Гнев империи

Глава 41

Выходя из экипажа Ичтрасии, Микель держался за дверь, пока ноги не оказались на твёрдой земле. Полной уверенности в теле по-прежнему не было, даже после двух дней усиленного восстановления в особняке избранной. Похоже, лечение сработало, несмотря на сомнительное сочетание магии и хирургии, и было не так больно, чем если бы Эмеральд снова наложил швы. Впрочем, это не значило, что рана не болела совсем.

Микель смотрел на украшенный колоннами фасад Лэндфоллского городского банка. Громадное здание высотой больше шестидесяти футов, отделанное чёрным мрамором, со зловещими горгульями на декоративных карнизах. Микель слышал, что во время вторжения банк разграбили и с тех пор здание пустует.

Правда, сейчас перед банком стояли несколько экипажей, все с черно-красными занавесками нового режима. На крыше развевался дайнизский флаг, в здание входили и выходили люди. Невольно подумалось: не вылечила ли его Ичтрасия только затем, чтобы передать на пытки Ка-Седиалю? Микель глянул на кучера − одного из лакеев избранной.

− Ткулу, что я здесь делаю?

− Я лишь привёз вас куда было велено.

Лакей взмахнул поводьями и уехал прежде, чем Микель задал ему следующий вопрос.

Он два дня провёл взаперти в особняке Ичтрасии. Два дня без какой-либо информации из внешнего мира. Это было хуже, чем лежать в морге Эмеральда, хотя бы потому, что неоткуда было узнать, выжил ли кто во время взрыва, разрушившего дом Ярета, и остались ли у него союзники среди дайнизов. Ну, если не считать Ичтрасии, хотя её Микель не мог причислять к союзникам. В лучшем случае она представляла собой загадку.

После его исцеления они обменялись самое большее десятком фраз. А теперь? Его высадили перед Лэндфоллским городским банком.

− Микель!

Он обернулся и увидел, что из-за экипажа выходит Теник. Микель не смог сдержать улыбки при виде знакомого лица. Его захлестнула волна облегчения.

− Теник, я так рад, что ты жив!

− Возможно, − мрачно ответил тот. − Идём со мной.

− Что значит «возможно»?

Теник не ответил и, резко развернувшись, зашагал прочь с целеустремлённостью, которая так не вязалась с его прежней беспечностью. Удивившись такой грубости, Микель медленно двинулся за ним и, поднявшись по ступенькам старого банка, прошёл через огромные парадные двери. Хотя Микелю явно было тяжело идти, Теник не подал ему руку и не замедлил шаг. В огромном вестибюле бурлила кипучая деятельность − сновали мужчины, женщины и дети, а большая часть помещения представляла собой плохо организованный палаточный лагерь с перегородками, разделяющими вестибюль на тридцать или сорок комнат.

Теник с лёгкостью ориентировался в этой суете, и Микель с трудом поспевал. Он остановился, чтобы отдышаться, но увидел, что Теник ждёт, наблюдая за ним с такой холодностью, что Микелю стало не по себе.

Они прошли вестибюль и поднялись на два лестничных пролёта в кабинет управляющего банком. У двери стояли четыре солдата с мушкетами на плечах.

− Присмотрите за ним, − сказал Теник и проскользнул в кабинет.

Микель сразу почувствовал на себе взгляды солдат и неловко переступил с ноги на ногу. Куда он попал? Здесь что-то не так, и он никак не мог понять что.

До него дошло, как только дверь открылась и на пороге появился Теник: все тут думают, что Микель виноват в смерти Ярета. Поведение Теника и злобные взгляды охранников стали понятны, и по спине Микеля потекла струйка пота. Этот банк − плацдарм домохозяйства, где собрались все домочадцы. И главный виновник − Микель. По крайней мере, все так думают, и он не сомневался в том, кто распустил этот слух.

Теник немного постоял на пороге с озабоченным видом, явно пытаясь прочесть выражение лица Микеля. Тот, в свою очередь, мог только потеть, понимая, как он бледен и слаб на вид. Он знал, как выглядит виноватый человек, и это не сильно отличалось от человека, который пытается устоять на ногах, несмотря на физическую и эмоциональную опустошённость.

− Ладно, − сказал Теник, − входи.

Микель зашёл в кабинет, который, как он определил с первого взгляда, присвоил человек, занявший место Ярета во главе домохозяйства. На миг он задумался, как порядок преемственности влияет на имя и не канет ли Ярет в безвестность, забытый всеми и оставшийся лишь в пыльных хрониках.

Для него стало некоторым сюрпризом, когда, пройдя через вторую дверь, он увидел самого Ярета. Тот сидел за старым столом управляющего, наклонившись вперёд. Сцепив пальцы домиком и нахмурившись, он слушал, как одна из его виночерпиев что-то настойчиво объясняла. При виде Микеля Ярет поднял руку, и женщина замолчала.

Помимо Микеля, Теника и Ярета в кабинете было ещё четверо. Микель узнал в них старших лейтенантов Ярета. Он попытался определить, кого не хватает, и не смог. Неужели при взрыве бомбы никто не погиб? Его радость от этой новости и при виде живого и здорового Ярета омрачало то, что все присутствующие смотрели на него с тем же оценивающим и слегка сердитым выражением, что и охранники за дверью. Микель догадался, что предстал перед своего рода судом.

− Микель, − произнес Ярет вместо приветствия, − мы удивлены видеть тебя живым.

Микель чуть было не ляпнул, что это взаимно, но вовремя спохватился и просто кивнул.

− Мне кажется, я многое пропустил.

− Так и есть. О тебе сейчас ходит немало слухов.

Микель взглянул на Теника, но виночерпий явно не собирался помогать. Микель ощутил искру гнева и ухватился за него, чтобы устоять перед молчаливыми обвинениями. Он толком не знал что происходит, но предполагал. Он чуть не погиб, пытаясь предупредить их о бомбе, а они обернулись против него.

− Осмелюсь предположить, эти слухи связывают меня со взрывом в вашем домохозяйстве.

− А ты их отрицаешь? − спросил Теник.

Микель оглядел враждебные лица. Он уже начал думать об этих людях как о соратниках, а о Тенике как о друге. Он не заслужил такого отношения. Он слишком устал и испытывал сильную боль.

− Конечно отрицаю. Хотите, чтобы я объяснил своё отсутствие в последнюю неделю? Слушайте.

Он вкратце изложил свои приключения, начиная с обыска в доме Форгулы, потом о выстреле Хендрес, о лечении у Эмеральда. Закончил своей попыткой предупредить Ярета о бомбе и о лечении в особняке Ичтрасии. Несколько ключевых деталей, вроде имени Эмеральда и его местоположения, он опустил, но в остальном придерживался правды.

Ярет и его люди слушали не перебивая и не спуская с него глаз. Закончив, Микель вздохнул, без приглашения взял свободный стул в углу, подтащил к столу Ярета и рухнул на сидение.

− Ичтрасия спасла тебя от Форгулы? − уточнил Ярет.

Микель не ожидал, что в первую очередь его спросят об этом.

− Да. Я понятия не имею почему.

− Он ей приглянулся, − вмешался Теник, прочистив горло. − Ещё на военных играх, когда Микель проучил Форгулу.

Ярет усмехнулся, пряча улыбку, − первый признак юмора с тех пор, как Микель вошёл в кабинет.

− Трудно сказать, что может быть в голове избранных. Особенно у этой, − заметил Ярет.

Вдруг он вытащил клочок бумаги и положил на стол перед Микелем. На нём было второпях нацарапано: «Эвакуируйте домохозяйство. Бомба. Микель».

− Это, − сказал Ярет, − единственная причина, почему ты сейчас здесь, а не передан всевидящим для допроса. Благодаря этой записке мы смогли вывести всех из особняка в Канцлер-корт прежде, чем взорвались бочонки пороха в подвале. Дом был разрушен. Домохозяйство спасено.

В голосе Ярета прозвучала нотка благодарности, отчего сердце Микеля запело. Он постарался обуздать воодушевление. Он всё ещё на суде, и дело ещё может принять скверный оборот.

− Форгула напрямую обвинила тебя во взрывах в городе, − продолжал Ярет. − Она и несколько свидетелей утверждают, что ты был рядом с моим домом перед взрывом. Судя же по твоим объяснениям, а также исходя из записки и свидетельства девочки, которая её принесла, ты пытался нас предупредить.

− Да.

− Хорошо. Значит, мы оба понимаем, чего задумала Форгула. Правда, без доказательств Седиаль потребует, чтобы я передал тебя всевидящим для допроса.

Микель обвёл взглядом присутствующих. Все немного смягчились, но сохраняли настороженность. Он набрал побольше воздуха.

− Простите, сэр, но вряд ли вы понимаете, что задумала Форгула.

− Что?

Микель достал почерневший от крови листок с адресами, который забрал из дома Форгулы, и протянул Тенику. Тот, нахмурившись, рассмотрел бумагу.

− Это я нашёл среди бумаг Форгулы. Мне показалось, что это важно, поэтому я его прикарманил, но меня подстрелили прежде, чем я успел над ним поразмыслить. Больной, я не понял значения этих адресов до утра, на которое был назначен взрыв, и тогда попытался добраться до вашего дома, чтобы предупредить.

− Что это? − спросил Ярет у Теника.

Теник вскинул брови.

− Список адресов − все до единого совпадают со взрывами, в том числе с тем, который уничтожил наш дом.

− Почерк точно как в записной книжке Форгулы, − сказал Микель, стараясь не выказывать самодовольства.

Трое лейтенантов Ярета начали перешёптываться. Четвёртый ахнул. Ярет поднял руку, призывая их к тишине.

− И что?

− Я предполагаю, что Форгула спелась с Мархоушем и черношляпниками. Она заключила с ними сделку, чтобы убить как можно больше врагов Седиаля. Понятия не имею, что черношляпники получат взамен, но, судя по списку адресов, она знала заранее время и место взрывов. Бьюсь об заклад, у Мархоуша или же Тура есть такой же список.

Ярет кивнул Тенику, и тот молча вышел из кабинета. Микель открыл было рот спросить, куда пошёл Теник, но Ярет перебил его:

− Ты обвиняешь Ка-Седиаля в измене.

− Да, − ответил Микель. − Форгула исполняет поручения, и для Седиаля всё складывается слишком удачно. Не может быть, что это не по его приказам.

− Он бы осмелился? − спросил один из лейтенантов.

Ярет похлопал пальцем по подбородку, с хмурым видом уставившись куда-то в пустоту поверх плеча Микеля.

− Седиаль на многое осмеливается. Империей он бы никогда не рискнул. Если всё это правда, возможно, у него есть план по уничтожению черношляпников, как только они сослужат свою службу. Но уничтожением собственных врагов он никогда не гнушался.

− Предполагалось, что с началом войны все распри должны уйти. Предполагалось, что мы должны объединиться, − прорычал другой лейтенант.

Ярет ему не ответил. Микелю показалось, что где-то в здании раздался крик. Он попытался игнорировать звук. Теперь он был полностью уверен, что заговор существует. Это полностью вписывалось в схему, а по языку тела Ярета Микель видел, что убедить его будет нетрудно после всех доказательств, которые он перед ним выложил.

Ярет несколько минут молча размышлял, полуприкрыв глаза. Лейтенанты избегали смотреть на Микеля. Когда молчание стало почти невыносимым, открылась дверь и вернулся Теник − так же внезапно, как и ушёл. Он принёс записную книжку Форгулы. Взяв залитый кровью листок, сравнил почерки и кивнул.

− Написано одной рукой.

− А Мархоуш? − спросил Ярет.

− Он изменил свои показания.

Микель встрепенулся.

− Мархоуш здесь?

− Расскажи ему, − велел Ярет Тенику.

Теник кивнул и повернулся к Микелю.

− Мы схватили Мархоуша вечером после взрыва и передали нашим собственным допросчикам. Его история соответствовала той, что рассказала Форгула, − что ты по-прежнему преданный черношляпник и шпионишь среди дайнизов. Но я только что заходил к нему и передал то, что рассказал ты. И он сломался. Он сказал, что Форгула снабжала черношляпников припасами в обмен на то, чтобы взрывы подготавливали по адресам и датам, которые она дала. Он даже сказал, где найти копию списка, который ты нам принёс.

Микель позволил себе закрыть глаза и облегчённо вздохнуть. Когда он поднял голову, Ярет задумчиво улыбался ему.

− Я рад, что ты по-прежнему с нами, − сказал министр.

Микель проглотил чувство вины и запихнул свою настоящую сущность подальше.

− Я рад, что принёс доказательства полной лживости Форгулы. Что мы теперь будем делать? Доказательств хватит, чтобы обвинить Седиаля?

− Думаю, да, − ответил Ярет.

Теник поднял брови.

− Это будет опасно.

− Опасно или нет, − возразил Ярет, качая головой, − но Седиаля нужно призвать к ответу.

Микеля вдруг охватило неприятное предчувствие.

− Возможно, Теник прав, − сказал он.

− В чём?

− Что это очень опасно. Слишком опасно. Седиаль − человек императора, верно? И он командует войсками и избранными? Если мы пойдём на него в открытую, если попытаемся вывести на чистую воду, он нас просто растопчет. Ничего другого ему не останется.

− Он пытался меня убить, − тихо сказал Ярет. − Пытался убить моих домочадцев. Я этого так не оставлю.

− Мы этого так не оставим, − заверил Микель. − Но, кажется, я знаю, как его наказать, не вынуждая устраивать смертельное противостояние.

− Я слушаю.

Микель набрал воздуха. Идея казалась не такой ужасающей, но так Микель заимеет ещё одного очень могущественного врага.

− Когда состоится ближайшее общественное мероприятие, на котором будут присутствовать и Седиаль, и Форгула?