Восхождение фениксов

Глава 37 С этого момента мы с тобой враги

Люди наблюдали, как со здания падали два цветка. Тысячи факелов освещали предрассветную тьму, словно множество колыхающихся звезд, взошедших среди десяти тысяч дворцовых залов. Солдаты в броне молча замерли у подножия старого темного здания, наблюдая, как два тонких тела, обнявшись, летели в воздухе, словно листья ивы, парящие между небом и землей. Огненная стрела, с которой все началось, вылетела неизвестно откуда, изогнулась в воздухе, как падающая звезда, и со свистом пронзила грудь единственного истинного дракона, наследника Сына Неба. Стрела вошла в плоть, вспыхнуло пламя, пролилась кровь, и наследник упал.

Тело его свесилось с балюстрады, голова склонилась к земле, будто он кланялся собравшимся солдатам, признавая, что всю свою жизнь был высокомерным, избалованным и посредственным.

Человек, что сидел на втором по высоте месте династии, пользовался несравненным почетом, обладал неугасающими амбициями и отчаянно боролся за то, чтобы снова подняться, несмотря ни на что, в этот день на рассвете обратился в прах.

Такая благородная кровь, и такая никчемная жалкая смерть.

На рассвете упали три человека. Неожиданно с горизонта донесся порыв ветра, разбрасывая капли дождя. Пламя факелов дрогнуло, и в этом неровном освещении собравшиеся солдаты увидели, как мелькнул небесно-голубой луч.

Человек перепрыгнул через балюстраду и пронесся к стремительно падающим фигурам, словно ветер. Все следили за ним, но никто не думал, что ему удастся кого-нибудь спасти.

Нин И сидел на коне, выражение его лица было холодным, как глубокая зимняя ночь — все шло по плану, и как только Гу Наньи спасет Фэн Чживэй, Шао Нин упадет и разобьется.

Отлично, просто отлично.

Тем временем Гу Наньи добрался до падающих людей.

Он не протянул руку и не схватил ни одного из них, а лишь слегка ударил рукавом по воздуху.

Густой туман вдруг заслонил предрассветную тьму, и пустое небо показалось прохладным садом, Гу Наньи упал, прямой как стрела, словно безмятежный бессмертный, летящий с ветром сквозь облака, туман, вылетевший из его рукава, подхватил мужчину.

Зрители не отрывали от него взглядов, их сердца учащенно забились в изумлении.

Взмах рукава разделил Фэн Чживэй и Шао Нин, позволив Гу Наньи протянуть руку и ткнуть пальцем в грудь Чживэй.

Свободное падение девушки внезапно сделало ее тело легче, конечности и кости расслабились, когда воздух, казалось, покинул легкие. Ци, дремлющая в ее геле, проснулась, и падение замедлилось.

Шао Нин отлетела в сторону под странным углом и продолжила падать. Гу Наньи махнул в ее направлении ладонью вниз, и Шао Нин по длинной дуге пролетела по небу прямо в толпу поджидающих стражников, где опытный мастер тут же подпрыгнул и поймал девушку.

Пока принцессу спасали, Гу Наньи схватил Фэн Чживэй за руку, и они мягко опустились на землю, не медленно и не быстро. Хотя на вид они оба были мужчинами, сердца наблюдавших дрогнули от красоты, когда двое элегантно опустились и мягко коснулись земли, тем самым завершая эту захватывающую демонстрацию боевых искусств.

Все произошло за мгновение, и большинство людей только заметили, как принцессу Шао Нин оттолкнули и поймали, в то время как Гу Наньи спас Фэн Чживэй. Все прочее осталось за пределами их внимания. Эти люди были бы совершенно не в состоянии понять деликатное взаимодействие пальца Гу Наньи и груди Чживэй, а также то, что произошло после. Тонкое равновесие, на котором покоилась вся цепь событий, осталось ими не замечено.

Но, конечно же, Нин И был одним из тех, кто увидел абсолютно все.

Его взгляд метнулся к крыше здания, где мелькнул и исчез край черного халата.

Только что, когда Шао Нин отбросило в сторону, этот человек, сидящий на крыше, использовал свою ци, чтобы скорректировать толчок Гу Наньи в правильном направлении, дабы принцесса приземлилась в безопасное место.

Кем он был? Человеком наследного принца? Но зачем ему помогать Гу Наньи?

Он продолжал смотреть вверх на небеса, пока обдумывал эту странную череду событий, намеренно не глядя на приземлившуюся парочку и их сцепленные руки.

Он не хотел смотреть на Фэн Чживэй.

На вид принц казался совершенно спокойным, и никто не мог заметить его потрясения, его израненного сердца.

Страх при виде падения девушки, затем тревога, когда она защитила Шао Нин, и, наконец, приливная волна гнева, поднявшаяся с неутолимым отчаянием.

Их разговор, когда они стояли перед пагодой Тяньбо, все еще звучал в его ушах, но не прошло и полдня, как она предала его.

Чживэй всегда была такой: носила маску нежности, но одним своим движением отбрасывала все обещания под девятью Небесами. Всегда морочила ему голову своей очаровательной улыбкой, пока наставляла на него нож.

А он — как долго он еще будет таким мягкосердечным?

Когда он остановится? Когда? Зачем сохранять эту слабость, которая всегда низвергала его разум в разрушительную бездну?

В прежние времена Нин И еще мог сказать себе, что нелюбимому принцу не нужно слишком много думать, но теперь? Теперь он встал на другой путь, и перед ним развернулась кровавая междоусобная борьба, а на его плечах лежали судьбы тысяч и тысяч жизней. Он не мог позволить себе и капли этой мягкосердечности или колебания.

Сколько бы человек ни думал и на сколько шагов ни отступал, никто не мог бороться с судьбой, уготованной Небесами.

Вэй Чжи, Фэн Чживэй.

Ты и я, с сегодняшнего дня… враги.

Фэн Чживэй повернулась и посмотрела на Нин И. Мужчина сидел вдалеке в седле гордой и высокой лошади, а за ним стройным рядом тянулись тысячи солдат в броне. Все небо и земля были перед его глазами, кроме нее.

Девушка молча смотрела на него, а затем, наконец, глубоко и протяжно вздохнула.

Некоторые вещи произошли не по ее желанию, и Чживэй понятия не имела, как могла им противостоять. Судьба была неумолима и, казалось, заставляла ее на каждом шагу выступать против Нин И.

Она не собиралась объясняться.

Объяснения были бесполезны. Когда Чживэй обняла Шао Нин, падая с балкона, принц в этот момент подстегнул лошадь, чтобы засвидетельствовать падение, воля Небес уже была исполнена.

До сих пор не оправившийся от потрясения генерал армии Юйлинь вышел вперед, не прекращая благодарить Фэн Чживэй и Гу Наньи. Его Императорское Величество уже был на пути во дворец. Когда генерал услышал, что принцесса Шао Нин спасена ученым Вэем, он подумал, что этот министр определенно будет вознагражден и поэтому сейчас самое решающее время для налаживания отношений.

Пока генерал играл в политику, к ним подбежала Шао Нин, с растрепанными волосами и без одной туфли. Она смеялась и плакала одновременно и на виду у всех схватила Фэн Чживэй и прижалась к ней, громко крича-.

— Вэй Чжи! Вэй Чжи!

Девушка не благодарила Фэн Чживэй за спасение ее жизни, и ее не заботило, что тем, кто на самом деле спас ее, была вовсе не Чживэй. Все, что делала принцесса, это цеплялась за девушку и со слезами на глазах повторяла «Вэй Чжи», словно пытаясь с помощью этого выразить все бурные эмоции своего сердца.

Телохранители могли лишь неловко отводить взгляды, закрывая глаза на столь неблагонравное поведение.

Прибывшие высокопоставленные чиновники и министры переглянулись: принцесса разыгрывала такую драму перед всеми, неужели ей наплевать на достоинство императорской семьи? Когда новость об этом распространится, чем все это закончится?

Фэн Чживэй улыбнулась и мягко отстранила Шао Нин, прежде чем отступить на три шага и поклониться.

— Ваше Высочество, — начала девушка спокойно и искренне, — этот младший министр был неосторожен, когда его толкнули, и принцесса тоже упала. Все это вина этого презренного слуги. Ваше Высочество, прошу вас назначить наказание. — Чживэй снова улыбнулась. — Чудесным образом уцелев, этот младший министр взволнован так же, как и принцесса, и приносит извинения за нарушение этикета.

Смысл слов Фэн Чживэй был ясен: «Я не спасала тебя.

Я потеряла равновесие, когда наследный принц врезался в меня, и это моя вина, что ты упала. Теперь я могу рассчитывать только на то, что заслуга компенсирует наказание. А что касается твоей потери самообладания, то это не что иное, как волнение от того, что мы выжили».

И хотя Чживэй и не произнесла вслух слов о нарушении правил приличия, она верила, что принцесса все поймет.

Шао Нин в изумлении приросла к земле. Все министры вздохнули с облегчением.

Произнося это, Фэн Чживэй сделала еще шаг назад. Девушка утратила весь интерес к происходящему, и на ее лице осталась лишь равнодушная улыбка. Она отвела Гу Наньи в темный утолок, где собиралась дождаться прибытия Его Величества и вернуть военную печать Хувэй[98].

В этом уголке было тихо и пустынно, и Гу Наньи, казалось, наслаждался покоем. Он срывал травинки одну за другой и попробовал каждую, ища сладкую. Казалось, что только что произошедшее убийство и вся эта кровавая ночь его совсем не трогали.

Фэн Чживэй какое-то время смотрела на мужчину, а затем шагнула вперед, ее лицо почти коснулось его вуали.

— Скажи мне, кто ты на самом деле такой?