Властелин Атласа

37.

Гарри открыл глаза. В черепе пульсировала тошнотворная боль, он повернулся на бок, и его вырвало. Он попытался сообразить, где он. Почему он не в своей постели, не слушает призыв муэдзина к молитве, где горы, запах ослиного навоза.

Ах да. Теперь он вспомнил.

— Он очнулся, — сказал кто-то.

Ему на мгновение показалось, что наступило утро, — все небо, казалось, пылало. Он поморщился от запаха гари и вспомнил, что они подожгли медину.

— Гарри?

Перед глазами поплыло лицо.

— Джордж?

— Он жив? — спросил другой голос. — Поразительно.

— Крови много.

— Он разбил голову о стену, когда падал.

— Что у него с рукой и предплечьями? — сказал еще кто-то. — Похоже на чуму.

— Муравьи, — пробормотал Гарри.

— Огненные муравьи? Уж лучше бы меня из пушки выстрелили. — Он узнал этот голос. Это был Здан.

— У тебя есть что-нибудь, что я могу ему дать? — спросил Джордж.

— Немного уксуса, — сказал Здан. — Того, чем мы чистим пушки. И чистую белую тряпку.

— Пропитать уксусом? — спросил Джордж.

— Нет, в рот ему засунуть, чтобы не орал, — сказал Здан. — Уж лучше пытка каленым железом, чем укусы огненных муравьев. — И он вышел.

Джордж усадил его и обмотал голову повязкой; кровь была повсюду — на рубашке, на лице, в волосах.

— Как ощущения? — спросил он.

— Сделай что-нибудь с этими укусами, а? Рука горит огнем.

— Сделаю, как сказал Здан, найду уксус. Только не чеши. Если попадет инфекция, будет намного хуже.

— Он мог убить меня, — сказал Гарри. — Бу Хамра. У него был шанс.

Один из берберов стоял в стороне и наблюдал за ним. Это был Рыжебородый.

— Ты спас мне жизнь, — сказал Гарри.

— Я был тебе должен, — ответил Рыжебородый, — из-за Идриссы. Теперь мы квиты. Больше никаких одолжений. Я найду тебе уксус.

И он вышел.