Развиртуализация. Часть первая

Оксфорд,, 6 часов до паники на финансовых и товарных рынках

Кутялкин полночи крутил в руках симку. Он знал – если позвонит, то не только даст козыри–ниточки будущему следствию по делу «варварского налета на Бодлианскую библиотеку», но и поставит семью под угрозу. Неизвестно, какой длины руки и связи у европейских ценителей средневековых рукописей.

Гриша согревал кусочек пластика – в голове звучали голоса бубликов и Шняги. Он был почти счастлив от того, что так непринужденно может услышать их. Кутялкин не сомневался – как только он утратит эту способность, за его жизнь и душу нельзя будет дать и ломаного сольдо.

Неожиданно в гуще радужных воспоминаний черным вороньим крылом возник анимешный образ Наталии Кох. На радостные голоса, звенящие у Гриши в сознании, упала безмолвная тень, заставив их сбиться и умолкнуть голоса бубликов, отгородив от Гриши ту часть прошлого, которая придавала ему силы.

Кутялкин подумал, что затопившая его стойкая серая тишина – внутренняя суть мисс Грэмл. Девушка только снаружи похожа на куколку. В глубине неё краски стираются. Не остается ничего – пустота и тишина. Как у старой фарфоровой куклы. С этой мыслью стало очень неуютно оставаться одному в темноте гостиничного номера.

Гриша в очередной раз примерил Наташу для своих неоригинальных плотских желаний и решил: «Не представляю, как я остался бы с ней в одной кровати, в одном номере. Она же очень быстро высосала бы из меня душу, воспоминания и надежды. В разведку, в койку, в загс с госпожой Кох может отправиться только очень смелый человек», – чтобы отогнать мысли о своей напарнице, Кутялкин прошептал ночную сказочку.

«…и моя Королева. Я люблю тебя!».

Темнота не ответила ему. Она ждала, когда он уснёт и беспомощно увязнет в ней.