Восхождение фениксов

Глава 49 Напьемся вместе

Первым очнулся Седьмой принц.

— Так, значит, Шестой брат уже вырвался вперед, — рассмеялся он, глядя на холм. — Пока мы мучились ожиданием в приемном зале, ты лаке прошел во внутренние покои.

Второй принц Нин Шэн перевел взгляд на Фэн Чживэй.

Девушка не знала, плакать ей или смеяться: вот уж действительно, Нин И вытащил дрова из-под котла[121]! Этот «дорогой друг» так удобно расположился в ее беседке, что теперь принцы точно легко подумают, будто эти двое поддерживают тайную связь.

Подумав об этом, Фэн Чживэй невольно вспомнила тот случай в темной комнате, слабый аромат цветов и теплое дыхание… лицо девушки против воли вспыхнуло, и она порадовалась тому, что в маске.

— Так, значит, Шестой принц тоже пришел. — Фэн Чживэй улыбнулась, молча подав знак своему управляющему. — Это вино «Безмятежная весенняя река» из приемного зала у нас для обычных гостей. Шестой принц явно взял его по ошибке. Позволите мне заменить его чем-то более подходящим?

На лицах принцев вокруг нее тут же отразилось облегчение — значил, Шестой брат и Вэй Чжи были не так близки, как они подумали.

— Шестой брат, тебе не следовало так поступать, — громко рассмеялся Второй принц Нин Шэн и снова нежно положил руку на плечо Фэн Чживэй. — Если ты хочешь выпить вина брата Вэя, тебе нужно сначала выяснить, где спрятано лучшее. Не стоило быть таким нетерпеливым.

Плечо Фэн Чживэй уже онемело от всех этих похлопываний, которыми ее осыпали, но девушка могла только натянуто улыбнуться и чертыхнуться про себя: «Сом ты брат Вэй!»

— Так как я в прошлый раз обидел сяо Вэя, — сказал Нин И, и его взгляд мимоходом упал на руку на плече Чживэй, — то в этот раз он спрятал все хорошее вино подальше от меня.

«Сяо Вэй?! Сам ты сяо Вэй!»

Не имея никакого желания вступать в их обмен словесными подколками, Фэн Чживэй поспешно пригласила принцев подняться в беседку, а сама позвала слуг заменить вино. «Безмятежная весенняя река» на самом деле было лучшим вином в ее поместье, и теперь ей срочно надо было найти что-то еще лучше. К счастью, за спиной девушки стоял умный и сообразительный Янь Хуайши, который тут же все организовал. Через некоторое время к беседке поднесли «Мягкое вино тысячи долин», один из лучших спиртных напитков в Дицзине, и все остальные принцы многозначительно улыбнулись Нин И.

Сам Нин И никак не отреагировал на их взгляды. Он лишь слегка отсалютовал чашей в сторону Чживэй, сказав:

— На самом деле вино «Шкатулка с жемчугом» тоже неплохое. Брат Вэй должен попробовать его в следующий раз.

— У Вашего Высочества хороший вкус. Ваша рекомендация никогда не будет неправильной, — с улыбкой ответила Фэн Чживэй.

Они обменялись взглядами и усмехнулись.

Как Чживэй и подозревала: у принца Чу действительно были шпионы в поместье Цю, и кто-то из них занимал не самое низкое положение. Развлекая гостей, Фэн Чживэй размышляла об этом. Во внутренний двор госпожи Цю не мог зайти обычный слуга. Раскрывая своего шпиона, Нин И явно предупреждал ее, что все ее действия находятся под его контролем и что она должна вести себя осмотрительнее.

Фэн Чживэй никогда не думала, что сможет скрыться от Нин И. Можно сказать, что у каждого из них были свои рычаги давления, и поэтому оба будут действовать осторожнее. Хотя девушка, конечно, была слабой стороной, так что очевидно, что она не будет поступать опрометчиво.

На самом деле она честный человек.

— Десятый брат тоже пришел со мной, — улыбка продолжала играть на губах Нин И, — но он быстро напился. Он из тех, про кого говорят: «Хватит и одной чаши». Поэтому я попросил отвести его куда-нибудь отдохнуть. Надеюсь, ты не возражаешь?

— Конечно нет, конечно нет, — очаровательно улыбнулась Фэн Чживэй, принимая вид великодушного хозяина.

— У нас есть вино, и людей хватает, как насчет того, чтобы сьпрать один кон состязания в стихах? — предложил Седьмой принц.

— Пусть темой будет горячее и холодное. По четыре строчки на кон. Первые три строки должны содержать хотя бы одну горячую и одну холодную вещь, а последняя строка должна заканчиваться тремя словами. Если сочинишь плохо, придется выпить три чаши в качестве наказания, — тут же подхватил Пятый принц Нин Янь.

— Пятый брат сегодня действительно в хорошем настроении! — Второй принц покосился на брата. — Строительство канала завершено?

— Я вернулся в столицу на день рождения моей матушки-наложницы, — спокойно отозвался Пятый принц, его слова были прямыми и бесхитростными.

Императрица умерла рано, и мать Пятого принца, благородная наложница Чан, будучи ее двоюродной сестрой, стала главной в императорском гареме. Клан Чан был чрезвычайно могущественным, и их сила помогла Пятому принцу избежать сурового наказания, несмотря на его участие в клевете на старейших министров.

Император Тяньшэн предпочитал поддерживать баланс политических сил, противопоставляя при дворе одну фракцию другой. Могущественная семья Чан жита в провинции Тяньнань, а единственный принц династии Тяньшэн, не принадлежащий к императорской семье, — принц Чаннин — правил соседней провинцией Сипин. Императорские советники Яо Ин и Ху Шэншань оба состояли во фракции Нин И, поэтому, чтобы уравновесить силы Шестого сына, Император тут же возвысил новых молодых министров, половина из которых служила Седьмому принцу.

Так силы уравновешивались и сдерживались, не давая фракциям одолеть друг друга. Это была основная политическая стратегия Императора Тяньшэн.

И из-за этого принцы никогда не теряли своего боевого духа, всегда копили энергию и бесконечно сражались.

— Позвольте этому младшему министру преступить границы дозволенного и начать первым, бросив кирпич, чтобы привлечь яшму, — сказала Фэн Чживэй, не желая, чтобы принцы ссорились в ее поместье. Девушка наполнила чашу вином и опустила ее вниз по реке у холма. — В холодной нефритовой чаше плещется свежесогретое вино.

Чаша остановилась около Второго принца.

— Под мостом, где поят лошадей, висит красный речной фонарик, — сказал Второй принц, торопливо сделав глоток и снова подталкивая чашу в воде.

Та подплыла к Пятому принцу, и он нахмурил брови, делая глоток.

— Снег летит в зал, пока мы ютимся вокруг жаровни, — произнес он и улыбнулся. — Я слишком упростил все для следующего человека.

Нефритовая чаша последний раз проплыла по реке и остановилась напротив Нин И. Тот просиял, его длинные брови поднялись, когда он отпил вина. А затем добавил:

— Холод обжег меня!

Все рассмеялись, а Фэн Чживэй чуть не выплюнула свое вино, недоверчиво глядя на Нин И — этот дурной человек еще и шутить умеет?

— Шестой брат, что это за фраза такая! — громко расхохотался Второй принц и толкнул Нии И. — Так не годится, пей свои три чаши в наказание!

Нин И не стал спорить и очень быстро выпил три чаши, каждый раз под аплодисменты братьев показывая дно. Фэн Чживэй улыбалась, но в ее сердце закралось подозрение.

То, что он так упрямо напивался здесь, в ее поместье, было проблемой, с какой стороны ни посмотри.

Раунды шли за раундами, каждый принц и выиграл, и проиграл. Все они немного напились, но по негласному соглашению ни один не упомянул никаких политических дел, как будто все собрались просто повеселиться в поместье Вэй.

Нин И не пил слишком много, но все равно выглядел так, будто перебрал с алкоголем. Он лениво подпер подбородок, удобно сидя со скрещенными ногами. Его нефритово-белые щеки окрасились пьяным румянцем. Темные волосы ниспадали на лицо, обрамляя полуопущенные ресницы и делая глаза еще темнее и еще сильнее подчеркивая их сходство с великолепными цветами дурмана, что распускаются в туманной ночи.

Такая ленивая грация совершенно отличалась от обычной благородной элегантности этого человека и одновременно волновала сердце и смущала других.

Чаша вновь проплыла по реке и остановилась в шаге от Нин И. Вместо того чтобы встать и поднять ее, он согнул палец и потянул чашу к себе своей ци, но потерял над ней контроль, и та пролетела по воздуху, а затем упала на Фэн Чживэй.

Недолго думая, девушка потянулась и ловко поймала чашу, но не успела она передать ее Нин И, как тот уже наклонился и допил вино из ее рук.

Шелковистые волосы мужчины скользнули по ее коже, а его теплые влажные губы коснулись ее ладони.

Фэн Чживэй замерла.

Его подбородок прижался к ее руке. Прохладное дыхание смешивалось со сладким и мягким ароматом вина, сплетаясь воедино и заставляя подумать о чем-то двусмысленном и чарующем. Нин И пил из чаши очень медленно, щекоча своим дыханием скользкую влажную ладонь девушки. Чживэй не была уверена, было ли это вино, пролившееся с его губ, или просто ее ладони вспотели.

Фэн Чживэй с трудом сдерживалась, пытаясь подавить возмущение, но в итоге только улыбнулась и сказала:

— Ваше Высочество слишком много выпили… — Она резко отодвинулась от него.

Нин И взмахнул рукой, и чаша с грохотом упала на землю. Сквозь отчетливый звон нефрита о твердую поверхность мужчина пробормотал:

— Моя очередь… В темной комнате белоснежная шея и вишневый румянец…

Эти слова как гром прогремели в сознании Фэн Чживэй, а ее лицо вспыхнуло.

— Ай-я, я действительно пьян… — сказал Нин И, наклоняясь вперед и опираясь на Чживэй с улыбкой. — Есть ли место в поместье Вэй для отдыха этого пьяницы? Пойдем, сопроводишь меня…

Нин И ухватился за девушку, опираясь всем телом. Его палец как будто случайно зацепился за ее воротник, еще чуть-чуть, и она бы стала этой героиней с «белоснежной шеей и вишневым румянцем», только при дневном свете.

Фэн Чживэй совершенно беспомощно подняла глаза и посмотрела на крышу беседки, где сидел и радостно напивался молодой господин Гу, открывший в себе любовь к вину. И даже если бы тот заметил, что происходит, и двинулся, было бы уже слишком поздно.

Чживэй стиснула зубы и помогла Нин И подняться. Извинившись перед остальными, она потащила пьяного принца Чу из беседки, чтобы найти место, где тот мог отдохнуть.

Нин И падал в ее объятья, упрямо отказываясь стоять прямо, и девушка могла только крепко сжимать его, наполовину удерживая на ногах, наполовину волоча. А тот лишь бессвязно бормотал:

— Давай сегодня спать вместе.

Когда Чживэй утаскивала принца, она смутно услышала, как Второй принц громко кричит им вслед:

— Строчка Шестого брата и правда ужасна, где там про жару, где про холод? Пей, пей!