Гнев империи

Глава 48

Ферлиша повела Стайка с Шакалом к лагерю драгун. Добрались они перед самым восходом солнца, слишком поздно, чтобы действовать под покровом темноты. Стайк отослал разведчицу в лагерь и притаился с Шакалом в Клюке, где они весь день ждали и наблюдали.

Лагерь драгун оказался точно таким, как его описала Ферлиша: его разбили на длинном, поросшем лесом холме на самом краю Клюки. Со всех четырёх сторон холм окружали крутые скалистые утёсы высотой от десяти до пятнадцати футов. Благодаря им лагерь был надёжно защищён от любых атак, особенно кавалерийских. Легко подняться можно было только в одном месте на восточном склоне, на пологом участке шириной меньше двадцати футов, который надёжно охранялся.

Стайк и Шакал весь день слышали крики раненых и ржание лошадей, несколько раз гремели выстрелы из карабинов, когда убивали хромых животных. Драгуны явно ничуть не беспокоились о том, что Стайк узнает об их местонахождении. Меньше чем бригаде пехотинцев их оборону не прорвать, и дайнизы знали, что у Стайка нет такой огневой мощи.

Как они и предполагали, Стайк не собирался тратить время, чтобы уморить их голодом на этом холме. Дайнизы могли сидеть там, леча раненых, пока не кончатся припасы. Должно быть, засада охладила пыл командира, и Стайк вдвойне злился на Ка-Поэль за побег. Если бы не она, уланы уже шли бы к побережью.

Стайк лежал на животе в зарослях примерно в сотне ярдов от подъёма на холм, и следил, как драгуны с наступлением сумерек меняют караульных. Шакал лежал рядом и, похоже, спал, но вдруг открыл глаза и, приподнявшись на локтях, показал на холм.

− Это старый посёлок пало, − сказал он.

− А?

− Я говорил с духами. Этот холм. Когда-то здесь стояла деревня. Это было несколько столетий назад, но там остались несколько старых духов. Они сбежали из-за твоей всевидящей.

Стайк усмехнулся. Мысль, что Ка-Поэль пугает давно умерших духов, до сих пор казалась абсурдной. Но по крайней мере это доказывает, что она в самом деле здесь.

− Она ещё жива?

− Да, если верить духам. Их трудно уговорить приблизиться к ней.

− Они могут что-нибудь рассказать про холм?

− Они называли его За́мок, когда жили там. Во всяком случае, каким-то словом, которое у них означало «за́мок». Пока племя удерживало холм, их никто не мог прогнать с этой земли.

− Что же произошло?

− Пришли бруданские солдаты. Они хотели очистить Клюку, чтобы пустить туда трапперов. Отбирая Замок у пало, они потеряли половину войска. − Шакал показал пальцем на подъём к Замку. − Они пытались атаковать, но у них ничего не вышло. В итоге они приставили лестницы к самому низкому утёсу на южном склоне и одержали победу благодаря численному превосходству.

− Покажи.

Стайк и Шакал отошли под прикрытие ближайших холмов и пустились в долгий обходной путь вокруг Замка. У дайнизов было немало разведчиков, но они, видимо, сосредоточили своё внимание дальше в Клюке, на полпути между своим лагерем и лагерем уланов. Время от времени Стайку с Шакалом приходилось прятаться, но они без проблем добрались до южного склона Замка.

Здесь и в самом деле были самые низкие утёсы − десять-пятнадцать футов почти отвесной скалы. На вершине стоял на карауле один-единственный драгун с карабином в руках, вглядываясь в темнеющий лес. Стайк обошёл южный склон, затем западный в поисках лучшего места, чтобы взобраться наверх, но ничего подходящего не нашёл. Вернувшись к Шакалу, он упал на четвереньки и стал наблюдать за единственным драгуном, патрулирующим вершину невысокого утёса.

− Помнишь крепость в Новом Адопесте? − спросил Стайк.

Безмятежное лицо Шакала поморщилось, на губах появился намёк на улыбку.

− Помню.

− Я уже не такой прыткий, как когда-то. − Очень хотелось залезть на утёс и самому сделать всю работу, но Стайк сомневался, что сможет справиться без шума. Он глянул на раненую ногу Шакала. − А ты?

− Все мы теперь не такие прыткие. Но, думаю, я смогу залезть. − Шакал потрогал ногу. − На самом деле она не так плоха, как выглядит, а в Новом Адопесте было гораздо больше охраны.

Сумерки быстро сгущались. Стайк и Шакал встали и начали медленно пробираться в зарослях к самому подножию Замка, стараясь не слишком шуметь. Караульного сменили, и теперь маленький участок патрулировал другой человек с факелом в руке.

Подождав, когда караульный пройдёт, Шакал начал взбираться почти совершенно бесшумно, цепляясь за старые корни. Подъём занял меньше минуты. Шакал вылез наверх в тот момент, когда караульный возвращался. Стайк прижался к утёсу, чтобы скрыться от света факела.

Всё было тихо, как ни напрягал Стайк слух, ни хрипов, ни воплей. Через несколько секунд раздалось отчётливое «Пс-с», и Стайк начал взбираться на утёс. Наверху он обнаружил Шакала, стоящего над телом часового. Поза знаменосца была напряжённой, он походил на оленя, слишком напуганного, чтобы бежать.

− Всё хорошо? − шёпотом спросил Стайк.

Шакал толкнул тело ногой.

− Он сам себя убил.

− Что?

Шакал подошёл ближе и прошептал Стайку на ухо:

− Я наступил на ветку. Он повернулся ко мне и вместо того, чтобы закричать, достал нож и перерезал себе горло.

У Стайка волосы встали дыбом, а руки покрылись гусиной кожей. Опустившись на колени, он обнаружил, что охранник сжимает нож, ещё слегка дёргаясь в конвульсиях и истекая кровью. Стайк протянул было к нему руку, но тут же отдёрнул и наклонился, чтобы понюхать тело. Он уловил слабый запах меди.

Выпрямившись, Стайк увидел, что Шакал стоит, выставив нож и затаив дыхание, и смотрит на двух драгун футах в тридцати, которые медленно шли к ним. Стайк тоже задержал дыхание, ожидая крики.

Он достал боз-нож, приготовившись атаковать, когда они подойдут ближе, но застыл, когда они заговорили хором на идеальном адроанском.

− Полковник Стайк, вас ждут возле палатки командующей.

Шакал зарычал, оскалившись и раздувая ноздри.

− Я не видел духов за милю отсюда. Сбежали даже те, с которыми я говорил в лесу.

− Пожалуйста, − повторили драгуны. − Вас ждут возле палатки командующей.

Слова звучали механически, драгуны стояли с прямыми спинами, устремив взгляд перед собой, хотя Стайк с Шакалом находились чуть сбоку.

− Следуйте за нами.

Они одновременно развернулись и пошли в лагерь.

Держа нож наготове, Стайк взглянул на Шакала. У того глаза вылезли из орбит. Стайк никогда не видел знаменосца таким напуганным, даже перед магией избранных на поле боя.

− В жизни не видел ничего подобного, − прошептал Шакал. − Это её колдовство?

− Думаю, да, − ответил Стайк. − Или колдовство всевидящего, который хочет, чтобы мы подумали на Ка-Поэль. Но я не знал, что всевидящие способны на такой контроль.

Помедлив ещё мгновение, он двинулся за драгунами в лагерь, а Шакал неохотно поплёлся следом.

В лагере было тихо, бродили лишь горстка дайнизов и кое-где догорали костры, на которых готовили еду. Похоже, пришельцев никто не замечал. Стайк гадал, находятся ли драгуны под воздействием какой-то магии или просто настолько невнимательны к тому, что происходит в лагере. Время от времени с востока доносились крики и стоны раненых после той засады. Стайк и Шакал прошли мимо загона с тремя сотнями привязанных на ночь лошадей.

Ведущие их охранники внезапно остановились между палаток, разошлись в стороны и жестами пригласили Стайка пройти вперёд. Он оглянулся на Шакала, который по-прежнему выглядел как животное, не знающее что делать: нападать или броситься в бегство. Пожав плечами, Стайк прошёл между охранниками.

На обширном расчищенном месте стояла самая большая палатка − несомненно, принадлежащая командующей. Костёр и несколько факелов освещали жуткую картину. Две дюжины дайнизов − все с эполетами, указывающими на офицерское звание, − сидели, скрестив ноги, в два ряда по обе стороны поляны. Когда подошёл Стайк, они не подняли головы и вообще не шелохнулись. Нечеловеческая неподвижность заставляла сомневаться в том, что они живы.

Напротив палатки Стайк увидел офицера, с которой дрался, когда дайнизы устроили засаду «Бешеным уланам» несколько недель назад. Она стояла выпрямившись и сцепив руки за спиной. На лице её было то же выражение, что и у Шакала: она таращила глаза и скалила зубы, но черты казались такими же странно застывшими, как и у всех вокруг неё.

Много лет назад Стайк присутствовал при вручении подарка кезанского короля тогдашнему губернатору Редстоуна Линдет. Подарок представлял собой несколько восковых кезанских солдат в натуральную величину. Они были как настоящие, пока не начали таять на фатрастанской жаре. Сейчас перед Стайком была такая же неестественная жуткая картина.

На походном стуле сидела Ка-Поэль, развалившись как скучающая королева. Она подняла руку, приветствуя Стайка, а другую держала под подбородком, не сводя глаз с командующей.

Стайк убрал нож и жестом велел Шакалу сделать то же самое.

− Я думала, ты придёшь за мной утром.

Стайк чуть из кожи не выскочил. Слова исходили изо рта командующей, но были произнесены на превосходном адроанском и голосом, которые не мог принадлежать грубой, закалённой войной командующей драгунами. Это было нежное сопрано, тон − мягкий и слегка насмешливый. Стайк перевёл взгляд на Ка-Поэль, которая не шевелилась, разве что самодовольно ухмылялась. Он показал на офицера.

− Это ты?

Ка-Поэль кивнула.

Стайк заставил себя расслабиться. Он прошёл вдоль шеренги застывших офицеров, наклоняясь, чтобы почувствовать их лёгкое дыхание и помахать рукой перед глазами. Даже толкнул одного. Тот упал, как статуя, даже не вздрогнув, и остался лежать в той же позе со скрещёнными ногами. Под конец исследования Стайк обошёл командующую, рассматривая её покрасневшее лицо. Приглядевшись, он обнаружил, что она застыла так же, как её люди, за исключением глаз. Она смотрела прямо перед собой, но в глазах была жизнь, она явно находилась здесь, под застывшей маской.

Стайк изумился этой демонстрации силы. Ему говорили, что Ка-Поэль в разы сильнее других всевидящих, но она не обучена. Может ли вражеский всевидящий сделать такое со Стайком? Может ли она с ним такое сделать? Очевидно, что ответ на второй вопрос − «да», и по его коже побежали мурашки.

Он вспомнил, что ему рассказывал Джи-Орз, сравнивая магию всевидящих с насилием. От этой мысли и от вида застывших лиц Стайку стало не по себе.

Шакал по-прежнему стоял поодаль, и вид у него был такой, словно он не хочет иметь с этим ничего общего. Ка-Поэль не обращала на него внимания, и Стайк махнул ему рукой.

− Возвращайся в лагерь. Скажи Ибане, что здесь всё под контролем. Мы скоро придём.

Едва Стайк договорил, как Шакал исчез в темноте.

− На него не нападут? − спросил Стайк Ка-Поэль.

− Нет, − ответила она ртом командующей.

− Ты контролируешь весь лагерь?

− Не совсем. Около трети солдат. Этого достаточно, чтобы не беспокоиться.

Стайк ещё раз обошёл командующую и приблизился к Ка-Поэль. Он видел, что, несмотря на самодовольство, она встревожена. Интересно, много ли у нее опыта в контроле над людьми, которые находятся так близко?

− Мы почти до самого рассвета искали лагерь, − ответил он на её вопрос. − Я не знал, что у тебя тут всё под контролем, и не рискнул прийти днём.

Ка-Поэль поджала губы и кивнула, словно объяснение её удовлетворило.

− Я почти закончила. Скоро можно будет уходить.

Стайк наклонился к ней так, что их лица разделяло лишь несколько дюймов.

− Я хочу знать, зачем ты сюда пришла.

− За ответами, − коротко ответила она.

Его габариты нисколько её не пугали, она ответила холодным взглядом. Стайк напомнил себе, что её колдовство тоже его не пугает. Сбивает с толку − да, но он не боится и хочет, чтобы она это знала.

− За какими ответами?

Неуверенность, которую он уловил в её глазах, внезапно вышла на первый план. Ка-Поэль рассеянно нахмурилась, вглядываясь в темноту.

− За ответами, которые я могу получить только от дайнизских офицеров.

− Например?

Ка-Поэль не ответила, лишь тяжело вздохнула. Стайк отошёл от неё к командующей и спросил:

− Она ещё здесь?

− Да, здесь. И все они тоже, в разной степени.

− Я хочу с ней поговорить.

Ка-Поэль вскинула брови и пожала плечами. Внезапно на лице командующей заблестел пот. Она ещё сильнее вытаращила глаза, её лицо напряглось.

− Чего ты хочешь? − рявкнула она на дайнизском.

Стайк понял, что это её настоящий голос.

− Кто ты? − спросил он на палоанском и медленно повторил вопрос, чтобы она точно поняла.

Офицер вспотела ещё сильнее. Интересно, боролась ли она с властью Ка-Поэль, пыталась ли вырваться?

− Можешь заставить её отвечать? − спросил Стайк у Ка-Поэль, но тут же поднял руку, предупреждая её ответ. − Нет, подожди. − Он обратился к офицеру. − Мне плевать, кто ты. Скажи, почему вы идёте за мной. Неужели Ка-Седиаль решил, что людей-драконов недостаточно?

− Людей-драконов? − переспросила командующая.

− Тех, которые преследуют меня. Они разве не с вами?

Командующая с шипением выдохнула.

− Так они идут за тобой? Если бы я знала, то не утруждалась бы.

− Что ты имеешь в виду? Что ты о них знаешь?

− Только то, что Ка-Седиаль после падения Лэндфолла освободил шестерых опозоренных людей-драконов. Им дали задание убить фатрастанского офицера, чтобы искупить свою вину в глазах императора. Это всё, что мне сказали.

− Если ты не с ними, тогда кто ты?

Она снова начала потеть, переводя взгляд со Стайка на Ка-Поэль и обратно.

− Меня зовут Лин-Мерс, − сказала она негромко. − Я здесь потому, что ты убил мою сестру.

− Значит, тебе не приказывали идти за мной?

− Нет. Я приняла командование и дезертировала.

Стайк молчал. За долгие годы множество людей преследовали его из мести. Он же, как-никак, довольно успешный убийца. Но ещё никто не пренебрегал своими обязанностями с единственной целью отомстить ему.

− Каковы будут последствия? − спросил он.

− Я не смогу вернуться домой.

Голос упал до шёпота. Лин-Мерс смотрела Стайку в глаза с ненавистью, какой он никогда не видел у человеческого существа, и внезапно он искренне посочувствовал ей, что случалось с ним крайне редко. Она отдала всё ради мести. Она устроила засаду, скрещивала с ним клинки. Ей даже не единожды за последние недели удалось перехитрить его. Если бы не Ка-Поэль, она, возможно, всё равно попыталась бы его убить.

Он видел по её глазам: она понимает, что погибла. Она знала, на что способны всевидящие, и теперь наверняка знала, что Ка-Поэль − особенная. Но ненависть никуда не делась. Всё её тело дрожало от усилий обрести хоть немного контроля и напасть на человека, убившего её сестру.

Он невольно подумал, испытывал бы такие чувства к убийце собственной сестры?

− Когда я её убил?

− Она была в кавалерии, с которой ты сражался к северу от Лэндфолла.

− Это когда вы только высадились?

− Нет. После того, как ваша генерал сбежала из города. Мне рассказывали, что твой конь затоптал её как собаку.

Стайк хорошо помнил эту битву. Люди Флинт прозвали её потом битвой при Ветреной реке. «Бешеные уланы» попытались обойти врага с фланга и наткнулись на превосходящие силы противника, который делал то же самое. Битва была жестокой, но уланы одержали верх.

− В бою, − задумчиво сказал Стайк, − мы все собаки.

− Она была для меня всем, − прошептала Лин-Мерс.

Стайк с тяжёлым вздохом обошёл её и перевёл взгляд на ряды покорно сидящих солдат, находящихся под чарами Ка-Поэль. В другой жизни на месте Лин-Мерс мог быть он, а эти люди могли быть «Бешеными уланами». А Ка-Поэль могла быть на стороне дайнизов.

− Мне нужно спросить её ещё кое о чём.

Голос исходил из уст Лин-Мерс, но принадлежал Ка-Поэль.

− Она страдает, − ответил Стайк. − Она этого не заслужила.

− Мне всё равно.

− А мне нет.

Стайк резко шагнул к Лин-Мерс со спины и схватил её за волосы.

− Ты единственный командир кавалерии, которому удалось меня превзойти, − прошептал он ей на ухо, прежде чем полоснуть её по горлу боз-ножом.

Он всадил лезвие глубже, так, что металл заскрежетал по позвоночнику, и держал тело, пока кровь не залила их обоих, а конвульсии командующей не утихли. Только тогда он опустил её на землю.

Стайк немного постоял на коленях перед телом, затем взглянул на Ка-Поэль.

− Прекрати сверлить меня взглядом. Ты как ребёнок, играющий с муравьями. Или отпусти их, или позволь мне их убить.

Ка-Поэль не отводила взгляда. Стайк перешагнул через тело и подошёл к ней.

− Я точно знаю, что чудовище, но я не одобряю страдания. Можешь выведать ответы у кого-нибудь другого. Она заслужила быструю смерть. − Он было отвернулся, но тут же передумал и снова повернулся к Ка-Поэль. − Если ты владеешь такой силой, то могла бы использовать её, чтобы сохранить жизнь моим людям. Ты должна была атаковать, не дожидаясь, пока мы понесём такие потери. Разберись, кто ты, но не играй с теми, кто ниже тебя, и не растрачивай жизни моих уланов.

Наградив её последним долгим взглядом, он направился обратно в лагерь.