Гнев империи

Глава 66

Влора сидела на камне на обочине дороги, ведущей через расщелину гряды Иштари, и, негромко напевая, водила точильным камнем по шпаге. За этим импровизированным стулом лежал её аккуратно сложенный мундир, пистолет и ранец поверх небольшого свёртка. Шпагу она держала на коленях, слушая звук, который издавал точильный камень, и наблюдала за дайнизской армией, выходящей из-за холмов.

Они тянулись змеёй на несколько миль по относительно ровному участку дороги примерно в полутора милях от Влоры − колонна пехоты по шестеро в ряд. Офицеры ехали вдоль колонны верхом, горстка разведчиков − впереди. Судя по построению, дайнизы не ожидали боя и приказали людям идти ускоренным маршем, чтобы догнать меньшие силы Влоры. Выехавшие вперёд разведчики, должно быть, увидели, что её армия продолжает идти через гряду Иштари и направляется в лес.

Влора находилась в лёгком пороховом трансе − достаточном, чтобы заметить, когда разведчики увидели её. Колонна остановилась, офицеры начали совещаться, солдаты направили на неё подзорные трубы. Она переоделась в старые алые брюки, так что, наверное, они гадали, какой бездны там торчит одинокий адроанский солдат.

Интересно, сколько времени им будет стоить эта нерешительность? Разведчики поскакали на север и на юг вдоль гряды − несомненно, в поисках ловушки. Командующий этой полевой армией всё больше опасался засад Влоры.

Это вызвало у неё улыбку.

Прошло почти полчаса, прежде чем колонна возобновила движение. Дайнизы шли вперёд, приближаясь к ней с неуклонностью булыжника, который невыносимо медленно катится с горы. Хотя Влора старалась сохранять внешнее спокойствие, мышцы жаждали вступить в бой, который станет началом конца. Влора вспомнила, как сидела в театре с Таниэлем, Бо и Тамасом перед самым ожидаемым спектаклем сезона, сжимая афишу и надеясь, как это свойственно подросткам, что главный актёр посмотрит на неё во время представления.

Примерно каждую минуту Влора принимала ещё немного пороха. Каждый раз она чуть-чуть увеличивала дозу, пока все органы чувств не начали гудеть от нахлынувшей информации. Она слышала шорох крыльев каждой букашки в радиусе двух сотен ярдов, ощущала аромат каждого цветка, чувствовала кончиками пальцев самые мелкие пылинки. Ей казалось, что руки дрожат, но каждый раз, когда она поднимала их, чтобы проверить, они были непоколебимы, как сталь.

Она так сосредоточилась на топоте дайнизских сапог вдали, что не услышала шаги человека по гравию позади неё, пока он не подошёл почти вплотную. Влора слегка повернулась, хватая эфес шпаги. Может, какому-то дайнизскому убийце удалось обойти её или Олем освободился от пут и пришёл отговаривать?

− Знаешь, для самоубийства есть способы попроще.

Она посмотрела на Таниэля, который остановился перед ней.

− Разве ты не должен быть с верхушкой?

− А ты не должна?

Таниэль смотрел на приближающуюся колонну дайнизов. Они будут здесь меньше, чем через десять минут.

− У меня есть другие обязанности.

Таниэль фыркнул.

− Если бы ты сражалась одна против роты, я счёл бы тебя героиней. Но столько ты не сможешь одолеть − у тебя нет ни единого шанса. Из-за этих холмов выходит целая полевая армия, и ты их не остановишь.

− Я могу их задержать.

Несколько секунд Таниэль молчал.

− Настолько, чтобы это стало существенно?

− Я бы не сидела здесь, если бы это было не так.

− Послушай, «Штуцерникам» ещё неделю топать до побережья. Потом им придётся найти гавань и корабли, чтобы убраться с континента − если ещё есть безопасные гавани. Если ты выиграешь для них несколько часов, погоды это не сделает.

Влора начала рассматривать шпагу − нет ли на ней сколов и других изъянов. Шпага была в хорошем состоянии, если учесть, что оружие побывало в нескольких крупных битвах.

− Тебя Олем прислал?

− Никто меня не присылал. Я пронюхал о том, что происходит, и пришёл сам. Насколько я знаю, Олем по-прежнему связан, как свинья, по твоему приказу. Знаешь, он никогда тебе этого не простит.

− Я не слишком беспокоюсь на этот счёт. И да, я думаю, что несколько часов могут сделать погоду. Моим ребятам приказано бросить верхушку, если дайнизы подойдут к ним на пять миль. Если у дайнизов будут мой труп и верхушка, они прекратят свою весёленькую погоню. Северное побережье Фатрасты по-прежнему принадлежит Линдет, и дайнизы не осмелятся заходить туда слишком далеко. Они могут просто оставить «Штуцерников» в покое.

− Ты уверена, что оставят?

− Нет.

− И ты хочешь отдать жизнь за эту неуверенность?

− Да.

Таниэль безрадостно вздохнул.

− Прекрасно.

Влора ожидала, что он фыркнет и уйдёт прочь, но он стянул перчатки, обнажив красную руку, снял куртку, сложил и поместил поверх вещей Влоры.

− Какой бездны ты делаешь? − спросила она.

Таниэль не ответил. Расстегнул манжеты и воротник, потом закатал рукава.

− Помнишь, как мы познакомились?

Странный вопрос. Влора хмуро посмотрела на него. Таниэль насыпал немного пороха на тыльную сторону ладони и вдохнул его.

− Помню.

− А помнишь день, когда Тамас удочерил тебя?

Влора заставила себя вернуться на два десятилетия назад и представить себя беспризорницей, которая бродит по всем закоулкам бульвара Хруша, стараясь выжить среди равнодушия улиц и жестокости приюта. Она познакомилась с Таниэлем и Бо, а потом с господином с холодными глазами, которого потом узнала как фельдмаршала Тамаса. Влора влипла в неприятности, и Тамасу пришлось драться на дуэли с аристократом, чтобы спасти ей жизнь. Он забрал её к себе, дал ей дом и обучал как порохового мага.

− Такое трудно забыть. Это был самый ужасный и самый счастливый день в моей жизни.

Таниэль бросил на неё любопытный взгляд.

− Ты никогда не была в большем ужасе? При том, через что тебе довелось пройти?

− Тогда я не могла себя защитить. Сейчас могу.

− Это честно, − усмехнулся Таниэль. − Я не очень хорошо помню тот день, но вечер чётко отложился в моей памяти. Тамас забрал нас домой. Мы вместе поужинали, и я тогда подумал, что не видел, чтобы кто-нибудь так много ел. Ты не хотела выходить из-за стола и уснула, уткнувшись лицом в третью порцию пирога с вишнями. Тамас отнёс тебя в кровать и укрыл одеялом, а потом привёл нас с Бо посмотреть на тебя, когда ты спала. Знаешь, что он нам сказал?

Влору бросило в жар, на глаза навернулись слёзы. Она заморгала, чтобы прояснить зрение.

− Нет, не знаю.

− Он показал на тебя и сказал: «Это ваша младшая сестра. Я хочу, чтобы вы пообещали, что будете защищать её и что все трое будете присматривать друг за другом, даже когда меня не станет».

Таниэль прищурился, глядя вдаль.

− Я не всегда ладил с Тамасом, но он защищал нас троих, пока мы не могли сами о себе позаботиться. Поэтому я не брошу тебя здесь одну умирать.

Влора почувствовала, что с её лица сошла вся краска. Она встала, глядя на Таниэля.

− Не делай этого. Не вынуждай меня уйти с тобой, чтобы тебе не пришлось умирать со мной.

− Я не пытаюсь тебя вынуждать. Я выполняю обещание, которое дал отцу. − Таниэль холодно смотрел на неё. − И ты мне в этом не откажешь.

Влора снова опустилась на камень, уставившись на шпагу. Наверное, Таниэль прав. Это огромная ошибка. Она не хотела вовлекать его в свою затею теперь, когда у него есть свои близкие люди и грандиозные планы изменить мир. Она посмотрела на колонну дайнизов, начало которой уже находилось всего в нескольких сотнях ярдов.

− Бежать уже слишком поздно, − прошептала она.

− Вот именно. Каков твой план?

− Ты когда-нибудь видел, как разрезают вдоль багет, чтобы сделать сэндвич?

Таниэль вскинул брови.

− Ну?

− Я собираюсь разрезать эту колонну.

Таниэль сцепил руки за спиной, с улыбкой глядя на дорогу.

− Предлагаю идти за мной. Я немного крепче тебя.

− Вряд ли я смогу не отставать.

− Ты уж постарайся.

− Хорошо.

Влора встала, вложила шпагу в ножны и вытянула руки, расправив плечи. Разведчики выехали впереди колонны и двинулись прямиком к ней. Может, они собирались схватить её и допросить, пока колонна будет проходить мимо. Ну и прекрасно. Опустившись на колени на каменистую дорогу, она вытащила из кармана четыре пороховых заряда, зажала ладонями и подняла руки перед лицом, словно в молитве. С закрытыми глазами она слушала, как приближаются разведчики.

− Эй вы, − заговорил один на скверном адроанском. − Что вы здесь делаете?

− Я наслаждаюсь пейзажем, она молится, − ответил Таниэль на палоанском.

− Где ваша армия?

Влора различила в голосе разведчика недоумение. Она крепко сжала ладони и потёрла их, чтобы разорвать обёртку пороховых зарядов, а потом раскрыла ладони, словно книгу, и зарылась в них лицом, вдыхая как можно сильнее. Порох заполнил ноздри и рот − маленькие гранулы, похожие на электрические искорки смешались со слюной и соприкоснулись со слизистыми. Всё тело завибрировало от пороха, каждая секунда растянулась как вечность, пока магия пыталась сгладить напор ощущений.

Тамас всегда предостерегал их от передозировки пороха − как от слишком долгого пребывания в трансе, так и от слишком большой дозы за раз. Влора несколько раз заигрывала со своими границами, подходя к пропасти, за которой порох мог либо ослепить, либо просто-напросто убить. А теперь она подбежала к этому обрыву и спрыгнула с него.

Она распахнула глаза и потянулась чутьём на милю дайнизской пехоты, которая тянулась по дороге. Во всех шести рядах она подорвала по единственному пороховому заряду у каждого пехотинца. Это заняло не больше секунды, и через миг всю колонну заволокло пороховым дымом, а воздух разразился криками умирающих и сбитых с толку. Влора повернулась к Таниэлю и кивнула.

Разведчики были мертвы до того, как успели вымолвить ещё хоть слово. Таниэль пронёсся мимо них с окровавленной шпагой и врезался в голову колонны с невиданной скоростью. Он налетел на дайнизов в мгновение ока, его шпага мелькала как крылья колибри, и солдаты падали. Он шёл как некое воплощение смерти, сметающей своим серпом души про́клятых.

Понаблюдав несколько секунд его танец, Влора присоединилась к нему в этом побоище.