Властелин Атласа

17.

Бывали дни, когда Му пропадал с завтрака до вечерней молитвы, аль-магриб. Сначала они были слишком поглощены собственными заботами, чтобы обращать на него внимание, но его реакция встревожила их, когда Джордж однажды небрежно спросил его: «Так чем ты занимаешься все это время?»

Он опустил глаза, что-то пробормотал себе под нос и убежал.

На следующий день, когда его не было, они обыскали его постель и нашли под спальным ковриком усыпанную драгоценностями диадему и вышитую розовую туфельку.

— Где он это взял? — спросил Джордж.

— Я не эксперт, — сказал Гарри, — но это, если я не очень ошибаюсь, похоже на туфельку из гарема.

— Какого черта этот мальчишка творит?

— Не знаю. Думаю, нам стоит выяснить.

Муэдзин уже начал вечерний призыв к молитве, когда Му неспешно вернулся в их комнаты. Он увидел Джорджа, стоявшего у его кровати с туфелькой и диадемой, и тут же повернулся, чтобы бежать, но Гарри вышел из-за двери и преградил ему путь.

Гарри схватил его за ухо.

— Что ты делал, Мохаммед?

— Я ничего не делал.

— Может, ты и потрясающий вор, но лжец из тебя никудышный.

— Отпустите меня!

— Не раньше, чем скажешь, где ты это украл.

— Я не крал, я нашел!

— Просто скажи нам, где ты это нашел, Му.

— У фонтана во дворе. Кто-то, должно быть, оставил их там. Я просто подобрал.

Джордж посмотрел на Гарри.

— Думаю, нам следует сказать Здану, — начал он речь, которую они репетировали ранее. — Мы не хотим, чтобы кто-то подумал, что это мы украли.

— Как думаешь, что они с ним сделают?

— Для начала выпорют.

— Сколько ударов?

— За воровство? Не меньше тридцати.

— Думаешь, ему и руку отрубят?

— Обычно за это такое наказание, я думаю.

— Нет! Вы не должны никому говорить! Я положу их обратно! Обещаю!

— Куда обратно?

Му глубоко вздохнул. Гарри ущипнул его за ухо еще сильнее, чтобы убедить.

— В гарем!

Джордж встряхнул его за плечи.

— Ты был в гареме Амастан?

— Только один раз.

— Правду.

— Дважды.

Гарри снова ущипнул его за ухо.

— Каждый день!

— Ты с ума сошел? Зачем ты это делаешь?

— Мне нравится смотреть на красивых женщин. Я не ходил туда воровать, клянусь. Это была случайность.

— Как ты туда попадаешь?

— Хотите, я вам покажу?

— Нет!

— Не говорите никому! Послушайте, я могу вам помочь. Я знаю все о касбе, каждую дверь, каждый вход, каждый выход. Пожалуйста.

Гарри отпустил его.

— Он прав, — сказал он. — Он размером с кошку и такой же проворный. Вероятно, он может проскользнуть туда, куда мы не смогли бы.

— Ты должен перестать воровать, — сказал ему Джордж. — Ты слышишь, что я говорю?

— Вы не можете мне указывать, вы не мой отец!

— Я могу им быть! — сказал Гарри. И это было сказано, и он увидел, как в глазах мальчика забрезжила надежда.

— Вы позволите мне остаться с вами? — спросил Му. — Я обещаю, что больше не буду воровать! Я буду вашим рабом. Делать все, что вы захотите.

— Что ты умеешь, — спросил Джордж, — кроме как брать то, что тебе не принадлежит?

— Я могу носить, — сказал Му. — Я сильный. Смотрите. — Он напряг руку и сжал мышцы. — Я могу носить дрова. Разжигать костры. Я знаю, как навьючить осла, чтобы ремни не натирали и осел не заболел. Меня отец научил.

Гарри посмотрел на Джорджа и увидел неодобрение в его глазах.

— Пока можешь остаться с нами.

— Гарри, — сказал Джордж. Он перешел с арабского на английский. — Ты должен сказать ему, как есть. Нельзя давать ему ложную надежду. Он не может поехать с тобой в Англию.

Гарри кивнул, а затем сказал мальчику по-арабски:

— У тебя есть дядя, дедушка, может быть, кто-то, кто может о тебе позаботиться?

Му покачал головой.

— У меня была только сестра.

— Сестра? Что с ней случилось? — Когда он не ответил, Гарри спросил: — Она была в доме, когда пушечное ядро ударило в ворота?

Он кивнул.

Гарри поморщился.

— Еще один призрак для моих снов, — пробормотал он.

— На то была воля Божья, — сказал мальчик. — Аль-хамду ли-Ллях.

— Это наша пушка сделала его сиротой, — сказал Гарри Джорджу. — У меня есть перед ним долг. Я должен ему помочь.

— Мы сейчас и себе помочь не можем. — Гарри пожал плечами и отвернулся. — У тебя есть идея?

— Я знаю только, что мы должны попытаться выбраться отсюда. Мы можем застрять здесь бог знает на сколько и ничего не получить за свои труды. Они обращаются с нами как с рабами. Предположим, мы победим Бу Хамру, кто скажет, что этот Амастан выполнит соглашение, даст нам хотя бы те жалкие несколько сотен фунтов, которые он предлагает? Он не султан. У него нет бездонной казны. Ему будет дешевле посадить наши головы на кол, как только мы перестанем быть ему полезны.

— Отсюда нет выхода.

— Откуда мы знаем наверняка? Если мы найдем путь вниз, в долину, мы могли бы украсть двух лошадей и добраться до побережья.

— Но что мы будем делать без денег?

Они оба посмотрели на мальчика. Он увидел их взгляды и почти улыбнулся, гадая, была ли сделка заключена в его пользу.

— Ты прав, — сказал Гарри, теперь уже по-арабски. — Он может кое-что для нас сделать. Он может быть нашим вором.

— И нашим шпионом. А может, и проводником.

Му кивнул.

— Вы позволите мне остаться с вами?

Джордж посмотрел на Гарри. Гарри кивнул.

— Можешь остаться с нами, — сказал он.