Вьетнам - Перкази. Воспоминания морского пехотинца

Глава 39

В первые несколько дней боевые действия ограничивались районом, непосредственно прилегающим к лагерю КОВПВ. Подкрепление – несколько рот 1-го батальона 5-й дивизии – смогло прорваться на третий или четвёртый день, и хотя мы всё ещё были сильно в меньшинстве, нам постепенно удалось расширить крошечный уголок города, который мы удерживали. По мере того как стрелковые роты всё дальше удалялись от КОВПВ и вертолётной площадки, пополнять запасы становилось всё труднее. Проблема обострилась, когда вьетконговцы отрезали шоссе между Хюэ и Фубаем, взорвав несколько маленьких мостов и сделав шоссе непригодным. Уже столкнувшись с нехваткой транспортных средств, которые подвозили запасы стрелковым ротам, теперь мы не могли больше получить замену машин, выведенных из строя и уничтоженных в интенсивных боях.

Наконец, на пятое утро полковник Гласс вызвал разведчиков, чтобы решить эту проблему. «Парни, машины должны быть разбросаны по всему городу, – сказал он. – Идите и добудьте нам колёса». К полудню нам удалось заполучить два джипа Армии США, два джипа ВСРВ, микроавтобус «Фольксваген», «Пежо» и красный скутер «Веспа». Скутер не очень-то подходил для перевозки, но на нём просто было классно погонять, и вскоре он стал привычным зрелищем среди обсаженных деревьями, покрытых выбоинами, усыпанных булыжниками некогда прекрасных бульваров Хюэ, весело двигаясь во главе наших импровизированных колонн снабжения.

Последняя машина, которую нам удалось достать, была самой лучшей: отличный синий джип ВВС с серийным номером и надписью «ВВС США» аккуратно выведенной по обе стороны от капота. Мы с Хоффи нашли его на парковке позади офицерского дома лагеря КОВПВ, который оставили несколько дней назад, переместив батальонную группу управления в дом через улицу.

Служба в Командовании по оказанию военной помощи Вьетнаму – КОВПВ – особенно в таком свободном от национальных предрассудков месте как Хюэ, состояла в основном в том, чтобы трахать красивых женщин и пить хороший виски, получая боевое жалованье и боевые награды, полезные для продвижения по службе. Американцы, приписанные к КОВПВ, должны были консультировать вьетнамцев, но из того, что мы могли наблюдать в лагере КОВПВ в Хойане и на подобных объектах, это было в основном делом сагибов[140] и «цветных». Таким образом, офицеры КОВПВ в Хюэ, должно быть, сильно расстроились, оказавшись в центре самых ожесточённых боёв во всей войне.

Одним из этих несчастных офицеров был пухлый маленький майор ВВС, который вразвалку вышел из офицерского дома, отчаянно размахивая руками и крича, пока я держал лёгкую цепь, намотанную на руль его джипа, а Хоффи отстреливал замок из дробовика.

– Эй! Эй, вы! Что это вы делаете? Это мой джип! – надрывался майор. – Вы не можете его взять!

– Ой, простите нас, сэр. Мы просто хотим одолжить его ненадолго, – объяснил Хоффи. – Мы хотели оставить записку. Вы ведь не собирались пользоваться им сегодня, да? – Я снял остатки замка и цепь, и хотел отдать их майору, но он не взял.

– Это собственность ВВС! Я отдам вас под трибунал!

– Слушайте, всё в порядке, майор, – сказал Хоффи. – Мы сразу же вернём его назад. Как только закончится война.

– Оставьте джип! Уберите от него свои грязные лапы. Это прямой приказ! – закричал майор, когда я прыгнул за руль. – Кто ваш командир? Вы оба арестованы! – С этими словами майор начал нащупывать свой пистолет.

Но он резко остановился, напрягся и побледнел, увидев направленный на него ствол 12-калибрового дробовика Хоффи. Губы майора продолжали лихорадочно шевелиться, но не доносилось ни звука, кроме едва слышного хрипения где-то в глубине лёгких.

– Вам не нужен этот джип, а нам нужен, – решительно заявил Хоффи, передёрнув цевьё, выбрасывая стреляный патрон и досылая новый.

– Послушайте, майор, – вмешался я, заводя его джип. – Вы не понимаете. Рядового Хофштетера уже дважды повышали до капрала и дважды в течение месяца понижали обратно до рядового. Он не любит офицеров, не уважает начальство и не очень умён. Но он предан своим товарищам, как и все остальные, и сделает всё, что они попросят, потому что ему нравится радовать их. Я его товарищ и если вы дотронетесь до пистолета, я попрошу его разнести вашу сраную башку. Вы поняли, сэр?

Глаза майора округлились, превратившись в два белых блюдца, а губы перестали шевелиться.

– Вам нужна цепь или нет? – спросил я. Майор ничего не ответил, но взял испорченную цепь в руки, когда я протянул её ему. Хоффи, шести футов ростом и двести фунтов весом, ухмылялся от уха до уха.

– Уйдите с дороги, – сказал Хоффи, забираясь на сиденье рядом со мной. – Мы торопимся, а вы тратите наше время. Лучше вернитесь в дом, где безопасно; подрочите там или что-то ещё. Короче, держитесь подальше от неприятностей, ясно?

– Приятно было поболтать, майор, – сказал я. Мы оба отсалютовали ему как положено, затем я завёл джип и выехал. Хоффи держал майора на прицеле, пока мы не свернули за угол.

– Этот пидарас мог выстрелить нам в спину, – сказал Хоффи.

– Надеюсь, он не на нашей стороне, – сказал я.

– Ты видел, как у этого бездельника вылезли шары на лоб? – внезапно проорал Хоффи. Мы оба начали неудержимо смеяться. Джип завилял по всей улице. – Ради Бога, смотри, куда едешь! – Хохотал Хоффи, размахивая дробовиком.

– Следи за зданиями, ладно? Будь начеку. А ничего такой джип. Катится как спорткар. Смотри-ка!

– Рули нормально, мать твою!

Тем вечером полковник Гласс спросил у разведчиков, не угнал ли кто джип ВВС, тыча дробовиком во владельца. Никто из разведчиков не признался.

– Там стоит разве не джип ВВС? – спросил полковник, указывая на дверь дома, который мы использовали в качестве командного пункта. Я глянул на Хоффи, но он смотрел себе под ноги. – Эрхарт, а разве не тебя я видел сегодня за рулём этого джипа?

– Э-э, дассэр, – ответил я. – Сэр, мы пошутили на счёт дробовика.

– Честно, сэр, – сказал Хоффи, – и мы сказали ему, что сразу же вернём джип, как только кончится война.

– О, – произнёс полковник. – О. Что ж. Уж постарайтесь – если от него что-нибудь останется.