Принцесса Сорви-голова в Особой академии

Глава 20

Ни единого мига падения — меня сразу же подхватила невидимая волна и мягко опустила на мерцающие камни пола. Я знала, что произойдёт дальше, и потому заранее зажмурилась. Под веками отразился отблеск вспышки, и я торопливо распахнула глаза, готовясь… К ещё одной таверне? К лесной дороге или пустынному тракту? К подземелью, наконец? Словом, к чему угодно, только не к тихому, тёмному и очень знакомому коридору.

«Наш замок?»

Я проглотила возглас и без промедления впечаталась спиной в стену. Показалось? Нет, впереди и впрямь скользнула чья-то тень. Остановилась у двери, в которой я узнала вход в королевские покои, и, бесшумно открыв её, просочилась внутрь.

«Отец!»

Конечно, всё это было неправдой, однако даже воображаемая ситуация, что в спальню к отцу забрался кто-то неизвестный, мне не нравилась. Обнажив баселард (своё единственное оружие), я на цыпочках бросилась по следу тени.

В малой гостиной, где отец принимал самых приближённых особ, уже никого не было. Я стремительно пересекла её и, вжавшись в стену и занеся баселард для удара, мягко приоткрыла дверь в спальню. Несколько мгновений вслушивалась в тишину, осторожно заглянула — и молнией ворвалась в комнату.

В слабом свете догоравшего камина можно было разобрать чёрную тень, застывшую у изголовья королевской постели. А ещё — отблеск занесённого клинка.

Я метнула баселард, целясь в голову тени, однако противник тоже был быстр. Баселард со звоном отлетел в сторону, но это дало мне несколько драгоценных мгновений, чтобы оказаться рядом с убийцей. В нос ударил незнакомый приторный запах, и я, задержав дыхание, цапнула врага за руку с кинжалом. Попыталась выкрутить запястье, однако мерзавец знал, как противодействовать. Мы молча боролись рядом со спящим отцом — неестественно крепко спящим, поскольку, даже тихая, наша возня давно должна была его разбудить. Я к тому же старалась дышать через раз, чтобы не вдыхать подозрительный запах.

Наконец, мне удалось выбить у тени оружие. Но в следующее мгновение я с размаха бухнулась на пол, получив хитрую подсечку. Тень метнулась к кинжалу, а я, прямо с пола, к ней. Ударила головой в живот, и мы покатились, сцепившись, как две дерущиеся кошки.

Тень была одета в скользкий костюм из плотного шёлка. Лицо её скрывала тканевая маска, волосы были спрятаны под плотно сидевший капюшон. Однако гибкость и тонкость её фигуры намекали, что мой противник — не мужчина, пускай грудь у него была плоской.

В конце концов я сама предпочитала перед тренировками туго перематывать грудь, чтобы не мешала.

Борясь, мы подкатились к тому месту, где лежал баселард. Здесь тень как будто начала сдавать, и я сделала ту же ошибку, которую обычно совершали мои противники. Чуточку расслабилась.

И немедленно получила сильный толчок в грудь. Невольно ослабила хватку, и высвободившаяся противница метнулась к клинку. А я, не тратя время, ударила ногой по удачно оказавшейся рядом подставке для каминных принадлежностей. Та с показавшимся оглушительным грохотом упала на пол, заставив тень промедлить в рывке ко мне. Ровно настолько, чтобы я сумела цапнуть кочергу.

Перехватив импровизированное оружие, как меч, я налетела на противницу. Удар, удар, удар! Никакой передышки, лишь нарастающая скорость. Баселард высекал о кочергу искры, и в какой-то момент тень ошиблась. А я, забыв, что у меня в руках не меч, ткнула её в грудь и…

И кочерга прошила тело противницы насквозь, словно настоящий клинок.

«Как?»

Я в изумлении выдернула оружие и увидела, что держу в руках свою любимую скьявонеску. А тень кулём осела на пол, и баселард выпал из ослабевших пальцев.

— Так тебе, мразь, — сквозь зубы выдохнула я. Подняла кинжал, без лишних церемоний вытерла меч об одежду побеждённой и почти грубо сдёрнула маску с её лица.

Отчего-то сейчас это показалось важнее, чем убедиться, что с отцом всё в порядке.

Какое-то из поленьев в камине выпустило сноп искр, на миг ярко осветивший комнату, и моё горло словно сжала рука мертвеца. Тёмными, уже невидящими глазами на меня смотрела… я сама! Черноволосая принцесса Агнесс, какой была большую часть своей жизни.

— Невозможно!

Тут мир вокруг меня ослепительно вспыхнул, а когда я наконец смогла что-то видеть, то обнаружила себя стоящей на одном колене в холле башни-арены. Церемония призыва завершилась, и в руке у меня было доказательство этого — вернувшаяся ко мне скьявонеска.