

— Мы вместе во всем разберемся, если придет время, верно?

Он целует меня в макушку.

— Звучит неплохо.

Так и должно быть, но неуверенность в его голосе не соответствует его словам.

Отчаянно желая развеять остатки тяжести в воздухе, я меняю тему.

— Ты устал после тренировки или, возможно, тебя заинтересует небольшая кардиотренировка в спальне…

Лоренцо перекидывает меня через плечо и поднимается по лестнице, перепрыгивая через ступеньки.

— Фу! Ты слишком… потный!

Его смех эхом разносится под высокими потолками, и от этого звука мне становится в десять раз легче.

Все мои тревоги улетучиваются, когда мы с Лоренцо проводим остаток ночи вместе, и я убеждаюсь, что мы вдвоем сможем пережить любую бурю.

Но я и не подозревала, что не все хотят оказаться на одном спасательном плоту.

Некоторые предпочли бы утонуть.