Подарок

Эпилог

Прошло два года.

Дом утопал в зелени, словно вырос из самой тишины. Здесь не было ни шума города, ни суеты — только ветер, запах кофе и свежей выпечки. Я сидела на террасе, завернувшись в плед, и смотрела, как туман сползает по садовой дорожке, растворяясь в первых лучах солнца. На коленях лежала раскрытая книга, но я давно перестала читать. Взгляд сам собой уходил туда, где по траве босиком шёл Карим, держа за руку нашего сына.

— Осторожнее, — сказала я, улыбаясь. — Он же только учится ходить.

— Этот упрямец? — Карим взглянул на мальчика и покачал головой. — Он весь в тебя.

Сын улыбался, потянулся ко мне, и Карим поднялся по ступеням, передал его мне. Я прижала малыша к себе, уткнулась носом в его волосы. Запах молока, солнца, любви. Запах всей моей жизни.

Иногда ночью мне всё ещё снятся подвалы, крики, гул шагов, больничная палата, запах антисептика. Тогда я просыпаюсь, ловлю воздух, и чувствую рядом Карима. Он не говорит ни слова, просто лежит, молча, пока дыхание снова не выравнивается. И этого достаточно. Карим стал частью моего дыхания.

Мы оба изменились. Я стала спокойнее. Он — мягче.

Но есть одно утро, о котором я всё ещё помню каждую секунду.

Почти два года назад.

Телефон зазвонил утром — глухо, настойчиво. Я не хотела брать. Но сердце вдруг кольнуло.

— Алло? — мой голос дрогнул.

— Привет, принцесса… — тишина, потом знакомое дыхание. — Узнала?

Я села. Руки дрожали.

— Что тебе нужно? — выдохнула я.

— Не вешай. Я не прошу ничего. Просто хотел сказать… Прости меня. — Его голос был сломанным, будто в нём застряла вина. — Я проиграл не тебя, а себя. И поплатился за это сполна. Прости меня, если сможешь.

— Я уже простила, — тихо произнесла я.

Он замолчал. Потом — шёпотом:

— Спасибо. Просто… хотел быть уверен, что ты в порядке… Спасибо.

Связь оборвалась.

Я долго сидела, держа телефон в руках. Слёзы текли, но без боли. Просто — очищали. И в какой-то момент я поняла, что не чувствую ненависти. Только умиротворение. И, наверное, именно в то утро я окончательно отпустила прошлое.

Через неделю после того звонка я узнала, что беременна. Я сидела в кабинете врача, глядя на серое пятно на экране — и не могла поверить, что внутри меня живёт жизнь. В тот вечер я сказала Кариму не сразу: боялась, что он не обрадуется, что испугается за меня так же, как я сама.

Беременность была тяжёлой — постоянные боли, тревожные прогнозы, бессонные ночи. Карим почти не отходил от меня: таскал на руках по лестницам, слушал, как я плачу от страха. А когда однажды врач сказал, что «всё под контролем», я впервые за долгое время увидела, как он выдохнул. Просто молча прижался лбом к моему животу и долго не отпускал.

Мы с Каримом сидели на террасе.

— Я думал, что больше никогда не смогу жить спокойно, — сказал он вдруг.

— А теперь можешь? — спросила я.

Он улыбнулся уголком губ.

— Да. Но только потому, что ты рядом.

Я посмотрела на него и вдруг поняла — да, рядом с ним я действительно ни чего не боюсь.

— Если бы в том, не совсем далеком прошлом не случилось того, что в итоге привело меня к тебе, — тихо сказала, — Я, может быть, никогда не узнала тебя.

И тут же поморщилась вспоминая, как стояла еле живая в кабинете Карима. В равных колготках, растрёпанная.

Он повернулся ко мне.

— Ну когда я впервые увидел тебя, сразу подумал: моя. Моя девочка. Мой подарок.

Я засмеялась.

— Серьёзно? А я убить тебя хотела.

— Вообще-то вырвать кадык, — рассмеялся он в ответ.

Он убрал с моего лица прядь и поцеловал в висок. Мир будто остановился. Прошлое, страх, кровь, боль предательства — растворилось где-то там, за границами сада, и кромками верхушек деревьев.

Карим встал, протянул мне руку:

— Пойдём. Наш упрямец опять зовёт.

Я поднялась. Его ладонь — тёплая, надёжная. А я рядом с ним — слабая девушка, а не КМС по рукопашному бою. Это теперь в прошлом.

Когда мы вошли в дом, солнце прорезало остатки тумана. Свет упал на фотографию в рамке — на нас двоих: я в коротком свадебном платье, и Карим, рука лежит на моём животе.

Я посмотрела на снимок — и вдруг вспомнила тот звонок. Тот голос, полный боли и сожаления. Я не знаю, где он. Но, глядя на фото, я тихо подумала: "Все не зря, значит именно так я должна была обрести счастье…"

Под снимком стояла дата. День, когда началась моя новая жизнь.

Конец