Восхождение фениксов

Глава 9 Лишение достоинства

Фэн Чживэй последовала за Инь-эр и мужчиной в желтом в тихий садик на заднем дворе.

Девушка подумала, что это странно. Почему куртизанка не повела гостя в отдельную комнату? Неужели этому человеку нравилось делать это снаружи?

Пройдя мимо жасминовых кустов, парочка остановилась. Вслед за этим послышалось тяжелое дыхание мужчины, тихие стоны женщины, звуки рвущейся ткани и поцелуев.

Лицо Фэн Чживэй покраснело, она отвернулась и подумала: откуда вообще взялась эта паранойя? Зачем она пошла за куртизанкой?

Когда девушка уже собиралась уходить, то вдруг поняла, что тихие стоны звучат немного странно — они не были похожи на возгласы удовольствия, а скорее на сдавленные всхлипы невыносимой боли.

Мгновение Чживэй колебалась, но затем все же обернулась, чтобы посмотреть. Сквозь золотые цветы девушка увидела, как почти обнаженный мужчина сорвал розу и тыкал ею в грудь Инь-эр!

Стебель розы был покрыт крошечными шинами, красными и очаровательными. Мужчина пытался воткнуть острый конец стебля в сосок Инь-эр.

Стон девушки уже превратился в крик боли.

Фэн Чживэй внезапно вышла из своего укрытия и подошла к Инь-эр и гостю. Она, дружелюбно улыбаясь, похлопала мужчину по плечу и сказала:

— Доброе утро.

Мужчина был так увлечен своей игрой, а потому не ожидал, что кто-то поприветствует его в такой момент. Он опустил руку и обернулся.

Мелькнула белая вспышка.

Шарообразный и мягкий предмет, покрытый кровью, подлетел и приземлился на ладонь Фэн Чживэй.

На ее лице играла все та же улыбка. В одной руке она сжимала нож, сияющий холодным блеском. Другой рукой — окровавленной — очень ловко поймала отрезанную часть мошонки.

После того, как Чживэй холодным лезвием разрезала мужчине орган, в которой хранилось его семя, часть плоти отлетела в сторону.

Движения девушки были такими быстрыми и аккуратными, что мужчина почувствовал боль, только когда Фэн Чживэй уже держала часть мошонки в руке. Гость схватился за свое достоинство, подпрыгнул на месте и почти закричал.

Но Фэн Чживэй выхватила розу из рук мужчины и засунула ему в рот.

Тонкие шипы расцарапали губы, на них появились бесчисленные крошечные ранки. Мужчине стало так больно, что его глаза закатились, все тело задергалось, но он не мог издать ни звука.

Только после этого Чживэй невозмутимо сорвала несколько листиков, чтобы стереть следы крови с пальцев.

Инь-эр была слишком потрясена, чтобы говорить. Она побледнела и сделала несколько шагов назад, забыв даже прикрыться. Фэн Чживэй поправила девушке одежды, а затем сняла с талии куртизанки шелковый мешочек и положила драгоценный шарик внутрь.

После этого Фэн Чживэй качнула мешочком перед глазами мужчины.

— Ты… Ты… — тяжело выдохнул этот знатный молодой господин, дрожа от боли и страха так сильно, что оказался не в силах выдавить из себя больше ни одного слова.

— У меня все хорошо, — улыбнулась Фэн Чживэй. — А у вас, кажется, не очень.

— Ты… Я убью тебя… — Мужчина задергался, умудряясь выплевывать хриплые звуки из-за плотно сжатых зубов, каждое слово сочилось ненавистью. — Я сдеру с тебя кожу! Переломаю… все твои кости! Сотру в порошок всю твою семью… и развею ваш прах!

Фэн Чживэй проигнорировала его, наклонилась к Инь-эр и что-то прошептала. Затем снова повернулась к мужчине с неизменной улыбкой.

Ее лицо было наполнено спокойствием, а рука держала мешочек, словно цветок.

— Интересно, как отреагирует ученый Ли, когда узнает, что куртизанка оскопила его единственного внука?

Мужчина задрожал и побледнел еще сильнее, и при одной мысли о строгом дедушке ноги почти перестали его держать.

— Интересно, что другие чиновники и цензоры при дворе подумают о своем почтенном друге, который не смог должным образом воспитать собственное потомство? Его внука кастрирювали и борделе! Может быть, они лично попросят Императора вмешаться?

Молодой господин Ли остолбенел от слов Чживэй и последние краски исчезли с его лица. Мужчина был на грани потери сознания от боли, но держался, чтобы не упасть в обморок.

Улыбка Фэн Чживэй смягчилась.

Инь-эр знала только то, что этот человек — «представитель шелковых штанов»[33], но Чживэй понимала намного больше. Политические интриги в империи Тяньшэн были очень изощренными, и все важные министры принадлежали какой-нибудь фракции. Если противоборствующая сторона найдет на вас что-то компрометирующее, она будет беспощадна. Хотя девушка не знала, в какой фракции состоял ученый Ли, она понимала, что эта фракция непременно была очень могущественной. И ситуация с его внуком точно обернется большими проблемами.

Кроме того, должность ученого очень ценна. Ученый Чжуншу отвечает за поиск и приглашение лучших талантов в империи для службы при дворе. Это уже не говоря о репутации: ученым может быть только неподкупный государственный чиновник. Ему поручено вербовать на службу к Императору самых одаренных и способных людей по всей Поднебесной. Если люди узнают, что внука такого важного министра кастрировали в публичном доме, ученого обязательно снимут с должности.

Фэн Чживэй была очень довольна собой. Молодой господин Ли не казался глупцом и, несомненно, сразу понял ее слова. С дружелюбной улыбкой девушка подняла мешочек повыше и мягко сказала:

— Я не буду усложнять жизнь молодому господину, мы никому не скажем об этой грязной ситуации, если вы готовы продемонстрировать свою искренность…

— Какую… искренность? — Бледный мужчина закусил губу, пытаясь стерпеть боль.

— Честно говоря, отсутствие одной драгоценности не означает, что вы больше не мужчина, — лениво протянула Фэн Чживэй. — Я слышала, что знаменитый лекарь Сюань Юаньцин из Шаннаня происходит из семьи легендарных врачевателей. Он способен возвращать мертвых к жизни и наращивать плоть на костях. Если вы хорошо сохраните эту штучку, то кто знает, возможно, лекарь вернет ее на место, даже если она уже будет бесполезна. Но, по крайней мере, вы сможете умереть с целым телом. В нашей империи Тяньшэн запрещено хоронить неполноценные трупы, иначе это преступление перейдет на следующие девять поколений!

— Тогда… Тогда… — Молодой господин Ли рассеянно хлопал ртом, держась за пах. Крови было немного из-за быстроты и аккуратности движения Фэн Чживэй. Поэтому, хотя мужчина и испытывал жуткую боль, его жизни ничто не угрожало. У него только кружилась голова, и потому сложно было ясно понять смысл слов Чживэй.

— Я имею в виду… послушно возвращайтесь домой и уезжайте из города. Можете поехать искать известного лекаря или просто отправиться путешествовать по миру. Что бы это ни было, с этого момента вы не знаете нас, а мы никогда не встречались с вами. — Фэн Чживэй размахивала мешочком перед его лицом. — Покинув город, попросите кого-нибудь прислать письмо, я продам вам ваше сокровище обратно, чтобы сохранить репутацию вашей семьи на ближайшие сто лет и дать вам возможность сохранить целое тело после смерти. Что думаете?

Отрезать кому-то яйцо и продать его ему же обратно…

Неудачливый молодой господин Ли закатил глаза и был готов упасть в обморок, но его голова тут же прояснилась от сильной пощечины Фэн Чживэй. Лицо мужчины сохраняло мертвенную бледность. На эти два дня он не взял с собой охрану, а потому был в невыгодном положении.

Даже если получится послать людей, чтобы убить этого мальчишку, возникнет множество вопросов. В тот момент, когда Ли откроет рот и заговорит о своих яйцах, новость распространится повсюду. Тогда не только его репутация будет разрушена, но и всей семьи Ли.

Несмотря ни на что, драгоценный шарик уже был потерян. Этого нельзя было изменить. Теперь это стало его слабым местом. Как бы мужчина ни скрывал этот факт, трудно утверждать, что об этом никто никогда не узнает.

У него нет другого выбора, кроме как немедленно покинуть город, чтобы найти этого знаменитого лекаря, выкупить свое яйцо и попытаться пришить на место.

— Сколько?.. — безжизненно спросил он.

— Недорого, — дружелюбно улыбнулась Фэн Чживэй. — Всего три тысячи таэлей[34] за хлопоты.

Три тысячи серебряных таэлей было не много, но и не мало. Такое количество денег отпрыски богатых семей обычно могли потратить без необходимости спрашивать старших. Чживэй подумала, что не должна быть слишком жадной, так что названная сумма была довольно скромной.

— У меня нет… так много… с собой… — Молодой господин Ли был весь в поту и смотрел на девушку так, будто видел перед собой злого демона. — Я пошлю кого-нибудь… принести деньги завтра…

— Отнесите деньги в переулок Дунчи и положите под третий кирпич западной стены. Надеюсь, когда деньги будут у меня, я уже услышу новости о том, что вы покинули столищ: — Фэн Чживэй удовлетворенно кивнула, думая, как бы потом безопасно достать серебро. — Только никаких уловок — Спокойные глаза Чживэй под ослепительным солнцем заставили мужчину снова почувствовать себя ничтожеством. — Тот, кто происходит из обеспеченной семьи, никогда не должен идти против простых людей, как я, потому что мы, бедняки, ничего не боимся потерять, ведь у нас ничего нет.

Молодой господин Ли, весь в холодном поту, закусил губу и кивнул. Если у мужчины и были какие-то мысли, то он сразу отбрасывал их в сторону, как только видел взгляд Фэн Чживэй. Худой молодой слуга выглядел абсолютно спокойным, что бы ни делал. И такое спокойствие пугало. Что еще страшнее, так это глаза с поволокой, за которыми скрывалась какая-то неописуемая жестокость.

Хотя этот человек не представлял угрозы, молодой господин Ли был готов поверить, что если он действительно попытается отомстить, юноша утащит его с собой в могилу.

— Через три дня после того, как вы покинете город, пошлите кого-нибудь забрать эту вещичку из того же места и доставить ее вам как можно скорее. Кто знает, может быть, вы успеете. — Фэн Чживэй многозначительно улыбнулась, постукивая по мешочку. — Этот мешочек я вам подарю. Совершенно бесплатно. Два по цене одного.

— …

Девушка подозвала другого слугу, который проходил мимо, чтобы проводить молодого господина Ли в его резиденцию. Фэн Чживэй была уверена, что хоть этот богатый повеса сейчас разгневан и напуган, он не пошлет никого убить ее.

Несколькими ласковыми словами Чживэй утешила Инь-эр, которая смотрела на нее с удивленным выражением лица, и отпустила куртизанку. Фэн Чживэй осталась стоять одна около жасминового куста, глубоко погруженная в свои мысли.

Под солнечными лучами ранней весны желтокожее лицо девушки казалось прелестным, ее глаза были нежными, а взгляд, обращенный к цветам, мягким.

Фэн Чживэй с особой бережностью держала в руке тот самый мешочек.

Спустя долгое время она улыбнулась и сказала

— Надеюсь, вы достаточно насмотрелись?