Сердце сокола

Глава пятнадцатая: Сеньор и сеньора Веларде

Вряд ли когда-либо дом Веларде, а тем более дом Соларов видел столь скромную свадьбу. Помимо священника и брачующихся в церкви присутствовал лишь один свидетель, однако свидетелем этим было не кто иной, как сеньор Алькон. Чтобы не смущать священника и не компрометировать молодых, он снял маску, и Кристина ничего так не хотела, как узнать, кто именно за ней скрывается. Но она дала герцогу Веларде слово, что удержится от любопытства и не окажет его другу столь дурной услуги, а потому мужественно смотрела только вперед, на алтарь, и послушно повторяла за священником слова венчальной клятвы.

На Сантьяго Веларде она смотреть почему-то опасалась.

Да, не такой Кристина представляла собственную свадьбу. У нее не было каких- то особых предпочтений, как то любимая церковь или любимый цвет платья, но вести ее к алтарю должен было отец, а встречать — близкий и самый нужный на свете мужчина.

Герцог Веларде не был ни тем ни другим.

Кристина все еще не решила, можно ли ему доверять, и не могла сказать точно, что именно заставипо ее принять его предложение. Быть может, сеньор Алькон за окном? Не мог он стать другом человеку низкому и бесчестному, а в их дружбе сомневаться не приходипось. У Кристины и раньше возникали подозрения, что они должны были знать друг друга: уж больно похожи были их цели и речи. А когда сегодня сеньор Алькон с глубокой искренностью заметил, что лучшего человека, чем Сантьяго Веларде, сеньорите Даэрон не сыскать, она в этом убедилась. Как и окончательно уверилась в том, что это все-таки разные люди.

Они почти что в полном молчании доехали до Нидо-эн-Рока, разве что сеньор Алькон изредка развлекал их воспоминаниями о произошедших в попадающихся по дороге деревушках сражениях. Герцог ехал с какой-то отстраненной величавостью и если и нарушал тишину, то лишь чтобы указать дорогу, а Кристина всякий раз в такие моменты невольно замирала. В темноте ночи ей чудился голос сеньора Алькона — того самого, с которым они отстаивали Горнасо, — именно с его стороны. Что он имел в виду, когда говорил, что пытался через нее, Кристину, образумить кузена в отношении регента Керриллара? Это сеньор Алькон в их первую встречу обратился к ней с просьбой донести до короля его точку зрения. Нпи герцог Веларде попросил друга, чтобы он попросил Кристину, чтобы она попросила его величество?.. Как-то уж очень сложно получалось.

Куда проще, наверное, убрать одну из лишних составляющих и, надев маску, самостоягельно поговорить с Кристиной. Раз уж герцог столь близко знаком с сеньором Альконом, ему наверняка не составило бы это труда. И почему-то в преддверии свадьбы с Сантьяго Веларде Кристине очень хотелось узнать, кто же именно ее спас тогда от разбойников.

— Послезавтра мне предстояло отвезти письмо инфакты ее жениху, — поглядывая на герцога, проговорила Кристина. — Теперь, боюсь, ей придется искать другого курьера.

— Это было бы наше с вами последнее путешествие! — так жестко ответил за ее спиной сеньор Алькон, что она вздрогнула. Герцог Веларде бросил на него предостерегающий взгляд, однако сеньора Алькона это не смутило. — Пусть знает, Сантьяго, чего там! Сеньорига Даэрон не из тех, кто станет падать в обморок при одном намеке на опасность. Может, еще и совет дельный даст.

Кристина ожидала, что герцог в ответ скептически хмыкнет, но он промолчал, и сеньор Алькон продолжил:

— Регент распорядился послать за вами отряд солдат. Достаточный, чтобы я не сумел справиться со всеми. А потом они обставили бы дело так, словно это я напал на вас, а солдаты уничтожили меня на месте преступления, но вас спасти уже не смогли.

Он внимательно посмотрел на нее, очевидно ожидая слов ужаса или проклятий в адрес регента, но Кристине не было страшно. Если на ее стороне были таки люди, как сеньор Алькон и сеньор Веларде, что, на самом деле, мог противопоставить им сеньор Керриллар?

Однако один момент ей показался странным.

— Но тогда получается, что регент знает о переписке инфанты с женихом? — недоуменно спросипа она, и на этом вопрос ответ получила уже от герцога.

— Он начал подозревать, что дело неладно, когда Виктория устроила истерику из-за вашей задержки в Горнасо, — с досадой сказал он. — При всех своих причудах Керриллар — неглупый человек и быстро смекнул, что дело здесь нечисто. Поверьте, сеньорита Даэрон, вы бы все рассказали его солдатам, прежде чем они позволили бы вам умереть. К них большой опыт в этом деле…

— И кто из нас ее больше пугает, Сантьяго? — оборвал его сеньор Алькон, очевидно услышав, как судорожно Кристина вздохнула. — Я знаю, что тебе не терпится свести счеты с Керрилларом, но хватит, угомонись. Придет еще наше время! Нужно только набраться терпения!

— В гробу я видел это терпение! — неожиданно с такой ненавистью отозвался герцог, какую при его вечной сдержанности невозможно было и представить. Нет, напрасно все считают его бесчувственным. Это лишь маска, которую он позволяет увидеть окружающим и которая так хорошо их обманывает. А еще Кристина со странным удовольствием услышала, как легко и непосредственно обращается к нему сеньор Алькон — и как герцог Веларде не делает даже попытки напомнить ему о субординации. А между тем в речи сеньора Алькона порой мелькают просторечные выражения, выдававшие в нем далеко не высокородное происхождение. Нет, саму Кристину не особо это волновало, но она и подумать не могла, что королевский кузен может дружить с простолюдином. И эта дружба сейчас показывала герцога Веларде совсем с другой стороны — с той, с которой Кристина его не знала.

Впрочем, сегодня оказалось, что она не знала его вовсе.

«Надеюсь, у вас больше не будет повода обвинить меня в том, что я не отличаю заботы от эгоизма», — сказала она в ответ на его обещание, что ней не придется пожалеть о своем обещании стать его женой, и герцог нежданно легко и очень тепло улыбнулся.

«Мне приятно, что вы согласились принять мою заботу», — просто и без всякого высокомерия признался он, и Кристина почувствовала, что хочет ему верить. После смерти бабушки никому даже в голову не приходило позаботиться о ней, и она почти забыла, насколько это приятно. Когда чувствуешь себя неодинокой, даже если оберегать тебя выпала доля столь странному и непредсказуемому человеку, как сеньор Сантьяго Веларде.

И Кристина только надеялась, что не ошиблась в своем решении. И совершенно необъяснимо чувствовала, что была права.

— Согласна! — кивнула она и протянула герцогу руку, на которую он должен был надеть обручальное кольцо. Позади, в полумраке, смущенно кашлянул сеньор Алькон, и Кристина вдруг поняла, что это означало. Они не готовились к этой свадьбе, а значит, не обзавелись и необходимыми принадлежностями. Герцог разбудил семейного священника Веларде, чтобы тот, несмотря на свое изумление, обвенчал их в небольшой фамильной часовне при Нидо-эн-Рока, а Кристина, кажется, еще раз поставила его в неловкое положение.

Она в замешательстве стиснула пальцы в кулак, однако герцог качнул головой и решительно снял с шеи цепочку, на которой был подвешен перстень с изумрудом. У Кристины промелькнула мысль, что наверняка это кольцо имеет какое-то особое значение для сеньора Веларде, раз он носит его на груди, а он тем временем освободил кольцо от цепочки и аккуратно надел его Кристине на палец. Потом наклонился и со странной щемящей нежностью поцеловал ей руку.

Наверное, все сумасшествие сегодняшнего дня сыграло с ней злую шутку, но Кристина ощутила неожиданное тепло от этого его поцелуя. Сердце застучало быстрее — и на этот раз вовсе не от страха. Кристина поймала взгляд герцога и, совсем уже не понимая себя, залилась краской. А он улыбнулся и успокаивающе пожал ей пальцы.

Падре Овидио начал напутственное слово, вознося благодарность Господу и Пресвятой Богородице и наставляя молодоженов на праведную, угодную Богу жизнь в любви и согласии, а Кристина вдруг вспомнила о последней части брачного ритуала — поцелуе жениха и невесты. Стало интересно, припрятан ли у сеньора Веларде какой-нибудь сюрприз и на этот случай. Паники в душе по-прежнему не было. И даже незваная фаигазия о том, как все это может произойти, не отвратила и не напугала. Лицо Сантьяго Веларде при свете церковных свечей утратило свою суровость и невозмутимость, а в серых глазах порой проскакивало чувство вины, как будто он считал себя ответственным за все те неприятности, что приключились с Кристиной, и даже в сговоре не видел полного искупления. Ничто еще не поражало ее больше, чем его признание в этой ответственности. Нет, Кристина знала, конечно, что он готов пожертвовать собой ради короля, но никогда бы не подумала, что в этой загадочной душе найдется место и для нее.

И — вот странность! — на него было очень приятно смотреть. Кристина не припомнила бы ни одного мужчины, отведя глаза от которого она испытывала бы сожаление. Даже на Рейнардо с его знойной утонченной красотой она не задерживала взгляд ни одной лишней секунды. А на Сантьяго Веларде раз за разом поглядывала исподтишка и получала от этого необъяснимое удовольствие. Она не испугалась бы его поцелуя — нет, не испугалась бы и не оттолкнула, — но падре Овидио закончил ркггуал, словно бы забыв о своей последней обязанности. Однако герцога Веларде это ничуть не удивило. Он еще раз поцеловал Кристине руку и попросил подождать его у дверей церкви.

Кристина не стала возражать: в свидетельстве о браке свою подпись должен был поставигь сеньор Алькон, а в тесной часовне не было места, откуда Кристина не разглядела бы его лицо. Да и новоявленный муж не заставил себя долго ждать, сразу на крыльце вручив Кристине какую-то бумагу.

— С вашего позволения я оставлю свидетельство у себя: на нем имя, которое Алькон пока что не желает раскрывать, — сказал он. — А взамен даю вам то самое прошение, о котором мы договаривались. Подпись и печать Веларде: мне не хочется, чтобы вы чувствовали себя в опасности в моем доме.

Кристина поблагодарила его за заботу и предусмотрительность и едва не сказала, что он напрасно беспокоится, однако начала с другого:

— Вторая охранная грамота от вас, сеньор Веларде. Его величество рассказал мне, кому я на самом деле обязана свободой своих людей, а я так и не выразила вам свою признательность.

Он поморщился, прерывая ее.

— Пустое, сеньора Веларде: я видел, что Рейнардо размяк после неприятной правды, и решил воспользоваться моментом. Надеюсь, вы не станете считать себя обязанной мне за эту незначительную услугу. Вы едва не потеряли жизнь, отстаивая то, что и так принадлежит вам по праву. А я взамен получил отличных добровольных помощников.

Кристина улыбнулась, принимая его решение. Подняла голову, глядя в ясное звездное небо. Миллиардов звезд в темном небосводе всегда было убивающе много для нее одной. Для двоих они казались уютным куполом, из-под которого не хотелось выбираться.

— «Сеньора Веларде» так странно звучит, — призналась Кристина. — Боюсь, я не сумею привыкнуть к этому имени за отведенный на то срок.

Слова о недолговечности их брака на крыльце церкви показались кощунством, и Кристина невольно сжалась, словно ее могла постигнуть немедленная кара за богохульство, и только слова герцога избавили от этого ощущения.

— Звать вас сеньоритой Даэрон в свете последних событий было бы весьма опрометчиво и необъяснимо со стороны, — резонно заметил он. — Я бы с удовольствием называл вас по имени, если вы мне это позволите. Либо можете выбрать любой приемлемый для вас вариант.

Он повел плечами, оставляя решение за ней, а Кристина почему-то подумала, что никто еще не спрашивал у нее разрешения на подобную безделицу. Просто поступал так, как ему удобно. Сантьяго Веларде поставил на первое место удобство Кристины, и это снова взволновало.

— У меня нет причин открещиваться от собственного имени, — борясь со смущением, ответила она. — Но тогда, вероятно, и я должна называть вас по имени, сеньор Веларде? Раз уж мы разыгрываем сумасбродных влюбленных, сбежавших из королевского дворца и обвенчавшихся без единственной родственной души в церкви?

Герцог усмехнулся и следом поклонился.

— Рад, что последние происшествия не лишили вас желания дерзить, Кристина, — сказал он. — Мне будет приятно слышать из ваших уст собственное имя, так что вы можете смело использовать его при любом удобном случае.

Она кивнула, потупившись, однако ответить не успела: из часовни вышел сеньор Алькон — снова в маске и с хитрой улыбкой на лице.

— Принимайте поздравления, сеньоры: если не с новой жизнью, то с удачно провернутой авантюрой, — одобрительно заявил он. — Падре остался молиться за ваше счастье, а меня просил передать, что судьбоносные решения не стоит принимать опрометью и что они требуют долгого обдумывания и взвешивания.

Герцог усмехнулся — так по-мальчишески задорно, что Кристина даже оторопела.

— Добрый падре Овидио, — проговорил он, — пожалел при невесте мое самолюбие. В другой раз я так легко не отделался бы.

— Вне всяких сомнений! — подтвердил сеньор Алькон и обратился к Кристине. — Вы не удивляйтесь, сеньора, если увидите, что у вашего новоявленного мужа одно ухо больше другого: это его падре в свое время вразумлял. Покойный-то сеньор Веларде уж больно много единственному сыну свободы давал, так падре и уравновешивал.

Кристина бросила на герцога быстрый взгляд. Ее совсем не удивило известие о том, что в детстве он был сорванцом: чувствовалась в нем эта внутренняя безбашенность, несмотря на нынешний образ. Обстоятельства заставили его измениться, но, кажется, все-таки не вытравили окончательно любовь к проказам. И Кристине это нравилось.

Как будто и не она каких-то пять часов назад считала герцога Веларде исчадием ада и ничего так не желала, как оказаться от него на другой стороне мира.

— Спасибо, что предупредили, — сказала Кристина просто потому, что должна была что-то ответить, а сама задумалась над тем, что сеньор Алькон и сеньор Веларде были не просто друзьями, а друзьями детства, иначе откуда бы первый знал о втором подобные вещи? — Полагаю, что вы свои уши не случайно прячете под маской: судя по избранному вами нынче пути лет десять назад вам доставалось от падре Овидио куда больше, чем сеньору Веларде.

Привычное имя сорвалось само: не дозрела еще Кристина до того, чтобы называть герцога Сантьяго. Впрочем, перед сеньором Альконом им и не стоило играть чужие роли.

Тот же, расхохотавшись в голос, дружески стукнул герцога по спине.

— Подобрал ты себе супругу под стать! — заявил он. — Не соскучитесь друг с другом. А я, как бы ни хотел остаться на торжественный завтрак в Нидо-эн-Рока, вынужден откланяться и вернуться на службу. А то, неровен час, Керриллар расчухается и начнет бузить. А ты не торопись! — остановил он порывающегося что-то сказать Сантьяго. — Дай сеньоре Веларде немного прийти в себя после всех нынешних событий. А я прикрою. Не впервой!

С этими словами он направился к лошади и ловко взобрался в седло. Раскланялся с Кристиной и, прежде чем тронуться в путь, кивнул на ее левую руку.

— Берегите это кольцо, сеньора, — посоветовал он. — Это соларовский перстень, он перед вами любые двери откроет. А я не могу избавиться от предчувствия, что вскоре вам это пригодится.

Не давая никому ответить, он стегнул лошадь и в пару секунд исчез в темноте. Кристина, осознав его слова, напряженно вздохнула.

— Это… кольцо вашей матери, сеньор? — глухо спросила она, понимая, что не имеет на подобную вещь никакого права. И дело было не в ее ценности и даже не в ее принадлежности королевской семье, а в памяти и том значении, что Сантьяго Веларде должен был придавать материнскому подарку. — Простите, я обязана была догадаться…

Она попыталась было вернуть ему перстень, однако он только сжал ее руку и качнул головой.

— Это обручальное кольцо нашей семьи, — объяснил он. — Никакое другое кольцо моя жена носить не может.

— Но ведь я… ненастоящая ваша жена, — пробормотала она, но Сантьяго снова покачал головой.

— Перед богом и людьми вы моя жена, Кристина, и я никому не позволю бросить на вас косой взгляд! — с пронзительной торжественностью пообещал он. — Я знаю, что кольцо будет у вас в целости и сохранности — быть может, даже в большей, чем у меня, — и прошу вас носить его без всякого смятения. Если бы я не хотел вам его дать, я бы этого не сделал!

Кристина заглянула ему в лицо и обнаружила в нем странную решимость. Как сказал сеньор Алькон: откроет любые двери? Может, и в этом поступке герцога был двойной смысл? Впрочем, потребности спорить на эту тему и дальше Кристина не испытывала. Куда больше ее занимали новые открыгия. Герцог был полон сюрпризов, и — впервые в жизни — они Кристину не пугали.

— Почти полчетвертого утра, — взглянул на часы Сантьяго и коротко усмехнулся. — Меня сегодня не ждали, так что вряд ли нам с вами стоит рассчитывать на поздний ужин. Однако это меньшая из забот. Надеюсь, вы правильно поймете меня, Кристина, и найдете в себе силы доверять мне и дальше. Я дал слово, что никогда не пойду против вашей воли, и сдержу его, но остатки этой ночи нам придется провести с вами в одной комнате. Будет слишком странно, если я брошу молодую жену в первую брачную ночь одну, а ни мне, ни вам не нужны сейчас лишние подозрения. Я не знаю, насколько далеко способен зайти Керриллар в своей жажде избавиться от конкурента, и предпочитаю обгонягь его хотя бы на полшага.

Кристина смотрела на него во все глаза. Первое замешательство при упоминании одной спальни против воли сменилось желанием уверить Сантьяго, что она помнит о его слове и не сомневается в нем. Однако последняя фраза сбила с толку и заставила сменить тему разговора.

— Вы думаете, что среди ваших слуг найдутся те, кто служит регенту и захочет рассказать ему о том, что вы по какой-то причине уклонились от супружеских обязательств по отношению к бывшей сеньорите Даэрон? — уточнила она. Он совершенно серьезно кивнул.

— Я уверен, что Керриллар, зная о моем желании отправить его в отставку и подозревая о моей связи с Альконом, не упустит возможности заслать в мой дом шпиона, — объяснил он. — ɪ- До сих пор делом это было бесполезным, поскольку в последний год я почти не бывал в Нидо-эн-Рока, однако сейчас сигуация в корне поменялась. Сейчас у него появигся надежда через вас вызнать мои секреты и обратить их себе на пользу. О, не пугайтесь: у меня была возможность убедиться, что вы видите будущее Эленсии ровно таким же, каким вижу его я, а потому я не опасаюсь ни вашего вредительства, ни вашей оплошности. Однако не советую искать друзей там, где можно столь опасно ошибиться. В моем доме вы совершенно точно можете доверять чете Луго — это мой управляющий и его жена — и падре Овидио. Не слишком веселая компания для юной девушки, но…

— В последнее время у меня не было и такой, — без всякого осуждения заметила Кристина и чуть грустно улыбнулась. — Если вы их цените, сеньор, значит, что это очень хорошие и добрые люди, и не мне выговаривать вам за какие-то призрачные неудобства. Кроме того, обещаю, что не стану подпирать туалетным столиком двери спальни, препятствуя вашему приходу. Несколько минут назад я вверила себя вашей защите, и было бы странным начинать семейную жизнь с обоюдного нарушения клятв.

Сантьяго усмехнулся: сначала ее обещанию не двигать в его комнате мебель, потом ее напоминанию о его клятве.

— Вы отличный манипулятор, Кристина, даже если сами того не подозреваете, — заметил он. — Впрочем, после того, как вы убедили Рейнардо остаться на троне, я этому не удивлен.

— Вы слышали?! — воскликнула она, покрывшись краской с ног до головы. Так и представила себе, что думал о ней в те моменты нынешний муж. Она ведь увещевала тогда Рейнардо ровно теми доводами, что несколько днями ранее приводил ей герцог Веларде, осуждая трусость и призывая к борьбе, и вряд ли он мог не догадаться об этом. А она — как могла забыть, что он всегда рядом и следит за каждым шагом его величества? Наверняка проверял, как она поведет себя в этой ситуации, чтобы решить, стоит ли она вообще его защиты. Судя по всему, Кристина оправдала его ожидания. Вот только почему же тогда сейчас было так горько и непонятно на что обидно? — А если бы я согласилась? — вызывающе выдохнула она, не справившись с собой. — Если бы приняла предложение его величества и пообещала сбежать вместе с ним? Что бы вы тогда делали, сеньор Веларде?

Он покачал головой и ответил не на тот вопрос, что она задала, а на тот, что больше всего ее взволновал.

— Это моя обязанность, Кристина, всегда быть возле короля и отводить от него опасности даже в те моменты, когда мне это не по душе, — терпеливо и неожиданно мягко объяснил он. — И я не мог уйти, не зная, согласигся ли Рейнардо помочь вам бежать из страны, или нам с Альконом придется идти другим путем. В оправдание себе могу сказать, что я ни секунды не сомневался в вашем выборе. И мне было очень приятно услышать, что я не ошибся.

Он улыбнулся, и Кристина почувствовала, как все невзгоды отступают. Что такого особенного было в улыбке Сантьяго Веларде, Кристина не могла ответить. Но она верила ей безоговорочно. И даже перед необходимостью делить спальню с совершенно чужим мужчиной не хотела сомневаться.