Принцесса Сорви-голова в Особой академии

Глава 27

Разумеется, я не думала, что будет легко. Но выходя из башни, дверь которой украшал алый щит с мечом и столбиком золотых монет, чувствовала себя выжатой буквально досуха. В голове шумело, на плечи давила усталость, словно после долгой тренировки с мечом. Хотя ничего тяжелее пера я в руках не держала, а пять исписанных убористым почерком страниц вряд ли можно было счесть такой уж тяжёлой работой. Но сегодня я услышала столько, что знания грозили вот-вот пойти носом. А если учесть, что, несмотря на частые ремарки мэтра Рикардо, о смысле доброй трети сказанного я догадывалась, а ещё треть была покрыта мраком…

И ведь я никогда не считала себя глупой! И Мерджин, и учителя, которых отец приглашал из самой Флоретии, отмечали мои способности отнюдь не из-за желания угодить королю.

Я подавила тяжёлый вздох. По-хорошему, после обеда надо было вернуться к записям и учебникам, чтобы как следует уложить в голове рассказанное мэтром Рикардо. Но и отказываться от задумки с артефакторикой тоже не хотелось, пускай я понимала, что это чистейшее упрямство.

И потому за обедом спросила у Берти:

— Скажи, ты разобрался, где здесь библиотека?

— Конечно! — без раздумий ответил тот. — Оказывается, она тоже на площади Сердца, почти рядом с оружейной. А что, вам сказали взять ещё какие-то книги?

— Нет, — как о чём-то пустяковом отозвалась я. — Просто хочу почитать расписание.

— А-а! Хочешь сходить на дополнительное занятие! — Обожавший учиться Берти выдал первую пришедшую ему на ум причину и попал точно в цель. — А куда именно?

— На артефакторику, — не стала скрытничать я, и Берти неподдельно обрадовался.

— Здорово! Я тоже туда иду! Вот, волновался, что одному придётся — у Гейла и Далйета сегодня общая магия и зелья. А теперь, оказывается, компания будет!

Не улыбнуться в ответ на его непосредственность было невозможно. И хотя мне одиночество точно не грозило — телохранитель неизменно сопроводил бы меня куда угодно, — общество Берти добавляло задуманному приятности.

А вот шевалье моему решению не обрадовался. Впрочем, ему хватило дипломатичности не поднимать тему при всех. Зато когда мы вышли из столовой и втроём направились по лестницам и переходам к башне артефакторики, он вполголоса осведомился:

— Мадемуазель, вы уверены? Мне показалось, занятие по экономике далось вам непросто, а ведь ещё нужно выполнить заданное мэтром Рикардо.

— Я всё успею, — отрезала я.

И хотя в ответ телохранитель промолчал, его неодобрение чувствовалось, словно высказанное вслух.

«Держит меня непонятно за кого. — Я распрямила плечи и горделиво приподняла подбородок, словно шла не по коридорам Особой академии, а пересекала дворцовый зал во время королевского приёма. — Если он ходил на дополнительные занятия и справлялся с остальным, значит, я тем более справлюсь».

Мы вышли на лестницу, спустились до первого этажа, и тут Берти вместо того, чтобы идти к двери, повернул в другую сторону. Участливо произнёс:

— Привет. У тебя что-то случилось? — и я наконец заметила русоволосую девушку в синей форме, сидевшую прямо на полу в закутке под лестницей.

— П-привет. — Она подняла на нас прозрачные серые глаза, в которых стояли слёзы, и тут же смущённо потупилась. — Н-нет, всё в порядке.

— Да какое «в порядке»! — Берти присел перед ней на корточки. — Давай, рассказывай! Тебя кто-то обидел?

Девушка замотала головой так, что выбившиеся из причёски кудряшки запрыгали, как пружинки.

— Нет-нет, это же академия! Просто… — Она вздохнула. — Просто у меня не получается астросхема. И я боюсь идти на занятие к госпоже фон Бинген.

— Она такая ужасная, эта госпожа Бинген? — наморщил лоб Берти и бросил взгляд на шевалье.

Я тоже посмотрела на телохранителя, однако тот лишь развёл руками. В самом деле, откуда ему было знать, каковы характером преподаватели у магов?

— Она очень строгая, — шёпотом ответила девушка и съёжилась с совсем уж несчастным видом.

— Ладно, — решительно произнёс Берти. — Дай взглянуть на схему. Кажется, мы с учителем разбирали что-то похожее.

Девушка робко протянула ему порядком помятый лист, и Берти, сосредоточенно сведя брови, углубился в изучение расчерчивавших его линий и странных символов. А я, решив, что пора знакомиться, негромко спросила у девушки:

— Как тебя зовут?

— Келли, — шмыгнув носом, ответила та. — Келли О’Ши.

— Приятно познакомиться. — Я склонила голову. — Я Несс д’Эрсте, а это Берти Везель и шевалье Рён Моро.

— Приятно познакомиться, — в свою очередь пролепетала Келли, и почти сразу Берти издал торжествующий возглас.

— Ага! — Он ткнул пальцем в правый край схемы. — Вот здесь ты напутала, поэтому у тебя не замыкается узор! Проверь ещё раз меридианы Сатурия и Нептуния, и, я уверен, всё сойдётся.

Он протянул Келли лист, и та немного недоверчиво взяла бумагу. Запинаясь, поблагодарила:

— Спасибо, — и Берти отмахнулся:

— Вообще не за что. А теперь, — он встал на ноги и протянул Келли руку, — давай поспешим: занятия скоро начнутся.

— Давай. — Та несмело вложила в его ладонь тонкие пальцы и поднялась. — Вы тоже идёте на мантику?

— Нет, у нас артефакторика, — ответил Берти, и на лице Келли отразилось огорчение.

— Тогда нам надо расходиться, — вздохнула она.

— Ничего, — ободрил Берти. — Ещё увидимся.

— Непременно, — добавила я.

Келли улыбнулась, выдохнула «Спасибо!» и заспешила по лестнице вверх. В свою очередь, мы с Берти одновременно посмотрели на часы и торопливо двинулись к выходу из башни. Только шевалье помедлил на месте, глядя вслед новой знакомице. По его лицу сложно было что-либо прочитать, но у меня сложилось впечатление, будто он чем-то озадачен.

«Неужели с этой О’Ши что-то не так? — удивилась я. — Ладно, потом спрошу. Может быть».

Потому что сейчас надо было очень поспешить, если мы не хотели отрабатывать опоздание на занятие.