Подарок

Глава 26

Следующие несколько дней прошли будто сквозь марлю. Всё вокруг было — еда, люди, даже солнце за окнами — но как-то не по-настоящему, как размазанный фон в дешёвой пьесе.

Карима не было. Он уехал, по ощущениям — надолго.

Артём почти всё время пропадал где-то снаружи, а вместо него ко мне приставили другую "няньку" — молчаливую, раздражающе правильную фигуру в чёрном костюме. Так что я почти добровольно сидела в своей комнате, выходя лишь на короткие прогулки в сад под присмотром, словно собака на длинном поводке.

На третий или четвёртый день этого тягучего кошмара я, бродя по территории, зашла туда, куда ещё не совала свой любопытный нос. Задний двор. Место, где обычно ошивались только охранники.

— Эй, куда? — крикнул мне в спину "некачественный" Артём-заменитель.

Я лишь махнула рукой и пошла дальше. К отдельно стоящей постройке. Откуда только что вышел Артём. И совершенно не ожидала, что за дверью окажется спортзал.

Зал был просторным: стойки для штанг, груши, маты, даже небольшой ринг в углу. Двое парней с перемотанными бинтами руками отрабатывали удары на лапах, ещё один лупил по мешку так зло, что цепь на крюке дрожала.

Я замерла у дверей. Запах пота, резины, чуть влажного пола — и вдруг что-то во мне щёлкнуло. Будто рассыпанные за эти дни осколки снова собрались в кулак.

Мне нужно было оживить тело.

Как кстати была в спортивной майке и свободных трико. Я не сказала ни слова. Не стала терять ни секунды — подошла к стойке, взяла бинты и начала наматывать на руки. Движения были знакомыми, почти родными. Мышцы отозвались лёгкой дрожью, суставы — тёплым покалыванием, сердце забилось чуть ровнее.

— Эй. — Резкий голос за спиной.

Я обернулась. Артём стоял в дверях нахмуренный, будто увидел что-то совершенно недопустимое.

— Ты что тут делаешь? — проговорил он с нажимом и бросил недовольный взгляд в сторону, своей замены — Карим будет недоволен.

— Отстань. Не ты теперь моя прилипала, — ответила я спокойно. — Уж извини. Твои ребята вроде не возражают.

Я кивнула на охранников. Те лишь бросили короткие удивлённые взгляды.

Артём сжал челюсть, на скуле заходила жёсткая жилка.

— Карим дал чёткие инструкции… Ты не должна…

— Что? Не должна? — повысила чуть голос и развела руки. — Он сейчас где-то зажигает со своей куклой, а я "не должна"? Пусть идёт в зад. И ты тоже. Оба.

Мы стояли друг напротив друга несколько долгих секунд. Холодная волна упрямства поднималась во мне. Артём наконец тяжело выдохнул и отвёл взгляд.

— Ладно. Только без фанатизма.

— Договорились.

Я едва заметно улыбнулась и через пару минут уже стояла у груши, проверяя стойку. Сделала несколько лёгких апперкотов, добавила боковые. Тело ещё осторожничало — спина напомнила о себе тёплой тянущей болью. Но я умела слушать организм, знала границы.

Когда кулак врезался в мешок особенно удачно, меня накрыло облегчением. Вот оно. Никаких Каримов. Никакой Аллы. Никакой пустоты. Только я и этот мешок, тяжёлый, отдающий глухой вибрацией в плечи.

Минут через десять я уже вся взмокла, дыхание сбилось, волосы прилипли к шее.

В дверях всё это время стоял Артём. Смотрел, хмурясь, словно не знал — позвонить и сразу доложить Кариму или сделать вид, что ничего не видел и узнал о моей выходке позже.

Я не остановилась на груше. Этого было мало. Слишком мало, чтобы заглушить то, что вертелось в голове — страх, злость, обида, всё перемешанное. Мне нужно было не просто выпустить это, а выбить из себя кулаками.

Когда Артём куда-то ушёл, наверное выкурить сигарету, я перевела взгляд на двоих охранников, которые заканчивали работу на лапах.

— Слушай, — обратилась я к одному, рослому, с короткой стрижкой. — Не составишь компанию? Спарринг, по лёгким правилам. Я тебя не убью, если что.

Он прыснул, перевёл взгляд на товарища, потом снова на меня. Явно не ожидал такого.

— Шеф нас за это всех… — начал он.

— Карим ничего не узнает, — перебила я.

Он всё ещё колебался. Я скрестила руки на груди.

— Боишься получить от девушки? Ну ладно, — пожала плечами, будто уже разворачиваюсь. — Не каждый готов рискнуть репутацией.

— Да ты… — он усмехнулся, но в глазах загорелось спортивное. — Ладно. Постараюсь быть аккуратным.

— Супер, вот и договорились.

Мы вышли на мат. Он проверил перчатки, я подтянула бинты. Коснулись кулаками — и всё вокруг пропало. Не было больше мыслей.

Он пошёл осторожно, давая мне фору. Я резко шагнула в сторону, ушла от прямого и на отходе врезала ему в корпус. Сильно — ровно настолько, чтобы дать понять: со мной шутки плохи.

Он коротко выдохнул и сразу стал серьёзнее. Пошли сдержанные, но размашистые выпады. Я уклонялась, била сама, иногда пропуская. Спина отзывалась ноющей болью, но пока держалась.

— Да ты шутишь… — пробормотал он после пары раундов, вытирая лоб.

— Ага, — хмыкнула я, обходя по кругу и смахивая пот.

Он снова пошёл в атаку, я уклонилась, пропустила лёгкий в плечо. Адреналин бил в виски так, что я едва сдерживала смех.

— Хорошо двигаешься, — выдохнул он. — Как тебя сюда вообще занесло?

Я не ответила. Улыбнулась как можно более беззаботно — а внутри на секунду ёкнуло. Потому что за этим вопросом стояло слишком много.

В этот момент в зал вернулся Артём. Замер на пороге.

— Какого хера? — его голос разрезал воздух.

Охранник моментально шагнул в сторону, снял перчатки, будто его застукали за каким-то преступлением.

Артём зашёл на маты, лицо жёсткое, будто сейчас сам полезет в бой.

— Мира, ты с ума сошла? — он смотрел на меня так, словно я стояла с гранатой в руке. — Миха, а ты… блядь… В своём уме? Жить надоело?

— Расслабься, — сказала я, стягивая бинты. Сердце всё ещё колотилось, на лице горели горячие пятна. — Я просто размялась. Мне это нужно было.

— «Нужно»? — он шагнул ближе. — Карим велел…

— Да что он велел? — устало посмотрела на него. — Ждать, пока крыша совсем не поедет? Не волнуйся, я теперь не зона твоей ответственности…

Он какое-то время молчал, всматриваясь в меня — будто проверял, правда ли я настолько безумна, чтобы спорить. Потом покачал головой.

— Карим уже в курсе, — тихо бросил он.

И ушёл.

А я ещё пару минут стояла на матах, давая телу остыть. Сердце всё ещё билось слишком быстро — и не только от боя.