Подарок

Глава 11

Карим

Я прошёл по коридору в кабинет. Разговор сложился не так, как я планировал днём. И, пожалуй, к лучшему, что всё изменилось ещё до того, как я покинул офис — иначе важная деталь так бы и остались в тени.

В приёмной меня перехватила Полина. Молодая секретарша с лицом пустышки — на деле же пиранья в юбке. В руках — планшет, на лице выражение: всё под контролем, но…

— Клиент на линии, — коротко бросила она, протягивая наушник.

Я молча кивнул, надел гарнитуру и шагнул обратно в кабинет. На ходу отдал Артёму распоряжение — ехать в загородный дом одному.

Разговор длился больше часа. Крупный предприниматель, торговец сырьём, влип в историю с попыткой рейдерского захвата. Паниковал, требовал срочных мер — хотя всё уже было под контролем. Я выслушал, задал пару уточняющих вопросов, назначил встречу в его офисе.

Когда связь оборвалась, я на секунду прикрыл глаза. В голове — чёткая карта. Пункт А — офис клиента. Пункт Б — дом. Пункт С — Мира.

По пути я заехал в Центр безопасности — один из моих офисов в деловой части города. Просмотрел материалы по делу Родиона. Заслушал отчёт бойца: где обитает, с кем пересекается, как живёт последние дни. Плевать на "подарок", но Родион перегнул. А за такие вещи платят. И не всегда деньгами.

Потом — встреча с адвокатом. Короткое совещание с охраной. Часы шли, но день будто замер. Всё — на автомате. Привычно, предсказуемо. Безжизненно.

И только ближе к семи, когда я выехал на шоссе, в тишине салона вдруг ощутил: внутри дрожит что-то мелкое, холодное. Незаметная волна. Как будто всё, что происходило с Мирой, — не эпизод. А начало. Чего-то длинного. Опасного. Но уже запущенного.

Я вспомнил, как она смотрела в тот первый, злополучный вечер. Как бросалась угрозами, заплетающимся языком. Но живая. Настоящая. С горящим взглядом. Таких почти не осталось.

***Едва я заехал на территорию, позвонил Артём.

Сказал, что хочет встретиться в кабинете, прежде чем я пойду к «гостье».

Он зашёл почти сразу, следом. Без лишних слов положил на стол папку. Лицо — напряжённое. Мы оба не любим эмоций. Но в его взгляде сквозила усталость. И ещё кое-что — профессиональная брезгливость.

— Она просила позвонить другу. Назвала имя. Я пробил… — Артём говорил глухо. — Ты же просил собрать всё. До самого дна. И сообщать сразу.

— И?.. — я не отрывал взгляда.

— Нашёл. Саша Дьяченко. Двадцать четыре. Местный. Бармен в отеле, где она работала. С виду- обычный. Кредиты, долги, ставки, карты. Сомнительная компания. Но дело не в этом. А в том, как она попала к Родиону.

Я взглянул на него.

— Продолжай.

— Он её продал, — сказал Артём. Сухо. Почти без интонации. — За карточный долг. Два с половиной миллиона. Проигрался в клубе, где рулит Родион. Она просто попалась им на глаза. А он… даже не думал. Просто предложил. Девушку. В счёт оплаты.

— Она не знала, — сказал я. Не спрашивая.

Артём кивнул.

— Он даже не ищет её. Деньги отыграл — и дальше: работа, карты, выпивка. Падаль, — скривился он. — Ну, а что было дальше — ты сам видел. Через два дня он "подарил" её.

Я с шумом отодвинул стул. Лицо оставалось спокойным, но в челюсти заиграли мышцы. Я медленно сжал кулак.

— Она ещё что-то просила?

— Нет. Только звонок. Сказала, не планирует оставаться. И беспокоилась за работу.

— Ясно, — коротко ответил я. Обошёл Артёма.

— Аккуратнее, шеф, — усмехнулся он мне вслед. — Кто знает, как она воспримет такую правду. Может, и не поверит…

— Я не собираюсь ей говорить, — резко бросил я.

И вышел.

Ночью я почти не спал. В полумраке кабинета листал документы — привычный способ навести порядок в голове. Но мысли возвращались. К ней. К её глазам, цвета крепко чая, в которых жила ярость и гордость. К тому, как я удерживал её, когда она кричала — то ли от боли, то ли от бессилия. И к её голосу: "Только один звонок…"

— Она просила позвонить, — тихо сказал я в пустоту. — Думала, он в беде. Думала, его надо спасти…

Я подошёл к окну. За стеклом — ночь. Шумел тёмный лес.

А если бы я дал ей трубку? Если бы она услышала его голос — фальшивый, скользкий, хоть одну деталь, которая выдала бы предательство?..

Я выехал из дома чуть раньше восьми. Машина скользила по пустой дороге, воздух пах сыростью и соснами. В голове — тишина. Снаружи — спокойствие. Внутри — отголоски вчерашнего вечера.

Перед тем как сесть за руль, я остановился у её двери. Не заходил. Просто стоял. Прислушивался. Ни шагов, ни звуков. Даже дыхание будто спряталось. Но я чувствовал, она уже не спит. Слишком настороженное молчание.

Я достал телефон и набрал Артёма.

— Сегодня в офисе ты мне не нужен. Комната открыта. Захочет выйти — не мешать. Но будь на чеку.

— Принято, — отозвался он.

В офисе всё шло по расписанию. Бумаги, звонки, встречи. Кто-то лебезил, кто-то пытался выкручиваться. Кто-то требовал немедленных решений. А я просто работал. Машинально. Как автомат. Пункт А. Пункт Б. Пункт С. Без сбоев.

Но в каждой паузе ловил себя на том, что снова думаю о ней.

О том, как она встретила утро. Попробует ли покинуть комнату. Или будет ждать. Молчать. Наблюдать.

Часов в десять Артём вышел на связь.

— Слушаю.

— Заезжал врач. Осмотрел её, но… — он запнулся. — Результат не передал. По её просьбе. Врачебная тайна.

Я стиснул челюсть.

— Сама запретила?

— Да. Сказал, что она в сознании, контактна. В остальном — молчок. С комнаты не выходила. Только подошла к двери, спросила, можно ли позвонить. Когда ответили отказом — вернулась обратно.

Я кивнул, хоть он и не видел. Верно. Я сам отдал приказ: никаких звонков.

— Контакт был?

— Нет. Ни с кем. Только парой фраз с горничной, когда та принесла завтрак.

— Понял. Держи меня в курсе.

***В обед я отменил два совещания. Поднялся на крышу. Старый ритуал, который никто не понимал. Я смотрел на город — на ровные линии зданий, движение машин. Мир — как механизм. Холодный, точный. Без души.

Я достал телефон. Открыл личную папку. Среди служебных фото и отчётов — один кадр. Её лицо. В тот первый вечер.

Почему она не выходит у меня из головы?

Наверное, потому что таких больше нет.