Принцесса Сорви-голова в Особой академии

Глава 30

— Агнесс, нельзя передать, как я рад, что ты взялась за ум.

Доносившийся из зеркала голос отца был с трудом различим, и я напрягла слух, ловя каждое слово.

— Король Альбы считает, что не стоит затягивать со свадьбой, однако я думаю, мы всё же выдержим приличествующий срок. Осеннее равноденствие — прекрасный день для заключения брака, и нет смысла проводить церемонию раньше.

— Как скажете, отец.

Я содрогнулась от звука собственного голоса. Для меня он звучал ужасно фальшиво, и эта тупая покорность… Я никогда так не разговаривала, даже ребёнком! Как отец может обманываться?

— Тогда я напишу в Альбу. Возможно, ты тоже хочешь отправить весточку жениху? Вместе с портретом — он ведь прислал тебе свой.

— Конечно, отец.

— Конечно! — передразнила я, чувствуя, как грудь распирает от клокочущих чувств. — Проклятая фальшивка! Ну погоди, доберусь до тебя!

Я поняла, что бессильно потрясаю перед зеркалом кулаками, и шумно задышала сквозь зубы в попытке успокоиться. Тем более что картинка начала тускнеть, а позади послышались беспокойные возгласы:

— Несс!

— Мадемуазель! У вас всё в порядке?

— Ничего не в порядке! — лязгнула я, на каблуках поворачиваясь к подбежавшим шевалье и Берти. — В королевском дворце вместо меня ходит какая-то подделка! И она собирается выйти замуж за этого Адальберта!

— За кого? — У Берти по-простецки упала челюсть. — В каком дворце?

— Мадемуазель, с чего вы взяли? — Шевалье владел собой гораздо лучше.

— Оттуда! — Я мотнула головой на зеркало. — Эта штука показала мне тронный зал, отца и подделку!

— Хм. — Телохранитель аккуратно отодвинул меня и сам заглянул в тёмную глубину артефакта. — Но сейчас в нём ничего не отражается. Вы уверены?..

— Разумеется! — Он меня за идиотку держит? Или думает, я шучу?!

Я резко повернулась к зеркалу, и когда мы с шевалье заглянули в него одновременно, поверхность вновь зарябила.

— Вот! — торжествующе выпалила я.

А в зеркале между тем разворачивался знакомый вид казармы, и капитан Боуи спрашивал с какого-то человека в обычной одежде:

— Ну что, никаких следов?

— Никак нет, господин капитан! — с неподходившей к образу армейской чёткостью отвечал тот. — Все постоялые дворы объехали, во всех тавернах побывали — как сквозь землю провалился!

— Что в тавернах побывали, чую, — проворчал капитан. — Ладно, указания на дорожные посты разосланы. Попадётся.

Картинка стала гаснуть, а Берти, который, как оказалось, успел прийти в себя и тоже заглядывал в зеркало, с любопытством спросил:

— А это кто? И о ком он говорил?

— Это капитан королевской стражи Фракии. — Между бровей шевалье залегла складка. — А говорил он обо мне. Похоже, считается, что я сбежал со службы телохранителя.

— О-о, — протянул Берти. Собрался ещё что-то добавить, но гладь артефакта пошла морщинами в третий раз. И перед нами возник идеально подстриженный сад. Было пасмурно, низкое небо собиралось вот-вот закапать, однако двоих — высокого статного мужчину с зубчатой короной на седых волосах и стройного юношу с разметавшимися по плечам светлыми кудрями — это не смущало. Они неспешно шли по гравийной дорожке, и мужчина размеренно говорил:

— Я рад, сын, что ты наконец взялся за ум. Магия — жалкие фокусы для всяких шарлатанов, заниматься ей претит королевскому достоинству.

— Да, ваше величество, — прошелестел юноша, не отрывая взгляда от желтоватых камушков под ногами.

«Совсем как отец и подделка!» — пронеслось в голове, а мужчина тем временем продолжал:

— Я написал моему царственному собрату из Фракии, что желал бы ускорить твою свадьбу с принцессой Агнесс. Надеюсь, ответ будет благоприятным…

— О-ох! — вырвалось у Берти. — Ну какая свадьба, я ведь объяснял!..

И меня озарило, да так, что захотелось зажмуриться.

— Ты — Адальберт, принц Альбы, — медленно произнесла я, глядя на него, словно впервые увидела. — И ты тоже не хотел жениться.

Берти немного смущённо кивнул и признался:

— Я собирался стать известным учёным, объединить науку и магию. Доказать, что это не фокусы шарлатанов, а реальная и могучая сила. А ты, Агнесс? Кем хотела стать ты?

— Полководцем, — тихо ответила я. — Или хотя бы просто мудрой и великой государыней.

— И вы оба сбежали, — мягко подвёл итог шевалье. — А ваше место заняли послушные марионетки.

Я сжала кулаки, возвращаясь от откровений к делам насущным, и зло заявила:

— Как заняли, так и уступят! Берти, немедленно идём к ди Сиано. Нам надо срочно возвращаться!