Восхождение фениксов

Глава 5 Одна пощечина

Фэн Чживэй вздрогнула и быстро отдернула руку. Прежде чем развернуться и метнуться к окну позади себя, она схватила обжигающе горячую маньтоу и запихнула ее в рукав. Окно было низким и выходило в сад. Если бы девушка смогла вылезти в окно, то успела бы сбежать. Что бы ни случилось, она хотела оказаться как можно дальше отсюда.

Вот только Фэн Чживэй не успела.

Но не из-за того, что ее реакция была слишком медленной, а потому, что как только Фэн Чживэй двинулась, кто-то рядом с ней тоже рванулся вперед. А затем выпрыгнул в окно и упал, Чживэй даже услышала слабое «ай-я».

Знакомый голос.

Фэн Чживэй замерла.

Девушка стояла перед окном, опустив глаза, и на ее лице отражались то гнев, то беспомощность, то тревога, то ненависть.

Она глубоко вздохнула и развернулась. Двигаясь быстро и неуклонно, Фэн Чживэй вернула манкгоу обратно в кастрюлю.

Путь через окно теперь отрезан, и человек, болезненно сопящий под ним, не шевелился. Фэн Чживэй была уверена, что вор не может двигаться, а если она выпрыгнет вслед за ним, их обоих схватят. Тогда они точно не смогут выпутаться из всего этого.

На кухне поднялся ужасный шум — сбежались управляющие и поварихи из соседних комнат.

— Ты! — гневно ахнула пожилая женщина, увидев у окна Фэн Чживэй. В глазах женщины промелькнула короткая вспышка самодовольной радости.

Фэн Чживэй хотелось застонать. Эта тетушка Ань заведовала кухней и уже много лет была вдовой. Она мечтала забраться в постель управляющего Лю из-за его влияния в поместье, но тот не выносил ее сморщенного, как высохшая корка апельсина, лица. На самом деле управляющий Лю все время облизывался на молодую и красивую Фэн Чживэй, поэтому старая карга так невзлюбила девушку.

Тетушка Аль взглянула на деревянный стол и побледнела. Она бросилась вперед.

— Как ты посмела уничтожить Золотой шелковый плод, предназначенный для принцессы?!

Окно было распахнуто, пар в комнате рассеялся. Изящный нефритовый кубок был накрыт широкой серебряной крышкой, правда, теперь она оказалась опрокинута набок, и кубок тоже упал, расплескав желтоватую жидкость. На боку кубка остались отчетливые черные следы пальцев, что завершало эту безобразную картину.

Сладкий аромат повис в воздухе, и на сердце Фэн Чживэй стало тяжело. Она не знала, что это за блюдо, но оно явно было очень дорогим.

— Что же делать? Что же теперь делать?! — громко запричитала тетушка Ань. Повариха собиралась лишь немного проучить Фэн Чживэй, но понятия не имела, что та осмелилась прикоснуться к десерту для принцессы Шао Нин. Близилось время банкета, и эта ситуация обернется большими проблемами. Тетушка Ань посмотрела на девушку, и если раньше ей хотелось просто унизить Чживэй, то теперь она испытывала настоящую ненависть.

За окном раздался странный звук, словно кто-то прижался к стене, но из-за разъяренного дыхания тетушки Ань его было едва слышно. Выражение лица Фэн Чживэй стало серьезным, девушка сжала кулаки.

— Молодая госпожа Фэн… — начала повариха средних лет, стоящая рядом с тетушкой Ань, растягивая слова. Она тоже была ужасно бледной. — Второй молодой господин приложил много усилий и потратил огромную сумму, чтобы достать этот Золотой шелковый плод из Великой Юэ. Один лян[27] его стоит несколько тысяч золотых слитков. Его пропаривают и сушат на солнце по секретному рецепту девять раз. Для приготовления блюда используется пурпурный ирис с гор Сюэ и двадцать других бесценных ингредиентов. Это уже не говоря о том, что блюдо нужно готовить только на дровах из невероятно дорогого черного каменного дерева. Даже не считая того, сколько людей и усилий нужно для приготовления, все ингредиенты блюда чрезвычайно драгоценны и редки. Когда завтра принцесса попросит его, что прикажете нам подать?

Стоимость всех ингредиентов в золоте и серебре многократно превышала их вес. Фэн Чживэй натянула маску безразличия, сделала глубокий вдох и сказала:

— Я пришла сюда только для того, чтобы подогреть маньтоу. Я не прикасалась к десерту.

— Тогда кто это сделал? — Тетушка Ань холодно хмыкнула, глядя на девушку со злостью.

Фэн Чживэй снова сжала пальцы, прежде чем спокойно ответить:

— У вас на кухне так многолюдно, и вокруг блюда носилось столько людей. Кто угодно мог уронить…

Шлеп!

Резкий звук удара плоти о плоть сотряс воздух.

У Фэн Чживэй вдруг зазвенело в ушах, а лицо онемело.

Оглушение постепенно проходило, но вот щеку девушки начинала обжигать горячая волна боли. Сладкий привкус крови наполнил рот, и даже зубы свело.

Какая сильная пощечина!

Тетушка Ань застыла. Ее рука все еще висела в воздухе, словно сама она не могла поверить в то, что сделала.

Тетушка Ань этого не планировала. В конце концов, Фэн Чживэй формально была членом семьи, а из-за четких классовых различий в династии Тяньшэн оскорбление вышестоящего считалось очень серьезным преступлением. Однако сегодняшние обстоятельства выходили за рамки. Повариха и без того до тошноты волновалась из-за завтрашнего обеда, а увидев хладнокровное лицо этой маленькой дряни, так разозлилась, что ярость застила ей глаза. Женщина забыла обо всем, а когда пришла в себя, на лице Фэн Чживэй уже расцвел красный след от удара.

На кухне наступила мертвая тишина.

Время шло, и тонкая красная нить медленно побежала из уголка рта Фэн Чживэй. Ее бледное лицо выглядело несчастным, словно сорванный цветок. Все присутствующие в страхе уставились на нее.

Фэн Чживэй прикоснулась тонким пальцем к уголку рта, посмотрела на кровь и… улыбнулась.

Пучок на голове девушки развалился, и полуулыбка скрылась за черными волосами. Чживэй выглядела нежной и одновременно пугающей, и этот парадокс заставил температуру в комнате понизиться. Тетушка Ань не могла оторвать от девушки взгляда, содрогаясь от леденящего ужаса.

Женщина вдруг тоже вспомнила: хорошо это или плохо, но Фэн Чживэй все еще была молодой госпожой семьи Цю. А ее мать — настоящей дочерью клана Цю и, как поговаривали, она обладала довольно взрывным характером…

Но тетушка Ань тут же собралась с силами — она уже отвесила пощечину и не могла этого отменить. По правде сказать, эта Фэн Чживэй всегда была ловкой и хитрой, и никто никогда не мог придраться к ней, никто никогда даже не наказывал ее. Сегодня наконец представилась такая возможность, и тетушка Ань поступила справедливо, когда нанесла удар. Чживэй заслужила. Девчонка все равно никак не могла избежать обвинения в «краже подношения императорской семье». Тетушка Ань была служанкой жены генерала. Ее уважали в поместье. Ей нечего бояться, она всего лишь разок проучила дочь, позорящую семью!

Мысль мелькнула в голове тетушки Ань, и она решила, что раз уж зашла так далеко, можно спокойно идти до конца. Женщина указала на Фэн Чживэй и закричала:

— Схватите воровку, которая осмелилась украсть подношение Императору! Отведите ее к Госпоже за наказанием!