Душа крови и пепла

СЛИШКОМ КОРОТКИЕ МГНОВЕНИЯ

Я быстро шел по густому лесу рощи Желаний желая поскорее закончить эту встречу. Сквозь развесистые ветви сосен пробивался лишь тончайший лунный свет. Днем в лесу было достаточно тревожно, жутко тихо, если не считать далекого пронзительного крика птицы или тихого шороха какого-нибудь мелкого лесного животного. А ночью? Даже мне было не по себе. Но благодаря тому, что днем в эту часть рощи мало кто заходил, о чем я знал только благодаря тропинкам, проложенным по земле, это было одно из немногих мест во всей Масадонии, где можно было свободно говорить, не опасаясь быть подслушанным.

А от рощи Желаний до Красной Жемчужины можно было добраться за считанные минуты, если потребуется.

К ней.

— Знаешь, — начал Киеран, — я бы не стал тебя прерывать, если бы не это.

Я кивнул. Эти припасы были не совсем тем, о чем обычно думают.

— Ты слишком давно не питался, — добавил Киеран.

Его слова были похожи на зов сирены, пробуждающий дремлющего гиганта. У меня запульсировала верхняя челюсть, а в нутрии расцвела боль.

— И раз уж ты не любишь использовать тех, кто лишь частично атлантиец…

— Я знаю свои предпочтения, Киеран, — перебил я.

Холодный ветерок зашевелил ветви над головой, отправив на землю несколько иголок. И он знал, почему мне не нравится их использовать. Полуатлантийцы не привыкли питаться. Кроме того, их было гораздо легче ранить или даже хуже, и из-за Кровавой Короны я… я забрал таким образом достаточно жизней, чтобы хватило на всю жизнь. Я предпочел бы не повторять этого.

— Знаешь, чем старше ты становишься, тем больше напоминаешь наседку.

Киеран фыркнул позади меня.

— Кто-то же должен следить за тем, чтобы ты не сошел с ума.

Он сделал паузу.

— То есть больше, чем обычно.

Если бы он знал, с кем я был несколько минут назад, он бы подумал, что я достиг новых высот безумия.

И он был бы прав.

Именно так и выглядело время, проведенное с Девой. Безумие.

Свежее воспоминание о мягком теле Девы под моим подсказывало мне, что это еще не все, и я планирую сделать именно это, когда закончу здесь. Вернувшись в комнату, я немного сошел бы с ума, если Дева выполнит свое обещание дождаться моего возвращения.

А она должна была.

Я прочистил горло.

— Кто пришел?

— Эмиль, — ответил Киеран.

Я вскинул брови.

— Не ожидал.

— Да, я тоже, тем более что он не так уж хорошо знаком с Солисом. Но Нейлл не смог приехать.

Я кивнул, мне не нравилось, что кто-то из них оказался так далеко в Солисе, но все они были преданы мне. Слишком преданы.

— Ты собираешься рассказать мне, кто это был? — Спросил Киеран через мгновение.

— Не совсем понимаю, о чем ты говоришь.

Я продолжал смотреть вперед, немного удивленный тем, что он так долго не спрашивал.

— Конеееечно, — сказал он, идя впереди меня.

Я ничего не сказал.

— Если ты забыл, — сказал Киеран, поднимая низко нависшую ветку, чтобы нырнуть под нее, — я чувствую на тебе еще один запах.

Черт, я все еще чувствовал запах Девы. Я был пропитан ее сладким ароматом.

Ругаясь, я поймал ветку, которую Киеран отпустил, прежде чем она ударила меня по лицу.

— Засранец.

— Ты был не один, — сказал он, оглядываясь через плечо. — И я не узнаю этот запах.

— Ты знаешь запах каждого жителя Масадонии?

Я обошел его.

— Я знаю запахи тех, кто часто бывает в «Красной жемчужине».

Под нашими шагами хрустели опавшие иголки и ветки.

— Я так же знаю, с кем ты обычно проводишь вечера.

— Чертов волчий нюх, — пробормотал я.

Даже я могу определить различия между теми, с кем я обычно провожу ночи. Учитывая это, я должен был понять, что это не Бритта, как только Дева вошла в комнату.

Но ни за что на свете я не подумал бы, что это будет она. Не подумал бы я и о том, что у нее такой острый язык. И это меня заинтриговало.

Как и ее сочувствие ко мне, когда я говорил о потере. Она не знала меня, не знала ничего о том, что я потерял, но ее сочувствие было искренним.

— Кас.

Я остановился, напрягая затылок. С тех пор как мы оказались в Королевстве Солис, Киеран ни разу не произносил этого имени. Даже в этом лесу или в «Красной жемчужине».

— Тот факт, что ты скрываешь, с кем ты был, заставляет меня беспокоиться.

Я медленно повернулся лицом к вольвену, которого знал с рождения. Он имел право беспокоиться. Мы были связаны, но наша связь была глубже. Так было всегда. Я ничего не скрывал от Киерана. Он делился со мной всем, но я оказался в странном положении, не желая рассказывать ему о том, что и с кем я был в той комнате в «Красной жемчужине». Я не знал, почему. Я никому не доверял больше, чем ему, но это была…

Это была чертова Дева.

Еще одна пульсация затянувшегося шока прошла через меня. Если бы я до сих пор не ощущал на губах ее сладкий вкус, я бы подумал, что у меня галлюцинации ее неожиданного появления.

Я отвернулся, и плечи мои напряглись. Если я не скажу ему, он не оставит это без внимания. Встреча с теми, кто только что прибыл, затянется дольше, чем нужно, и, зная Киерана, он отправится за моей задницей обратно в «Красную жемчужину».

— Я был с Девой.

Тишина.

Абсолютная, мертвая тишина.

А у Киерана всегда был ответ, что бы я не сказал.

Мой взгляд вернулся к нему. Он уставился на меня так, словно я говорил на непонятном древнеатлантическом языке, будучи пьяным в стельку. Я изогнул бровь.

— Ты в порядке? Или я только что поджарил тебе мозги?

Киеран моргнул.

— В. Самом. Деле. Блять?

Низкий смех покинул меня.

— Да. В основном мои мысли.

— Ты ведь не разыгрываешь меня, правда?

Киеран наклонил голову.

— Ты был с настоящей Девой…

Он остановился, глубоко вдыхая. Его глаза сузились.

— Ты был очень близок с настоящей Девой?

— Я бы не сказал, что был настолько близок, — соврал я и черт его знает, почему. — Но, да, это была она.

Киеран открыл рот, потом закрыл. Он начал отворачиваться, но потом повернулся ко мне лицом.

— Ты ведь знаешь, что у меня есть вопросы по этому поводу?

Я вздохнул.

— Знаю.

— Я рискну предположить, что она была без охраны.

Я бросил на него насмешливый взгляд.

— Ты правильно предположил.

Он снова выглядел так, словно не знал, что сказать.

— Как? Почему? Что за…?

— Я предполагаю, что она улизнула, — оборвал я его. — И судя по тому, как далеко она забралась, я полагаю, что это не первый раз.

— Что, черт возьми, она делала в «Красной жемчужине»? — Спросил Киеран.

Удивление промелькнуло во мне, когда где-то над нами пронзительно закричала птица.

— Это тот вопрос, который ты собираешься задать? А не о том, почему мы стоим здесь без нее?

— О, к этому вопросу я перейду позже, а сейчас я просто пытаюсь понять, почему нетронутая Дева оказалась в приватной комнате в «Красной жемчужине», известном игорном притоне и борделе.

Она пришла в эту комнату, чтобы узнать, что такое удовольствие.

Сегодня она пришла туда, чтобы жить.

Я все еще нахожу это смелым и дерзко невинным. К тому же это было личное. Настолько интимным, что я не могла поделиться им ни с кем. Даже с Киераном.

— На это я не могу ответить, — сказал я, и глаза Киерана сузились. — Она просто вошла в комнату. Не знаю, знала ли она, что я там.

Киеран на мгновение замолчал.

— Возможно ли, что она ожидала увидеть там кого-то другого или зашла не в ту комнату?

Судя по ее неопытности, невинным и нерешительным, но очень заинтересованным ответам, я не думаю, что она хотела встретиться с кем-то конкретным. Впрочем, я мог ошибаться. В конце концов, я уже не раз ошибался в отношении Девы.

— Не знаю…

Я почесал пальцами волосы.

— Не то, чтобы о моем присутствии там многие знали.

Киеран, похоже, задумался.

— Ну, есть только пара причин, по которым она могла там оказаться, и я сомневаюсь, что она захочет рисковать, встречаясь лицом к лицу с гвардейцем. Это должно быть случайным совпадением.

Я наблюдал за ним, следя за тем, как опускаются уголки его губ.

— Вот только ты не веришь в совпадения.

— А ты веришь?

— Всегда бывает в первый раз.

Он покачал головой. Прошло еще одно мгновение.

— Почему ты не забрал ее, даже с учетом риска?

У меня на челюсти дрогнул мускул.

— Потому что, если бы я это сделал, мне пришлось бы заставить ее замолчать. Использовать внушение. А это не продлилось бы достаточно долго, чтобы вывезти ее из города.

Киеран посмотрел на меня.

— Ты говоришь слишком разумно.

Так и есть.

И в то же время нет.

Потому что это была не единственная причина.

Дело было еще и в том, что, если бы я забрал ее, она, скорее всего, восприняла бы это как некое наказание за нарушение правил общества, созданного Вознесенными, и за выход из клетки, в которой, как я уже не сомневался, она оказалась по собственной воле.

И по какой-то причине, позволяя ей испытывать эти слишком короткие мгновенья, я не хотел их портить.

По крайней мере, пока.