Подарок

Глава 50

Через бесконечность минут дверь с грохотом распахнулась, и в проём ввалились двое — громады, похожие на тени, только плотнее, шире. Широкие плечи, короткие стрижки, лица, которые не хотелось запоминать. Но их морды мгновенно врезались мне в подкорку. В воздухе повисла вонь дешёвого одеколона, пота и бензина.

Один шагнул вперёд и, не снижая голоса, коротко бросил:

— Без глупостей, — доставая ключи от наручников.

Другой вытащил шприц. Металл вспыхнул при свете лампы, тонкая игла хищно сверкнула. Он лениво покрутил её у меня перед лицом — угроза и обещание в одном движении. Все остатки хрупкой рациональности, которые я пыталась собрать по крупицам, рассыпались. Сухость в горле стала невыносимой, сердце ударило о рёбра так сильно, что я едва не закашлялась.

— Рыпнешься, мигом успокоим.

— Что, мальчики, боитесь, что без этой дряни меня не вывезете? — процедила я сквозь зубы.

Они лишь скривились, как от кислого.

Меня подхватили за подмышки — грубо, тяжело, будто я мешок. Металл наручника соскользнул с запястья и со звоном ударился о простыню. В этот миг я ощутила одновременно дикое облегчение и холод ужаса. Свобода была иллюзией: их хватка врезалась в тело так крепко, что я не могла пошевелиться А шприц всё так же поблёскивал в руках одного конвоира, прозрачный раствор внутри подрагивал.

— Тише, — процедил первый, сверля меня глазами.

Они повели меня в коридор — светлый, но от этого ещё более безжизненный. Стены облезли, краска свисала лентами, потолок был в разводах, будто когда-то там текла грязная вода. Лампы горели ярко, ровно, почти как дневной свет, и полосы под дверями тянулись за нами, как следы, от которых не избавиться. Шаги гулко отдавались в ушах, каждый шаг казался последним.

Мы остановились. Первый холодно сказал:

— У тебя есть пять минут.

Слова прозвучали сухо, без лишних пояснений. Они были и не нужны.

Дверь оказалась дверью в туалет — обшарпанной, со следами чьих-то пальцев вокруг ручки.

— Дверь будет открыта. Делай свои кошачьи дела и выходи. — предупредил мордоворот прежде чем я вошла внутрь — И не вздумай щекотать нам нервишки.

Я кивнула скорее себе, чем им. Внутри было сыро и холодно. Кафель под ногами обжёг ступни ледяным дыханием, запах железа и хлорки стоял тяжёлым туманом. Я торопливо справилась с необходимым, затем включила воду и сунула ладони под ледяную струю. Холод врезался в кожу, будто иголками, но я всё равно плеснула себе в лицо — словно пыталась смыть липкий страх. Сделала несколько жадных глотков прямо из крана. Вода ударила по горлу холодом, чуть не вызвав спазм, но жажда хоть отпустила.

Время текло слишком быстро. Сердце стучало, как метроном, отбивая последние удары отсчёта. Я судорожно метала взглядом по помещению, ища хоть что-то: крючок, трубу, щётку… любую возможность для обороны. Хоть что-то.

Когда внутри уже всё оборвалось от осознания, что пусто, что я выйду к ним ни с чем, взгляд зацепился за крошечный осколок стекла под батареей.

Я присела, дрожащей рукой подцепила его и сунула глубже — в задний карман джинсов. Острые края кольнули сквозь ткань, но это было лучше, чем ничего

В ту же секунду за дверью раздался тяжёлый голос:

— Время вышло.

Я застыла, вытирая мокрые ладони о джинсы. Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно. Выходя с трудом сдерживала улыбку. У меня было оружие. Крошечное. Хрупкое. Но всё же оружие.