– Ты уверен, что хочешь купить машину? – на следующее утро за завтраком спросила мама.
– У меня достаточно денег, мам, – ответил я. – Более двух тысяч долларов.
– Но на это уйдут все твои сбережения. А как же колледж?
– У меня есть ещё пятнадцать месяцев, прежде чем я смогу думать о колледже. Буду откладывать с того, что заработаю – знаешь, теперь я получаю сержантские, – и ещё будут платить ветеранские. И вообще, кто сказал, что я собираюсь в колледж?
– Билл!
– Чёрт возьми, они же ничем не занимаются, кроме протестов и демонстраций. Так себе образование. Слушай, буду переживать из-за колледжа, когда попаду туда. Больше у меня ничего нет от Вьетнама; по крайней мере, я мог бы потратить эти деньги на что-нибудь полезное.
– Мне придётся пойти с тобой, – сказал отец, войдя в кухню посреди разговора. – Не думаю, что ты сможешь купить машину в Пенсильвании, пока тебе не исполнится двадцать один.
– Что?
– Мне так кажется, – сказал отец. – Позвоню судье Хансикеру и уточню, но думаю, придётся оформить машину на меня.
– Блин, ну здорово. Я могу воевать на их войне, но не могу купить машину на заработанные в этой войне деньги. Не могу голосовать. Не могу пить.
– В любом случае тебе не стоит пить, – сказала мама.
К середине дня я стал счастливым обладателем красного «Фольксвагена-жука» 1968 года с чёрным салоном, хотя в документах стояло не моё имя. Больше не нужно просить ключи у мамы или папы. «Прошвырнусь по магазинам, буду к четырём». Педаль в пол и вперёд, в любое место, куда захочу и когда захочу. Моя собственная машина. Впервые за много лет я почувствовал себя на миллион баксов.
Оставалось только сделать страховку. Поэтому я прошёл два квартала от дома до офиса «Макгилверис Иншуранс».
– О, приветствую, Билл! – произнесла миссис Макгилвери, когда я вошёл. – Я так рада снова тебя видеть. Чем могу помочь?
– А мистер Макгилвери здесь? – спросил я.
– Его пока нет. Может быть, я смогу чем-то тебе помочь?
– В общем, я купил новую машину и хотел бы оформить страховку.
– Думаю, я смогу это устроить. Нужен только полис твоих родителей.
– Нет, я бы хотел сделать собственный полис. Это моя машина.
– Но ведь тебе ещё нет двадцати одного, правда?
– Ну, да, но…
– Тогда машину придётся внести в полис твоих родителей. Это обычное дело. Нужно только прописать её, как третий семейный автомобиль.
– Понимаете, я не хотел бы зависеть от родителей.
– Но таков закон штата…
– Мне плевать на закон. Я просто хочу собственный полис.
– Извини, Билл, но мы обязаны…
– Вы знаете, где я только что был, миссис Макгилвери?
– Я понимаю…
– Нет, вы не понимаете! Никто не заставлял моих родителей тащить меня за ручку во Вьетнам!
– Пожалуйста, не сердись. Я ничего не могу с этим поделать. Ты несовершеннолетний.
– Несовершеннолетний?! – рявкнул я. – Я не был несовершеннолетним, когда вы просили меня воевать за вас в вашей поганой войне, чтобы вы сидели здесь и наживались на таких лохах, как я! Я – долбаный сержант морской пехоты, миссис Макгилвери! Я – ветеран боевых действий!
– Почему ты разговариваешь со мной в таком тоне? – резко сказала миссис Макгилвери. – Что это на тебя нашло...
– Я скажу вам, что на меня нашло, – ответил я, ударив кулаком по столу между нами; мой голос повысился. – Я не для того прошёл через всё то дерьмо, чтобы получитьэто дерьмо! Я не могу купить машину! Я не могу купить пиво…
– Билл Эрхарт, тебе лучше успокоиться…
– … я не могу пойти в туалет без мамочки! В жопу ваше спокойствие! Какого хрена?! Я имею право на этот полис! Я заслужил его!
Миссис Макгилвери вдруг разревелась.
– Ты не имеешь права прийти сюда и вести себя подобным образом! – выкрикнула она. – Не таким тебя воспитывали родители…
– У меня есть право на нечто большее, чем это! У меня есть право! Вы выдадите мне этот полис…
– Убирайся отсюда, сейчас же, – завопила миссис Макгилвери. – Убирайся сию же минуту или я вызову полицию!
– Вызовите полицию?! Вызывайте сраную полицию! Вызывайте блядскую национальную гвардию, чёрт возьми! Мне похрен…
– Убирайся! – заорала миссис Макгилвери. У неё началась истерика. – Убирайся! Убирайся! – Она дотянулась до телефона и начала набирать номер.
– Ладно! Я ухожу! Но я этого не забуду. – Я с силой хлопнул дверью.