Первозданный Крови и Костей

Глава 53

ПОППИ

Ужас взорвался в груди, и я, оцепенев, смотрела на него снизу вверх, не в силах пошевелиться.

Кастил не отводил взгляда. Черты его лица казались невыносимо резкими, пока в голове… всё не начало складываться в единую картину.

Его сомнение, когда я сказала, что могу обратиться к нему.

Его слова о доверии.

То, как он и Киран общались — или не общались. Дистанция между ними. Напряжение.

О боги.

Он узнал о том, что я заставила Киранa дать обещание.

— Всем выйти, — раздался скрежет стульев по камню, когда Киран поднялся. — Все. Сейчас.

Я не знала, послушались ли остальные или как быстро они ушли. Только когда Киран оказался за спиной Кастила, я смогла заговорить.

— Как… как ты об этом узнал?

— Это было, когда ты была под влиянием Колиса, — ответил Киран. — В миг, когда ты обрела контроль, ты призвала меня.

— О боги… — я отступила на шаг, вытирая влажные ладони о бока туники.

Кастил молчал, плотно сжав губы.

— И попросила меня исполнить обещание, — закончил Киран.

— Я не помню, — я сделала ещё несколько шагов назад, переводя взгляд с одного на другого. — Почему ты ничего не сказал?

— Это было не мо—

— Не ты, — прервала я Киранa. — Кас, почему ты не поговорил со мной?

В глазах Кастила сверкнул эфир.

— Почему ты решила, что я не справлюсь? Как ты могла… — его голос задрожал и наполнился болью. — Как ты могла попросить его об этом?

Сердце сжалось от звука его голоса.

— Тебя тогда не было. Тебя держали в плену.

— Дело не только в этом. Если бы было иначе, мы бы сейчас не разговаривали, — сказал он. — Ты не просила бы меня держаться в стороне, если бы верила, что я справлюсь.

— Это тут ни при чём. Ты же знаешь, что не смог бы просто стоять, пока Колис произносит самые омерзительные вещи, какие только можн—

— Какие вещи? — его глаза сузились. — Что он тебе сказал через этого чёртового Ревенанта?

— Это не имеет значения—

— Вот! Именно так. Ты сама показываешь, насколько доверяешь мне.

— Это не имеет к тебе никакого отношения! Я не хочу даже вспоминать, что он говорил, не то что повторять.

Кастил замолчал.

Сделав слишком короткий вдох, я шагнула к нему.

— То, о чём я просила Киранa, не имело ничего общего с недоверием или сомнением в тебе. Я просто не хотела ставить тебя в ситуацию, которая, я знала, сломает тебя.

— А ты подумала, что это не сломает Киранa? — резко парировал он.

Я посмотрела на Киранa. Он сидел на краю одного из кресел между дверями на балкон и столом.

— Нет, — прошептала я. — Я сделала выбор. И я… выбрала тебя.

— Звучит так, будто ты выбрала прямо противоположное.

— Чёртовы боги, — пробормотал Киран, глядя на свои руки. — Ты сейчас ведёшь себя как полный идиот.

Кастил резко, почти зло рассмеялся.

— Ничего смешного, — Киран поднял взгляд. — Я говорил тебе, что нужно поговорить с ней. Знал бы, что так выйдет, держал бы рот на замке.

— То, что у тебя явно хорошо получается, — отозвался Кастил.

Киран закатил глаза.

Сердце сжалось, пока я смотрела на них. Никогда раньше я не слышала, чтобы они разговаривали друг с другом в таком тоне. И это моя вина — с ними. С нами.

— Кас… — я протянула к нему руки, дрожа. — Я…

— Не надо, — Кастил отступил, сжав челюсти.

Моё сердце не просто сжалось — оно почти раскололось, когда я опустила руки. Слёзы жгли горло, и я скрестила руки на талии, будто стараясь удержать себя в одном целом.

Кастил несколько раз моргнул и отвёл взгляд.

— Я думал, ты знаешь, — сказал он хрипло, с какой-то обнажённой болью в голосе. — Что я сделаю всё, чтобы защитить тебя, даже от тебя самой.

— Я знаю это, — горячо заверила я. — Но если бы я потеряла контроль, у тебя не было бы времени остановить меня. Ты же помнишь, это было до Соединения. До того, чем мы стали.

— А теперь? — его взгляд снова вернулся ко мне. — Какое у тебя оправдание сейчас? Почему ты думаешь, что я не справлюсь с Колисом или с Роковыми?

— Потому что я знаю: ты сделаешь всё, чтобы меня защитить. Ты бы не смог—

— Сдержать себя?

— Я не права? — спросила я.

— Не права, — ответил Киран. — И в этом его проблема.

— Заткнись, — прорычал Кастил.

Я переводила взгляд с одного на другого. Так ли это? Возможно. Но дело было не только в этом. Я всё испортила. Мне не следовало просить Киранa… нет, нужно было всего лишь убедиться, что кто-то знает, когда вмешаться. Что я должна была сделать — так это рассказать всё Кастилу. Времени было достаточно. И уж точно не стоило просить Киранa хранить это в секрете от Каса. Не имело значения, что я думала, будто защищаю их дружбу. Добрые намерения ничего не значат, когда всё идёт наперекосяк. Я это знала.

Но он тоже должен был знать свои пределы.

— Мне было нелегко просить об этом Киранa, — сказала я, сглотнув. — Он не хотел соглашаться. Ему это не нравилось. И мне не следовало просить его не говорить тебе. Я сама должна была рассказать. — Грудь сжала боль. — Прости, Кас. Прости меня. Я никогда не хотела… — Я зажмурилась, покачала головой и отвернулась. Когда снова открыла глаза, за балконными дверями небо уже потемнело. — Я никогда не хотела, чтобы ты так себя чувствовал. Чтобы я заставила тебя так чувствовать. Я была неправа. — Я резко обернулась обратно. — И я проведу остаток своей жизни, доказывая тебе это.

Мышца на его челюсти снова болезненно дёрнулась, когда он отвёл взгляд.

— Но и ты тоже ошибаешься.

Его взгляд мгновенно вернулся ко мне.

— Ты должен признать, что у тебя есть пределы — вещи, которые ты можешь и не можешь делать, — пределы, за которые я люблю тебя ещё сильнее, — сказала я. — Ты должен перестать…

— Перестать что?

Часть меня хотела снова извиниться. Сказать и сделать всё, лишь бы вернуть нас к прежнему — если это вообще возможно. И, боги, сама эта мысль не просто пугала — она грозила меня сломать. Но я должна была сказать это, потому что вина лежала не только на мне.

Не на нём. Не на Киранe.

Так просто сложилось.

— Я знаю, что причинила тебе боль, и мне ненавистно, — горло саднило от силы этого слова, — что так вышло. Я знаю, я всё испортила.

— Поппи, — Киран повернул ко мне голову.

— Нет. Это правда, — сказала я, встречаясь взглядом с Кастилом. — И тебе нужно перестать врать самому себе.

Его губы приоткрылись.

— Ты не можешь идти со мной завтра. И это ничего не меняет, — я сжала руки вместе. — И это не значит, что я тебе не доверяю. Это лишь значит, что я не рискну тобой — вами обоими.

Он повернулся боком и уставился в стену, будто на целую вечность.

— Ты с этим согласен?

— Нет, — ответил Киран. — Но она права. Наше присутствие станет помехой, а мы оба не позволим Роковым навредить ей.

Челюсть Кастила напряглась, он покачал головой.

— Чушь.

— Кас, — сказал Киран. — Вот о чём она и говорила — про самообман.

Его руки дёрнулись у боков, когда он снова повернулся ко мне.

— Ты рискуешь собой и требуешь, чтобы я это принял.

Сдерживая слёзы, я произнесла:

— Он не убьёт меня.

— Ты не знаешь этого! — рявкнул он так, что стекло в комнате задрожало. — Ты понятия не имеешь, что он теперь чувствует. Сколько этот ублюдок пролежал в заточении? У него было чертовски много времени, чтобы всё обдумать. — Он провёл рукой по волосам. Пальцы дрожали. — Он пытался использовать тебя, чтобы соблазнить меня. Какой влюблённый мужчина так поступит?

— Ты уже задавал этот вопрос, и мой ответ тот же. Кто, чёрт возьми, знает, зачем он вообще что-то делает? Это тот, кто влюбился, увидев, как кто-то собирает цветы. Он вообще не про логику.

— Нелогична сейчас ты, — резко бросил Кастил. — Ты опираешься только на слова других.

— Он наблюдает за нами! — выкрикнула я в ответ. — Зачем же ещё ему это делать?

— Потому что, как ты сама сказала, он напрочь ёбнулся? — его грудь тяжело вздымалась. Когда он заговорил снова, голос стал мягче: — А если я прав? Что тогда? Нас рядом не будет, чтобы подстраховать тебя.

— Со мной будет Аттес, — вырвалось у меня, и я сразу поняла, что сказала самое неподходящее.

Лицо Кастила потемнело, тени пролегли в впадинах щёк, и сквозь кожу на челюсти блеснула серебристая кость.

— Да. Аттес. Первородный, который не только умеет себя контролировать, но ещё и явно в тебя влюблён.

— Что? — вскрикнула я, а Киран резко повернулся к Кастилу.

— Это единственное объяснение, почему он так легко был готов сжечь себе чёртову руку ради тебя.

— Он и правда сжёг её, — вставил Киран. — Но она восстановилась.

— И ты видел, как это было болезненно. И я знаю, что ты замечал, как он постоянно на неё смотрит, — продолжил Кастил. — Он здесь всего день, а глядит на тебя чаще, чем я за целую неделю. А я ведь не отрываю от тебя взгляда.

— Это потому, что я похожа на—

— Ты похожа на себя, Поппи.

— Я… — я прижала ладонь к груди. — Я даже не могу сейчас думать об этом, не то что рассматривать… потому что это…

— Что? — потребовал он.

— Это же до чёрта мерзко! — закричала я, и Киран дёрнулся. — Он твой пра-прадед!

— Я же не говорил, что это весело, — пробормотал Кастил.

— О боги… — я отвернулась, откидывая волосы назад.

Грудь Кастила тяжело поднялась. Когда он заговорил, голос его стал мягче:

— Вместе мы сильнее, а не порознь. Мы могли бы победить Колиса вдвоём. Тебе даже не пришлось бы подходить к нему близко.

— Возможно, — устало ответила я. — Но там будет и Роковой, который наверняка вмешается.

— Тот, кто не вмешается, если это будешь ты?

— Именно они сказали мне, что убить Колиса должна я. Не мы трое, — возразила я. — И он позволит мне приблизиться.

— Это замечание совсем не радует, — вставил Киран.

— Но это правда. — Я шагнула к Кастилу, но остановилась, не решаясь протянуть руку. Я не вынесла бы, если бы он снова отступил или попросил не трогать его. — Прости. Я знаю, что это тяжело… или, может, и не знаю. Но тебе нужно остаться здесь. Вам обоим.

Кастил шумно вдохнул носом.

— Вот и всё? Приказ Королевы?

— Приказ твоей жены, — сказала я. — Прошу тебя, послушай.

— Ладно. — Он моргнул, и сердце моё разорвалось ещё сильнее, когда я увидела влажный блеск в его глазах и на миг почувствовала его эмоции. — Пусть будет так.

Он развернулся и, не сказав больше ни слова, направился к двери.

— Кас, — прошептала я. Когда он не остановился, я пошла следом. — Кастил.

Он так и не замедлил шаг и не оглянулся, уходя в коридор.

Дай ему время, — послышался в сознании голос Киранa через нотаам. — Отпусти его.

Я оперлась ладонью о стену, когда за Кастилом закрылась дверь.

Повисла тишина — тягостная, непривычная. Я чувствовала себя потерянной в ней, такой потерянной, что не знала, как вернуться туда, где должна быть. Где должен быть он.

— Я не хотела, чтобы он думал… — голос сорвался, пока я поворачивалась, чувствуя жгучие слёзы. — Я не хотела посеять раздор между вами.

— Я знаю, — сказал Киран слишком мягко, слишком бережно, поднимаясь. — И он тоже знает.

— Правда? — я быстро заморгала, пытаясь сдержать слёзы.

Киран подошёл ближе.

— Он знает, что никогда не сможет отправить тебя в могилу. Именно это его и бесит. Он чувствует себя… — Киран покачал головой, плечи его приподнялись. — Слабым. Будто не может всё контролировать. А если ты не заметила, у него проблемы с контролем.

— Да ну, правда? — я рассмеялась, но смех прозвучал фальшиво. — О боги, Киран, прости. Мне следовало—

— Стоп. — Он положил руки мне на плечи. — Ты сделала то, что считала правильным. Это не было полностью неправильно, и ты уже признала свой поступок. Ты извинилась. Теперь всё зависит от него.

Я сжала губы.

— Ему нужно сделать то, что ты сказала. Перестать врать самому себе. — Он провёл большим пальцем по моей щеке. — И ты знаешь, что ему это непросто. Мне тоже нелегко. Разница лишь в том, что я знаю свои пределы. А он… — взгляд Киранa скользнул к двери, черты лица напряглись, потом снова смягчились. — Он всегда с этим боролся.

Трудно было представить, что Кастил с чем-то не справляется, но я понимала, что это глупо.

— Тебе нужно сосредоточиться на завтрашнем дне, — продолжил он после рваного вздоха. — Думаешь, сможешь?

— Да. — Я прочистила горло. — Да, смогу.

— Я знаю. Мне просто нужно было услышать это. — Он улыбнулся, но улыбка не дошла до глаз. Потом он притянул меня к себе. — Всё будет хорошо.

Будет ли?

Я уронила лоб ему на грудь. Вышло не слишком изящно — честно говоря, могла и больно задеть.

— Всё правда будет хорошо? — я чувствовала эмоции Кастила. Их было много — некоторые тревожили сильнее других. Но там… там была едкая горечь, быстро превратившаяся в осадок. — Он почувствовал предательство. Как такое пережить?

— Ты ведь знаешь, — мягко сказал Киран, проводя рукой по затылку. — Ты сама прошла через это.

Он был прав. Но… это казалось иным.

— Надеюсь, Кас оказался прав, — сказал Киран спустя несколько мгновений.

— В чём?

— Что Аттес влюблён в тебя.

— Что за чёрт? — простонала я и отстранилась. На миг я совсем забыла об этом.

Киран тихо усмехнулся.

— Эй, я лишь говорю, что это придаёт уверенности в том, что он прикроет тебя.

Я покачала головой.

— Я даже думать об этом не хочу.

— И правильно. — Он на секунду задумался. — Когда ты в последний раз кормилась?

— Вчера вечером.

— Хорошо. Но нужно ли тебе снова?

Я снова покачала головой.

— Я совсем не чувствую слабости. — Это была правда, но я видела: Киран волнуется. Знала, что он уже почти предложил себя, но сейчас я не могла на это пойти. Выдохнув, я глубже вдохнула. — Тебе стоит найти Каса. Поговорить с ним. Не для меня — для вас двоих.

— Сомневаюсь, что он хочет меня видеть.

— Ты знаешь, что это не так.

Брови Киранa приподнялись с недоверием.

— Иди, — попросила я. — Мне нужно время собраться с мыслями, я ещё должна поговорить с Аттесом о завтрашнем дне.

Киран помедлил.

— Уверена?

Я кивнула.

— Ладно. Попробую найти этого засранца.

Мои губы тронула слабая улыбка.

— Если найдёшь… скажи ему, что я…

— Я передам, — перебил он, прекрасно понимая то, чего я не могла произнести, не разрыдавшись.

— Спасибо.

Тёплые губы Киранa коснулись моего лба. Прикосновение ещё долго держалось на коже после того, как он ушёл. Хотелось, чтобы оно длилось дольше, потому что перед глазами снова и снова вставали влажные глаза Кастила, и я вновь ощущала вкус того предательства, которое он испытал.

Я прижала ладони к лицу и глубоко вдохнула. Нельзя плакать. Если начну — не остановлюсь. А у меня нет на это времени.

Потому что предательство было не единственным, что я ощутила.

Там была ещё и решимость.

Кастил на самом деле не согласился остаться. В глубине души я знала: это невозможно.

Он не сможет.

Это не в его природе.

И я любила его за это ещё сильнее.

Я только надеялась, что он любит меня достаточно, чтобы простить то, что я собиралась сделать.

Опустив руки, я взглянула на них. Кончики пальцев были испачканы красным.

Кровавые слёзы.

Я вытерла их о штаны, а не о красивую тунику.

Так.

Нужно сосредоточиться.

Я — Королева.

Я — истинная Первородная Жизни и Смерти.

Мне нужно взять себя в руки и понять, как призвать Рокового.

Я что, только что позвала их? Нет. Это было похоже на то, как я вызывала дракенов. Просто сила воли. По крайней мере, так говорила мне Вадентия.

Очистив разум и закрыв глаза, я призвала эфир и направила волю к тому, чтобы откликнулся Роковой.

И ждала.

Ничего.

Я приоткрыла один глаз. Потом другой. Солярий был пуст. Раздражённо попробовала снова, вложив больше усилий—

Воздух заискрился энергией, за ним пришло мощное древнее присутствие и аромат сандалового дерева.

— Я же говорил, что будет следующий раз.

С тяжёлым вздохом я обернулась и увидела Торна.

— Ну конечно, именно ты.

— Могло быть хуже, — ответил он. — Могла откликнуться Лириан.

Тут он был прав.

Но признавать этого я не собиралась.

— Мне нужна услуга, — без обиняков сказала я.

— Я знаю.

— Как… — я осеклась.

Медленная улыбка скользнула по его лицу.

— Ты хочешь, чтобы я не позволил Кастилу последовать за тобой в Пенсдёрт.

— Сможешь? — спросила я.

— Смогу.

— И без вреда для него? — уточнила я.

Улыбка его стала шире, и снова в ней было что-то знакомое.

— Я всего лишь помешаю ему открыть проход. Придётся путешествовать по-старинке. А к тому времени всё уже должно быть… закончено.

Закончено.

От того, как он это сказал, по спине пробежал холодок.

— Но услуга не бывает бесплатной.

— Что? — я резко вскинула брови.

Он наклонил голову, и прядь, не убранная в узел, скользнула по его щеке.

— Услуга за услугу.

— Какую именно?

— На мой выбор. — Торн приподнял бровь. — Можно я буду звать тебя Поппи?

— Это и есть твоя услуга?

— Нет.

Я сжала кулаки.

— Тогда нет.

Он вздохнул.

— Принимаешь?

Я всмотрелась в него. Не думала, что его просьба окажется… чем-то извращённым. Надеюсь. Чёрт с ним. Это не имело значения. Что бы он ни попросил, Кастил того стоил.

— Да.

— Уверена? — его голос стал ниже, лишившись игривости. — Уверена, что это то, чего ты хочешь?

Я кивнула без колебаний.

Что-то мелькнуло на его лице, в глазах — и по моей крови пробежал ледяной холод.

— Готово, — произнёс он.

Торн исчез, прежде чем я успела сделать ещё один вдох, оставив меня смотреть в пустоту, где он только что стоял.

То, что я увидела на его лице, в его взгляде… походило на разочарование.