Подарок

Глава 63

Прошло больше двух месяцев.

Я уже ходила без поддержки. Спина почти не напоминала о себе — только изредка, по вечерам, будто старая рана требовала внимания. Карим не позволял мне переутомляться. Сначала я злилась на его чрезмерную заботу, а потом поняла — без него я, возможно, так и не выбралась бы.

Жизнь постепенно вернулась в привычное русло. Спокойную, размеренную. Слишком спокойную. Иногда ловила себя на мысли, что эта тишина — обманчивая, как затишье после грозы. Будто где-то за стенами дома всё ещё дожидается то, с чем я не успела разобраться.

Родион. Саша.

Как бы я ни злилась на друга, и какой бы сволочью он не был, но три месяца от Саши не было ни звонка, ни сообщения. А это заставляло меня не на шутку, волноваться за него. Куда этот дурак ещё мог вляпаться. Его телефон был отключен, а сообщения оставались без ответа. Что-то произошло, я чувствовала это каждой клеткой. Долгое время избегала этих мыслей. Тему Родиона и Саши не поднимали. Мы будто молчаливо договорились: не касаться прошлого, пока оно само не постучит.

Но однажды я просто не выдержала.

— Ты куда собралась? — голос Карима раздался из-за спины, когда я натягивала пальто.

— Просто… нужно кое-куда съездить, — ответила я спокойно, хотя сердце билось слишком быстро.

— «Кое-куда» — это куда?

— В отель «Парус».

Он замер. На мгновение в его взгляде мелькнуло нечто, что я раньше не умела различать — настороженность, тревога.

— Зачем? Не на работу же снова собралась устраиваться? — попытался пошутить, но голос выдал напряжение. — Моя женщина работать не будет, ясно?

— Нет, не на работу, — усмехнулась я. — Хочу просто кое-что проверить.

Он хотел что-то сказать, но сдержался. Только коротко кивнул:

— Артём отвезёт.

— Не нужно, — возразила я. — Я сама.

— Не обсуждается.

Войдя в отель, я сразу направилась к бару.

— Привет, Виталь, — улыбнулась я, заметив знакомое лицо.

Бармен, кажется, не сразу меня узнал. Потом расплылся в улыбке:

— Мира? Да ладно! Тебя не узнать! — он вышел из-за стойки и крепко обнял меня.

— Надеюсь, в лучшую сторону, — засмеялась я. — Слушай, Виталь, а Саша сегодня не работает?

— Дьяченко? Так его нет уже… месяца три, наверное, — пожал он плечами. — Уволился.

Три месяца

То есть примерно тогда, когда всё случилось.

— А где он сейчас, не знаешь?

— Нет. Уехал, вроде бы. Даже увольнение по СМС отправил.

Я поблагодарила Виталия, посидела немного за барной стойкой, выпила кофе с корицей — по Сашиному рецепту. Со вкусом горьких воспоминаний.

Когда я вернулась домой, Карим ждал меня в гостиной. Он сидел в кресле с раскрытой книгой, но не читал. Просто ждал. На столе — две чашки. Одна ещё парила.

— И? — спросил он спокойно, не отрывая взгляда.

— Саша не появлялся. Уже несколько месяцев.

Карим коротко кивнул. Ни удивления, ни тревоги — только тихий выдох, почти похожий на облегчение.

Я нахмурилась.

— Ты что-то знаешь?

— Что именно?

— Про него. Про Сашу.

Он отвёл взгляд к окну, будто пряча что-то.

— Карим?

— Мира… — его голос стал хриплым, будто сдерживал раздражение. Он резко поднялся, бросил книгу на кресло и вышел из комнаты, а затем и из дома.

Карим не вернулся ни вечером, ни ночью. Я заснула, запутавшись в собственных мыслях, и проснулась от запаха кофе — крепкого, свежего, будто кто-то хотел, чтобы этот день начался правильно. Но Карима рядом не было. Подушка остыла, а его рубашка висела на спинке стула, аккуратно сложенная. Я долго сидела на краю кровати, прислушиваясь к себе. Пустота внутри отзывалась гулким эхом.

На кухне уже был Артём. Вечная чёрная футболка, наплечная кобура, уверенные движения у кофемашины.

— Доброе утро, — произнёс он, заметив меня.

— Привет. Где Карим?

— Уехал рано. По делам. А я как обычно — улыбнулся мужчина — Слежу, что бы ты вела себя хорошо.

Я кивнула, натянуто улыбнулась, налила себе кофе. Руки дрожали едва заметно, выдавая лёгкий тремор.

— Слушай… — я сделала глоток, глядя в окно. — Ты ведь знаешь всё, что происходит, да?

Артём усмехнулся:

— Смотря, что ты называешь «всё».

— Я про Родиона. И про Сашу.

Он замер. На долю секунды. Но я успела заметить.

— Что именно про них?

— Они хоть живы? — выдохнула я, не задумываясь.

В наступившей тишине даже шум кофемашины звучал оглушительно.

Артём долго молчал. Потом тихо сказал:

— Карим не хотел, чтобы ты знала.

Я вздрогнула, прикрыла рот рукой — и кружка выскользнула из пальцев, разбиваясь на сотни осколков. Горячие капли обожгли кожу.

— Ну твою мать, Мира, — выругался он, подскочил и аккуратно отставил меня в сторону. — Только одно залечили — теперь ожоги понадобились?

Он быстро убрал осколки, проверил, не обожглась ли я, и лишь потом сел напротив.

— Он сделал это ради тебя, — сказал наконец, глядя прямо в глаза. — Родион не оставил бы тебя в покое. Никогда.

— Я не просила его, — прошептала я.

— Иногда, Мира просить не нужно, — тихо ответил он.

Я отвернулась к окну, глотая комок в горле.

— И Саша? — спросила я почти шёпотом. — Он тоже…?

Артём посмотрел внимательно, слишком внимательно. Мотнул головой:

— Жив.

Когда Артем ушёл, я долго сидела за столом, обхватив остывшую чашку ладонями. Перед глазами стояли лица — Саша, Родион, Карим.

Я не знала, что теперь чувствовать. Благодарность? Страх? Боль? Или всё сразу.

Карим ведь спас меня. Но какой ценой? И кем он стал, чтобы защитить меня…