Гнев империи

Глава 16

− Шпионить всегда так скучно? − спросил Теник.

Микель стоял у окна в душной комнате многоквартирного дома в промышленном районе Лэндфолла. Чуть-чуть раздвинув занавески, он следил за входом в дом напротив, прислушиваясь к полуденному оживлению на улице. До войны этот район задыхался от дыма, тут было шумно от грохота повозок, криков и заводского гула. Теперь, когда заводы не работали, а прохожих и экипажей сильно поубавилось, здесь стало довольно тихо.

Микель оглянулся на человека, сидевшего в углу. Сменив бирюзовую униформу на коричневый хлопковый костюм и кепку, Девин-Теник стал ещё больше похож на пало. Он развалился прямо на полу, будто так ему удобнее, чем на стуле.

− Работа шпиона главным образом заключается в том, чтобы ждать, наблюдать и слушать, − ответил Микель. − Так что да, шпионить скучно.

Теник подбросил монетку, поймал и прижал к запястью. Не потрудившись глянуть на результат, опять подбросил её. Он развлекался так уже четыре часа, и Микель не знал, что лучше: придушить Теника или самому найти какое-нибудь занятие от скуки.

− Ты должен повсюду следовать за мной? − спросил Микель.

− Так задумано, − улыбнулся Теник. − Твоя золотая роза открыла третий этаж в «Шляпном магазинчике». Ты заслужил доверие Ярета и теперь являешься его домочадцем. Но ты всё равно иностранец. Ради твоей безопасности я должен быть твоим телохранителем, гидом и помощником.

− Телохранителем, а? − пробормотал Микель.

Теник не походил на солдата, но был худощав, подтянут и двигался с уверенностью человека, который умеет сражаться. Микель подозревал, что Теника приставили к нему не столько как телохранителя, сколько как охранника. Интересно, когда он заслужит полное доверие? Возможно, на это уйдут годы, а у него нет столько времени. До тех пор придётся мириться с присутствием помощника или гида.

− Что ты имел в виду, когда сказал, что я домочадец Ярета?

− Домозозяйства − это основа дайнизского общества, − объяснил Теник. − А домохозяйство вращается вокруг имени. − Он подкинул монету, поймал и показал на Микеля пальцем. − Ты теперь самый новый домочадец Ярета.

− Ярет − это имя домохозяйства?

Микель не сводил глаз с дороги и входа в здание напротив, но внимательно слушал. Он подозревал, что большую часть свободного времени в ближайшие недели проведёт, изучая общество дайнизов. Ему нужно влиться в него как можно скорее.

− Да. А! − Теник пошарил в карманах и достал карточку, которую протянул Микелю. − Это тебе. Она означает, что ты домочадец Ярета и имеешь право на защиту его Имени. Если мы разлучимся и тебе станут задавать вопросы солдаты, покажи карточку, и они отведут тебя в дом Ярета.

Микель взял карточку и повертел в руках. Очень плотная, покрытая воском и украшенная стилизованной золотой рамкой. Внизу была какая-то надпись на дайнизском, а в центре красный отпечаток большого пальца. Он сразу начал размышлять, трудно ли её подделать. Это была бы его первоочередная забота, заполучи он такую, будучи черношляпником.

− Пригодится, − сказал он.

− Да, но всё равно будь осторожен.

Микель бросил на Теника пронзительный взгляд.

− В чём?

− Помнишь Форгулу? Она из враждебного домохозяйства. Защита Ярета означает твою неприкосновенность, но на самом деле эта защита распространяется лишь в пределах власти его Имени. Форгула пыталась умыкнуть тебя и может сделать это снова, если решит, что ты достаточно ценен, чтобы разозлить Ярета.

− Имя её домохозяйства сильнее, чем Ярета?

− Её домохозяйство сильнее всех.

− И что это за дом?

− Седиаль. − Теник помрачнел. − Ка-Седиаль − наместник императора на этом континенте. Остерегайся его. Остерегайся всевидящих.

− Почему?

− Я... − Теник замешкался, словно вспомнив, что говорит с человеком, которому нельзя полностью доверять. − Просто остерегайся их. Прояви себя перед Яретом, и взамен тебя научат всему, что тебе нужно знать, чтобы стать полезным домочадцем.

Микель удивился, услышав такое предостережение от дайниза. Они казались хорошо организованными и действующими в едином порыве, он не ожидал, что среди них будут какие-то разногласия. Соперничество домохозяйств − этим можно как-то воспользоваться. Нужно побольше о них узнать.

− Люди когда-нибудь переходят в другое домохозяйство? − спросил он.

Пронизывающий взгляд Теника очень многое сказал Микелю. Наконец дайниз ответил:

− Постоянно. Браки. Сделки. Официальные ходатайства. Оба домохозяйства должны согласиться, чтобы совершить переход официально.

− А неофициально?

Теник немного смягчился и снова принялся играть монетой, словно бы беззаботно, но в его глазах появился какой-то блеск.

− Займись поисками золотой розы, которую обещал своему новому хозяину.

Микель медленно повернулся обратно к занавеске.

− Хорошо.

Несколько минут спустя Теник подошёл к Микелю и вытянул шею, чтобы выглянуть в окно. Микель посторонился.

− Как наблюдение за этим домом поможет найти человека, виновного во взрывах? − спросил Теник.

− Я думал, ты работаешь на министра свитков. − Микель отодвинулся, чтобы хорошенько рассмотреть лицо Теника.

− Ну, работаю, и что?

− И ничего не знаешь о шпионаже?

Теник негромко усмехнулся.

− Ты думаешь, что Ярет своего рода шпион?

− Это... − Микель помедлил, вспоминая разговор с Эмеральдом. − Меня навели на эту мысль. Ну, не сам шпион, а начальник над шпионами?

− Я не знаю таких слов.

Микель даже не ожидал, что Теник так хорошо говорит на адроанском и палоанском, и сейчас беседа велась на обоих языках, а также на дайнизском. Микель подумал, как объяснить на палоанском «начальника над шпионами», и остановился на «человеке, который командует теми, кто следит за врагами».

− А, понимаю, − сказал Теник. − Да, наверное, подходит. Министр свитков традиционно заведует информацией для правительства: история, данные переписей населения и тому подобное, но Ярет хотел участвовать во вторжении. Он постарался расширить свои полномочия, чтобы Седиаль не получил полного контроля над войной.

Данные переписей могут быть полезны, если в них есть имена дайнизских граждан, приехавших в Фатрасту.

− У императора нет уполномоченного начальника над шпионами?

− Думаю, есть. Но они отслеживают только угрозы самому императору. Правительственных шпионов упразднили после окончания гражданской войны, и нам понадобились какие-то новые должности, когда мы обратили взор за границу.

Микель обдумал информацию. В голове роились тысячи вопросов о только что услышанном, но он не рисковал проявлять излишнее любопытство. Вопросы нужно подбирать осторожно. Пока достаточно знать, что Ярет скорее архивариус, чем начальник над шпионами. Возможно, проницательный, но неопытный.

− А ты тогда кто? Переписчик населения?

− Нет-нет, − возразил Теник. − Я один из виночерпиев Ярета.

Слово казалось архаичным, и Микель не впервые слышал его от дайнизов. Кажется, была такая почётная должность при дворе крессианских королей.

− Я не знаю такого термина. В чём заключается твоя роль?

− У меня нет роли... и я играю все роли. − Теник развёл руки. − Виночерпий − это доверенный домочадец, который выполняет нужные для Имени поручения. У меня было много ролей. Сейчас я твой телохранитель и помощник.

− Это почётная должность?

− Очень.

− Присматривать за мной... как-то ниже твоего достоинства.

− Вовсе нет. Ты был высокопоставленным черношляпником. Твоё место в домохозяйстве ещё предстоит определить, но ты не раб. − Теник помолчал. − Нет, не то, какое слово подойдёт для низшего члена? − Он что-то произнёс на дайнизском, а потом на понятном Микелю языке: − Простолюдин? Это нужное слово?

− Кажется, я понял, что ты имеешь в виду, − сказал Микель.

− Хорошо. Кстати, ты так и не ответил на мой вопрос.

− На который?

− Как наше наблюдение поможет поймать виновного во взрывах?

Микель выбросил из головы миллиард вопросов и кивнул на здание через дорогу.

− Я кое-кого жду.

− Кого?

− Женщину по имени Хендрес. Мы недолго работали вместе после того, как началась война.

− И чем она нам полезна?

− Она знает, что я переметнулся. Держу пари, что с моим исчезновением она последние пару дней выслеживает высокопоставленных черношляпников, оставшихся в городе. Если повезёт, это окажется золотая роза, которая если не сама стоит за взрывами, то скорее всего знает виновника.

− Вы с этой Хендрес были друзьями?

Микель решил не упоминать, что одно время они были любовниками.

− Партнёрами. Мы пытались спасать семьи черношляпников от ваших облав.

− И почему ваше партнёрство прекратилось?

− Потому что я решил, что присоединиться к вам будет эффективнее.

Микелю не понравилась такая постановка вопроса, и он надеялся, что Теник поймёт это по его тону.

Тот, однако, не заметил.

− Откуда ты знаешь, что она придёт сюда?

− Я не знаю.

Увидев на лице Теника скептическое выражение, Микель продолжил:

− Хендрес не шпионка. Она была бойцом, а потом стала работать в канцелярии. Всему, что она знает о шпионаже, она научилась у меня за прошлый месяц.

− И?

− И мы работали с одним и тем же списком конспиративных квартир. Квартира в доме напротив − одна из немногих, которые мы никогда не обсуждали как запасной вариант. У Хендрес хватит ума пользоваться только теми убежищами, которые, по её мнению, вряд ли будут обыскивать. Если она не появится сегодня вечером в этом доме, завтра мы будем проверять другую квартиру.

Микель объяснил, не задумываясь, и только когда договорил, до него дошло, что он только что выдал. Он рискнул бросить быстрый взгляд на Теника, который всё так же смотрел на улицу. Микель начал было думать, что Теник не заметил оговорки, но тот спросил:

− Откуда Хендрес знает, что ты работаешь на нас?

Вопрос был задан негромко, задумчивым тоном.

Микель облизнул губы.

− Это сложно.

− Думаю, я смогу понять.

Микель ещё больше укрепился в предположении, что Теника послали присматривать за ним. Всё, чем он поделится с ним, дойдёт до ушей Ярета и может повлиять на положение Микеля. Если он будет беспечно выдавать сведения, то его недолгое пребывание у дайнизов бесславно закончится.

− Хендрес обвинила меня в шпионаже на дайнизов. Она пыталась меня убить.

− Так ты стал предателем, потому что тебя ошибочно обвинили в предательстве?

Микелю не понравилось слово «предатель». Оно не учитывало всю сложность того, каково на самом деле быть шпионом.

− Да, − ответил он.

− И с чего она решила, что ты предатель?

− На одну из наших конспиративных квартир совершили рейд дайнизы, когда я был в отлучке. Хендрес чудом сбежала, а об этой квартире знали только мы двое. − Это объяснение было достаточно близким к правде. Он подпустил в свой тон немного гнева − тоже настоящего, и цокнул языком. − Кстати, видишь ту женщину с каштановыми волосами в конце улицы?

− Вижу.

− Это она.

Микель сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. Хендрес тем временем подошла к перекрёстку в конце улицы, незаметно проверяя, нет ли западни. Язык её тела выдавал напряжение. Она несколько раз осмотрела улицу, крыши и вход в дом, прежде чем направиться к нему и войти. Видимо, до сих пор боится, что дайнизы устроят засаду, как на прошлой неделе.

− Она нас не увидела, − прокомментировал Теник.

− Она вообще не смотрела на окна. Надо бы ей этому научиться.

− Что дальше?

− Можешь не шептать, − ответил Микель. − Она не услышит, даже если ещё стоит на улице.

Щёки Теника вспыхнули. Он прочистил горло и повторил нормальным голосом:

− Что дальше?

− Теперь будем ждать.

Закатив глаза, Теник вернулся в угол и плюхнулся на пол. Снова послышался звук подбрасываемой монетки. Микель ждал и чуть не отошёл от окна, когда в конспиративной квартире Хендрес колыхнулась занавеска.

− Теперь мы знаем, где она, − сказал Микель, оглянувшись через плечо. − Можем вернуться завтра утром и подождать, пока она выйдет, а потом...

Внезапно Хендрес появилась на входе в дом.

− Вот дерьмо, забудь. Идём, живо!

Микель выбежал из комнаты и бросился по коридору, даже не проверив, следует ли за ним Теник. Поднявшись на два этажа, вылез из окна брошенной квартиры, прошёлся по карнизу и взобрался на крышу. Пересёк её и пригнулся, вглядываясь в прохожих внизу.

Вскоре он заметил Хендрес, идущую на север. Позади послышался топот, и через мгновение к нему подошёл Теник, издав какую-то тираду на дайнизском − наверняка ругательства.

− Идём, − сказал ему Микель.

Он направился к другой стороне крыши и быстро спустился по лестнице для трубочистов. Хендрес он догнал через пару кварталов и пошёл следом, держась в сотне шагов от неё и надвинув на лицо кепку. Тенику он сделал знак поступить так же.

− Когда за кем-то следишь, − тихо объяснил Микель, − нельзя подходить слишком близко, чтобы объект не заподозрил хвост, но и не слишком далеко, чтобы не потерять свою цель, когда она неизбежно завернёт за угол или зайдёт в дом.

− А что делать, если объект зашёл в дом?

− Зависит от обстоятельств. Если его нужно схватить, то убедись, что это не ловушка, а потом расставь собственную. При этом неплохо иметь с собой нескольких громил.

− А если хватать не нужно?

− Тогда жди, пока объект выйдет.

Теник простонал.

− Терпи, − сказал Микель.

Когда Хендрес остановилась на перекрёстке и оглянулась, он повернулся к витрине магазина и стал наблюдал за ней краем глаза, делая вид, что рассматривает шляпу. Как только она продолжила путь, Микель опять последовал за ней.

− Я покрасил волосы после нашей последней встречи, − пояснил он. − Вблизи такой фокус не пройдёт, но на расстоянии её можно одурачить.

− Она настолько глупа?

− Люди настолько глупы, − ответил Микель. − Ты удивишься тому, чего не заметит даже осторожный человек.

Вскоре они покинули промышленный район, миновали старый портовый рынок и руины восточного склона плато. На другой стороне бухты высился форт Ньед, весь в выбоинах и в плачевном состоянии. Оккупанты практически не проявляли к нему интереса. Хендрес перешла через реку и вдоль подножия плато направилась к северным предместьям.

Дважды она ненадолго останавливалась. Первый раз − около бара, принадлежащего осведомителю черношляпников, второй − возле незнакомого Микелю дома. Он попытался поставить себя на её место и понять, что она делает.

− Откуда мы знаем, что идём за ней в нужное место? − тихо спросил Теник, пока они ждали Хендрес возле третьего дома, в который она зашла.

− А мы и не знаем, − ответил Микель. − Либо это будет что-то очевидное, либо нам придётся взять на заметку все эти места.

− Мы пытаемся отыскать ту другую золотую розу?

− Да. Если нам повезло, Хендрес после моего исчезновения установила контакт с этой розой и приведет нас прямо к ней.

− А если не повезло?

− Если не повезло, то она заметила нас и ведёт в ловушку.

С этими словами Микель проверил карман, на месте ли кастет. На месте. Он не хотел, чтобы его поймали неподготовленным, как это случилось с Форгулой.

Он остановился на перекрёстке, чтобы переждать колонну дайнизских солдат, и приподнял кепку, приветствуя их. Теник бросил на него вопросительный взгляд.

− Сила привычки, − ответил Микель. − На людей с хорошими манерами обращают меньше внимания. Не с изысканными манерами, имей это в виду, а просто с хорошими.

Колонна прошла, и он выругался себе под нос.

− Я её не вижу, − сказал Теник.

− Я тоже. Бездна! Опусти голову и пойдём дальше. Поглядывай краем глаза направо, а я буду смотреть налево.

Они пошли дальше, мимо рядов магазинов, половина которых была заколочена. В этом жилом районе, где обитали представители низшего среднего класса, большая часть населения осталась. На двух прохожих никто не обращал внимания. Пройдя два квартала, Микель шёпотом велел Тенику повернуть назад.

Повторный обход ничего не дал.

− Должно быть, она в каком-то доме, − сказал Микель. − Но чем дольше мы будем здесь торчать, тем выше вероятность, что она выглянет в окно и увидит нас. Иди сюда.

Он направился в ближайшую пекарню и уставился на витрину, где лежал горячий хлеб только что из печи.

− Не стой столбом, − прошептал Микель. − Купи что-нибудь.

Теник пошёл к прилавку, а Микель повернулся к окну, выходящему на улицу.

− Мы такие не принимаем, − раздался громкий голос.

Микель обернулся и обнаружил, что Теник даёт пекарю дайнизский продуктовый талон. Теник открыл было рот, но Микель быстро подошёл и вручил пекарю пару фатрастанских монет, а потом поблагодарил его и вытащил Теника на улицу, где разломил хлеб пополам.

Теник хмуро посмотрел на дверь и потряс перед носом Микеля талонами.

− Они годные. Правительство приказало, чтобы их принимали в магазинах.

− Не бери в голову, − сказал Микель, удивившись возмущению Теника. − Ты похож на пало и одет как пало, поэтому с тобой будут обращаться соответственно. Это значит, что у тебя не будут принимать деньги, которые через несколько месяцев могут выйти из обращения.

− Он думает, что дайнизы проиграют войну?

У Теника был такой вид, будто он готов вернуться в пекарню. Микель взял его под руку и потащил прочь.

− Может, просто подстраховывается. Как я и сказал, не бери в голову... − Микель осёкся, заметив кого-то за плечом Теника, и понизил голос: − Не оборачивайся.

Он поднял свою половину хлеба к лицу, но не сводил глаз с улицы.

− Расслабься, − сказал он Тенику. − У тебя напряжено тело и сгорблены плечи. Так ты выдашь себя любому, кто знает, на что смотреть. Я только что увидел Хендрес за твоим левым плечом. Она вышла из переулка рядом с мастерской сапожника. Мы будем стоять, пока она не пойдёт дальше. Если я скажу повернуться, ты бросишь небрежный взгляд на афишу на стене слева от тебя. Понял?

− Да.

− Хорошо.

Микель несколько секунд наблюдал, как Хендрес разговаривала с кем-то, скрытым за углом. Он молча уговаривал их выйти на улицу, чтобы рассмотреть собеседника Хендрес, но она внезапно пошла дальше.

− Повернись! − прошипел Микель Тенику.

Они подождали, пока Хендрес прошла мимо них. Микель заставил себя дышать ровно, наблюдая краем глаза, как она заворачивает за угол. Глянув поверх плеча Теника, сделал шаг за Хендрес и замер на месте.

− Нам надо пойти за ней? − спросил Теник.

Микель не ответил. Медленно и небрежно он перевёл взгляд на переулок, где только что стояла Хендрес. Оттуда вышел мужчина, который, беззаботно дымя сигаретой, болтал с каким-то лавочником.

− Она уходит! − воскликнул Теник.

− Забудь о ней. Нам повезло. Бездна, правда повезло.

− Как?

Микель взял Теника под руку и молча повёл к ближайшему переулку.

− Куда мы идём? − спросил Теник.

− Найти место для наблюдения. Человека, с которым только что встречалась Хендрес, зовут Мархоуш. Он серебряная роза и правая рука Валя же Тура. Же Тура − приближенный к Линдет головорез, а во время фатрастанской революции он убивал кезанских солдат и мирных людей взрывами. Бьюсь об заклад, именно же Тура бросал бомбы в ваших солдат, и Мархоуш приведёт нас прямо к нему.