Восхождение фениксов

Глава 40 Выстрел из-за угла

Двое спокойно делили чайник вина в темной комнате, но слова их были острее лезвия.

Отблеск свечи, отражающийся от золотой шпильки в волосах молодой девушки, напоминал сияние меча, а ее глаза казались парой горящих огней.

— Помоги мне убить его! — повторила она твердо и яростно. — Принц Чу хитер, он бедствие для страны! Ты ведь уже обидел его, он точно не оставит тебя в живых. Вместо того чтобы оказаться загнанным в угол и покорно ждать своей смерти, начни работать на меня, чтобы искоренить это зло!

Фэн Чживэй посмотрела в лицо молодой девушки. Ее глаза сияли с зеркальной ясностью, которая, казалось, отражала малейшие пылинки, парящие в воздухе. Эта пара глаз была единственной частью тела, которая ей не подходила…

Через мгновение Фэн Чживэй осторожно высвободила свою руку из хватки принцессы и слегка улыбнулась в ответ.

— Ваше Высочество, я не понимаю, о чем вы говорите.

— Все ты понимаешь, — сказала Шао Нин. Закончив свою пылкую речь, принцесса быстро успокоилась и собралась. — Ты знаешь, что он сделал, и понимаешь, что он замышляет против тебя. Ты понимаешь, и поэтому ты должен послушаться меня.

Фэн Чживэй помолчала, прежде чем заговорить:

— Ваше Высочество, он ваш старший брат.

— У меня был только один старший брат, — отозвалась Шао Нин, наливая себе чашу вина и быстро ее опустошая. — Мы вышли из одной утробы, и он был на двенадцать лет старше меня. Наша мать рано ушла из жизни, и когда я плакала всю ночь, одна в своем дворце, он пришел, чтобы забрать меня к себе, и всю ночь охранял мой сон. Когда я заболела, он отложил государственные дела, чтобы позаботиться обо мне, и был наказан за это отцом-императором. Когда я хотела покинуть дворец, чтобы погулять по городу, он помог мне с прикрытием и взял на себя ответственность, когда что-то пошло не так. Я мечтала о свободе Академии Цинмин, и он провел много месяцев, уговаривая отца, и потратил много усилий, чтобы Десятый брат сопровождал меня. Все люди в мире говорят, что он был легкомысленным и посредственным и не должен был стать наследным принцем, но был он хорошим наследным принцем или нет, неважно, потому что он был моим единственным и неповторимым, самым лучшим старшим братом. Моим старшим братом. — Лицо Шао Нин раскраснелось, и она уронила чашу на стол, расплескав немного вина, капли попали ей на тыльную сторону ладони. Девушка поднесла руку ко рту и слизнула жидкость, ее белоснежная рука контрастировала с темной радужкой глаз, Он умер у меня на глазах, его грудь пронзили насквозь, и после его смерти не спаслись даже его потомки, и он не смог упокоиться в императорской усыпальнице. Неужели рождение в императорской семье действительно обрекает нас на этот жалкий конец?

Фэн Чживэй закрыла глаза и мысленным взором почти увидела кровавое пламя, вспыхивающее перед ней.

— Я отказалась помочь ему отравить отца-императора, но я не откажусь от мести, — несчастно улыбнулась Шао Нин. — Вэй Чжи, если даже я понимаю, как он умер из-за всех этих уловок Нин И, как ты можешь этого не понимать? Или ты действительно думаешь, что я легкомысленная и невежественная и что моя так называемая месть — это просто детская истерика?

Фэн Чживэй молчала. Хорошо это или плохо, однако, принцесса наконец поумнела, но с растущей властью принца Чу по всей стране даже спрятаться от него сложно, а она хотела его спровоцировать? Хочешь искать смерти, пожалуйста, но зачем втягивать Чживэй…

— Я самая любимая принцесса империи Тяньшэн, и этот титул не просто пустые слова, — холодно рассмеялась Шао Нин. — Мне даже предоставили трех личных телохранителей, и в то время как у обычного принца всего три тысячи стражников, у меня их десять тысяч, и все они отборные гвардейцы из армии Юйлинь. Отец-император следовал древним обрядам и подарил мне один из самых богатых и плодородных уездов Хэцзя в провинции Цзянхуай, и к тому же… отец-император постарел, и в последние годы при общении со мной он не избегал табуированных тем и разрешал присутствовать на совете.

Хотя первые несколько вещей, о которых упомянула принцесса, не имели большого значения, Фэн Чживэй подняла брови на последнем предложении. Девушка никогда не думала, что Император Тяньшэн настолько избалует свою дочь — неудивительно, что Нин И считал, что должен убить ее.

Фэн Чживэй сделала паузу, прежде чем ответить со всей искренностью:

— Ваше Высочество, эти вопросы не должны касаться ушей этого младшего министра. Как бы то ни было, вы и принц Чу оба являетесь плотью и кровью Императора, и если живущие под одной крышей начнут размахивать копьями[104], у Его Величества будет болеть душа.

— А разве у него уже не болит душа? — Шао Нин бросила странный взгляд. — Ты говоришь, одна плоть и кровь, и я тоже так думала раньше, но Нин И вряд ли берет это в расчет. То, что он сделал…

Фэн Чживэй повернула голову и посмотрела на Шао Нин, но принцесса закрыла рот, на ее лице отразилась неловкость.

— Вэй Чжи, я хочу, чтобы ты помог мне, и я также хочу помочь защитить твою жизнь. — Шао Нин снова взяла Фэн Чживэй за руку. — Ты уже в опасности.

— Принцесса, но разве вы не в такой же ситуации? — Фэн Чживэй долго смотрела в свою чашу с вином, прежде чем улыбнуться Шао Нин. — Вы рискнули покинуть императорский дворец, но в эти тревожные времена опасность по-прежнему таится за каждым углом. Разве вы не слышали, что остатки сторонников наследного принца до сих пор прячутся по всему городу? Пока продолжается охота на них, даже если случится что-то ужасное, найти виновных будет невозможно.

— Этого не произойдет. — Выражение лица Шао Нин изменилось. — Я привела с собой много охраны…

— Эти стражники… им можно доверять?

Лицо Шао Нин побледнело, и как только она открыла рот, свеча на столе внезапно задрожала.

Стена за спиной девушки бесшумно раскололась, и наконечник копья рванулся вперед, как ядовитая змея, направляясь прямо в спину Шао Нин!

Копье двигалось слишком быстро, чтобы успеть предупредить принцессу, — сверкнуло, как вспышка молнии, и почти сразу же, как появилось через отверстие в стене, оно оказалось в доле мгновения от спины Шао Нин.

Рука Фэн Чживэй плавно выскользнула из хватки принцессы, ее пальцы вцепились в рукав Шао Нин, и девушка сильно дернула принцессу на себя.

Шао Нин потянуло вперед, ее лицо тяжело впечаталось в тарелку с фруктами, стоящую на столе, вжимаясь в последние ломтики персика и разбрызгивая фруктовый сок во все стороны.

Острие пролетело над головой Шао Нин, порыв ветра погасил свечу. Металлический наконечник сиял холодным светом в темноте и, словно молния, безостановочно стремящаяся удариться о землю, направился в лицо Фэн Чживэй.

В мгновение ока та откинулась назад, острие копья почти коснулось ее носа, наполнив ноздри леденящим привкусом металла и крови.

За пределами комнаты разразилась какофония звуков: люди дрались друг с другом, шелестела одежда, Гу Наньи до сих пор не появился, видимо, сойдясь в бою с другим мастером боевых искусств, чьи навыки были такими же выдающимися, как и у человека, бросившего копье.

Кто-то был полон решимости сделать этот павильон местом погребения их обеих.

Весь свет погас, и воздух наполнился сладким ароматом персика. Наконечник копья дрожал, как кровожадная ядовитая змея, ищущая свою добычу.

В комнату ворвался темный силуэт, и голос телохранителя тихо позвал:

— Принцесса! Принцесса! Вы в порядке?

Шао Нин вздохнула с облегчением и собиралась ответить, но ее рот неожиданно закрыла чья-то холодная рука. Ладонь была гладкой и обладала легким ароматом. Когда глаза Шао Нин распахнулись от потрясения, в ее голове промелькнула странная мысль, такая неуместная в этом хаосе: почему ладонь Вэй Чжи такая маленькая, такая гладкая и ароматная…

Фэн Чживэй прикрыла рот Шао Нин и тихо хмыкнула. Когда телохранитель подбежал и достиг края кана, Фэн Чживэй взмахнула рукой. Пальцы девушки метнулись вперед, как стальной коготь, схватили человека за горло и швырнули на копье.

Чвак!

Копье пронзило плоть, и кровь пролилась бурным фонтаном. Горло стражника забулькало, его потрясенные глаза вдруг вспыхнули, на мгновение отразив в зрачках выражение лица Шао Нин. Затем свет померк, как свеча рядом с ними.

Свирепое копье, которое не отступало, пока не отведает крови, наконец было удовлетворено и вылетело обратно через пробитую им дыру.

Фэн Чживэй тут же потащила за собой перепачканную в персиковом соке Шао Нин. Неожиданно в дверях она врезалась в грудь человека. Когда чистый, ясный запах наполнил ее нос, Фэн Чживэй поняла, что прибыл Гу Наньи.

— Сопроводи ее в императорский дворец! — Фэн Чживэй толкнула Шао Нин в объятия Гу Наньи. Девушка не могла допустить, чтобы Шао Нин умерла там, где она договорилась тайно встретиться с Вэй Чжи. Если принцессе суждено было умереть сегодня, то пусть сделает это где-нибудь в другом месте.

— Не пойду! — Молодой господин Гу немедленно оттолкнул Шао Нин в сторону, потянувшись вперед, чтобы схватить свою маленькую служанку Фэн.

— Веди себя хорошо и уходи. — Фэн Чживэй изобразила фальшивую улыбку на лице и отпрыгнула в сторону. — Ты должен.

— Почему? — спросил молодой господин Гу, требуя от нее причину.

— Потому что, — Фэн Чживэй положила руку ему на плечо и вытолкнула за дверь, отвечая со всей серьезностью, — ты мой человек.