Жена Альфы

Глава 47. Камень и тень

Виктор

Корпоратив гудел приглушённым гулом важных разговоров. Виктор стоял у стойки бара, вращая в пальцах бокал с виски. Его взгляд, привыкший автоматически оценивать и классифицировать, скользил по залу. Поставщик, конкурент, потенциальный партнёр… Анна у его плеча тихо комментировала что-то.

И тогда он увидел её.

Лианна Волкова. Его бывшая жена. Та, чей развод был быстрой, чистой, безэмоциональной процедурой, как ликвидация убыточного актива. Он помнил её — тихую, почти невидимую женщину с потухшим взглядом, которая занимала пространство в его доме, но не в его жизни. Удобная. Беспроблемная. Скучная.

Но это… это была не та женщина.

Она стояла, беседуя с кем-то из IT-сектора. Говорила негромко, но её собеседник ловил каждое слово, кивая. В её позе не было привычной съёженности. Спина была прямая, подбородок слегка приподнят. Она была одета в простое, но безупречно сидящее тёмное платье. Ничего вызывающего. Но в этой простоте была уверенность. Та, что исходит изнутри, а не покупается за деньги.

Виктор нахмурился. Удивление — холодное, аналитическое — скользнуло по нему. Как так? Всего несколько месяцев назад она была тенью. А теперь… Теперь она выглядела как человек, который знает себе цену. Не его цену. Свою собственную.

— Смотри-ка, — усмехнулась Анна, следуя за его взглядом. — Феникс из пепла. На твои же деньги, должно быть, накупила уверенности в себе. Жалкое зрелище.

Виктор не ответил. Он отхлебнул виски. Анна была права, но… не совсем. Деньги могли купить платье, но не эту осанку, не этот спокойный, оценивающий взгляд. Что-то произошло. Что именно — его не волновало. Но факт изменения фиксировался его мозгом, как несоответствие в отчёте. Нужно было прояснить. Ради любопытства. И ради того, чтобы убедиться, что это «изменение» не представляет собой проблему.

Он не спеша направился к ней. Люди расступались — не из страха, а из уважения к его статусу. Её собеседник, увидев его, заёрзал и отступил с бормотанием извинений.

Лианна обернулась. Их взгляды встретились.

В её глазах не было паники бывшей жены при виде могущественного экс-супруга. Не было и вызова. Была лишь нейтральность. Та же, что он видел у юристов или хороших врачей. Профессиональная отстранённость.

— Виктор, — произнесла она первая, кивнув. Голос ровный, без дрожи. Как будто он был деловым знакомым, которого встретила после долгого перерыва.

Этот тон заставил его на мгновение замереть. Он ожидал… чего? Смущённого взгляда в пол? Нервной улыбки? Не этого.

— Лианна, — ответил он, и в его собственном голосе, к его раздражению, прозвучала не запланированная холодность, а просто констатация. — Ты выглядишь… иначе.

— Времена меняются, — сказала она, и её губы тронул призрак улыбки, лишённой всякого тепла. — Как и люди.

— Вижу. Ты здесь с… Мартой? — Он знал ответ. Но нужен был повод для диалога.

— Да. Работаю в логистике. Анализ рисков. Оказывается, у меня есть способности к чему-то, кроме тихого сидения в гостиной.

В её словах не было упрёка. Была та же нейтральность, но теперь с лёгкой, едва уловимой сталью под ней. Как будто она не нападала, а просто констатировала факт, который его почему-то должен был задеть.

Его удивление росло, смешиваясь с лёгким, непонятным раздражением. Он привык, что бывшие жены либо ненавидят его, либо пытаются что-то выпросить. Эта… просто стояла и говорила с ним, как с равным. Нет, даже не так. Как с малознакомым.

— Рад, что нашла себя, — сказал он, и фраза прозвучала фальшиво даже в его собственных ушах.

— Спасибо, — ответила она, и её взгляд на секунду стал пронзительным, будто она видела всю эту фальшь насквозь. — Я тоже рада. Теперь, если позволишь, меня ждут.

Она сделала шаг в сторону, явно собираясь уйти. Просто так. Окончив разговор, который он начал.

— Лианна, — остановил он её, не повышая голоса. Просто сила в интонации.

Она обернулась, одна бровь слегка поползла вверх. Вопрос.

— У тебя всё в порядке? — спросил он. Не из заботы. Из необходимости закрыть гештальт. Убедиться, что эта перемена не скрывает за собой истерики, долгов или ещё каких-то проблем, которые могут аукнуться ему.

Она посмотрела на него долгим, изучающим взглядом. И в этом взгляде он, наконец, увидел не нейтральность. Лёд. Абсолютный, бездонный, равнодушный лёд.

— Всё прекрасно, Виктор, — сказала она тихо. — Лучше некуда. Никаких долгов, никаких сожалений, никаких… призраков прошлого. Я свободна. По-настоящему. Желаю и тебе того же.

Она кивнула ещё раз — окончательно, вежливо — и ушла. Не быстро, не медленно. Просто растворилась в толпе, оставив его стоять с бокалом в руке и странным, пустым чувством недоумения.

Анна подошла, её лицо выражало лёгкое презрение.

— Ну и? Что хотела? Показать, как она «выросла»?

Виктор молчал, глядя в ту сторону, куда она ушла.

— Ничего, — сказал он наконец. — Абсолютно ничего.

И это было правдой. Она ничего не хотела. Ни его внимания, ни денег, ни даже конфликта. Она просто… жила своей жизнью. И в этой её абсолютной, холодной самодостаточности было что-то… оскорбительное. Она была его бывшей женой, частью его истории. А вела себя так, будто он для неё — просто эпизод, страницу, которую перелистнули и забыли.

Он допил виски, чувствуя, как холодный напиток не приносит успокоения. Удивление не проходило. Оно трансформировалось в настороженность. Он привык всё контролировать, особенно то, что было связано с ним. А эта новая Лианна… она была вне его контроля. И в её ледяных глазах не было ни капли того огня, той одержимости, той жизни, что он когда-то видел в другой женщине… в Лане. Лана была костром. Лианна была камнем. Холодным, гладким и абсолютно непроницаемым.

Он отвернулся от зала. Она была не проблемой. Она была… аномалией. И Виктор Волк не любил аномалий в своём выверенном мире. Он приказал бы Анне следить, но даже это казалось избыточным. Зачем следить за камнем?

Но где-то на самом дне, в глубине, куда не доходил свет холодного рассудка, шевельнулось смутное, инстинктивное ощущение. Камни не меняются за несколько месяцев. Что-то здесь было не так. И если это «не так» могло изменить тень на камень… что ещё оно могло изменить?