Начало православной публицистики:Библия, апологеты, византийцы

Послания апостола Павла характеризуются парадоксальностью и насыщенностью риторическими вопросами, размышлениями, диатрибами: «А если кто смеет хвалиться чем-либо, то (скажу по неразумию) смею и я. Они Евреи? и я. Израильтяне? и я. Семя Авраамово? и я. Христовы служители? (в безумии говорю:) я больше. Я гораздо более был в трудах, безмерно в ранах, более в темницах и многократно при смерти» (2 Кор. 11, 21—23). Появляются правильные, классические для древнегреческой риторики, гомеотелевты: «Мы отовсюду притесняемы, но не стеснены; мы в отчаянных обстоятельствах, но не отчаиваемся; мы гонимы, но не оставлены; низлагаемы, но не погибаем» (2 Кор. 4, 8, 9). Такие формы высказываний более характерны для западной традиции, чем для восточной. Поэтому представляется возможным определить творчество апостола Павла как первый момент сближения двух культур, двух литературных школ в процессе генезиса христианской публицистики.