Принцесса Сорви-голова в Особой академии

Глава 3

Уж не знаю от кого, но слух о том, что её высочество Агнесс собирается устроить пробный бой новоприбывшему телохранителю, разлетелся по дворцу с устрашающей скоростью. Поэтому, когда я, одетая в удобную и неброскую одежду наёмника из Гаскани, вышла на плац, зрителей собралась уже целая толпа. Было ощущение, что каждый свободный от работы или службы человек посчитал долгом не пропустить столь удивительное развлечение.

«Надо было назначить дуэль в фехтовальном зале», — хмуро подумала я, скользя по зевакам взглядом. И вдруг заметила седовласого маэстро Рауля, как всегда в чёрном бархате и чёрном же берете с белым пером. Маэстро о чём-то разговаривал с моим будущим противником, и, судя по доброжелательным выражениям лиц собеседников, разговор был приятным.

«Они знакомы? — ёкнуло в груди. — Но откуда? И вообще, маэстро должен быть на моей стороне, а не болтать с этим!..»

Я сердито раздула ноздри и отвернулась. Подняла глаза на второй этаж дворца: балконы уже были заняты придворными, однако королевское место пустовало. Отец что, даже не хочет взглянуть?

«Успокойся», — сказал внутренний голос с интонациями маэстро Рауля, и я поспешила отодвинуть эмоции.

Последнее дело — давать им волю перед боем.

Тут стоявший над плацем гул голосов притих, и я, бросив на балкон ещё один взгляд, увидела отца. На душе сразу стало спокойнее, однако следом я вся подобралась.

Если появился король, значит, пора начинать.

И в самом деле, затрубили глашатаи, призывая к тишине, а затем в центр плаца полным достоинства шагом вышел капитан стражи.

«Это уже турнир получается, а не пробный бой», — нервно усмехнулась я про себя. А капитан Боуи громогласно провозгласил:

— En guarde! — и мы с шевалье одновременно тронулись от разных концов плаца.

Как и полагалось, сошлись на середине и по знаку капитана обнажили мечи: я сражалась любимой венетьянской скьявонеской, шевалье — узким полуторником с длинной рукоятью, какими обычно пользовались наёмники из Марки. Капитан смерил взглядом меня, моего противника и с отрывистым:

— Allez! — шагнул назад.

И сталь с торжествующим пением встретилась со сталью.

«Скорость и выносливость, ваше высочество, — любил повторять маэстро Рауль. — Сильной частью клинка ловите слабую и не забывайте: ваша рука короче, а удар слабее, чем у мужчины. Но в первые мгновения вас непременно недооценят, и это шанс к быстрой победе».

Увы, с шевалье быстрой победы не вышло: он был слишком хорошим бойцом, чтобы недооценивать любого противника. Однако инициативу я перехватила сразу и теперь кружила вокруг телохранителя, не давая ему вздохнуть. Наши клинки с азартным звоном плели сложное и опасное кружево, движения больше напоминали танец, чем дуэль, но я уже понимала: шевалье не получится одолеть без хитрости. И рискнула.

Мои движения сделались более хаотичными, дыхание начало сбиваться. Пару раз я буквально чудом уходила из-под удара, и шевалье благородно сбавил темп. Нет, не расслабился, но мне хватило и этого.

Удар, удар, удар! На полной скорости, так что даже клинок не разглядеть. Ловкий финт, скрежет металла и…

И скьявонеска ужом вывернулась из моих пальцев, ловко подцепленная остриём чужого клинка. Рыбкой блеснула на солнце и с приглушённым звоном упала на утоптанную землю плаца.

Толпа ахнула.

— Toucher! — объявил капитан Боуи.

Раздались жидкие хлопки, но их почти сразу поглотил гул изумлённых голосов — зеваки не сомневались, что победа будет моей. А я, бездумно сжимая и разжимая пальцы правой руки, переводила растерянный взгляд со скьявонески на противника и обратно.

Как же так? Этого просто не могло случиться!

Шевалье убрал полуторник в ножны, почтительно поклонился мне и без тени издёвки сказал:

— Надеюсь, я выдержал экзамен, ваше высочество.

В душе вспыхнул гнев, заставляя кровь прилить к щекам, но его быстро сменили стыд и разочарование в себе.

Я проиграла не просто дуэль. Я проиграла свою свободу.

Так и не ответив шевалье, я деревянным шагом подошла к скьявонеске. Подняла меч с земли, вернула в ножны и всё той же походкой двинулась прочь с плаца.

— Простите, ваше высочество.

Капитан стражи с поклоном перегородил мне дорогу, и несколько мгновений я не могла сообразить, что ему нужно. А затем, до хруста сжав зубы, медленно сняла перевязь и отдала оружие.

Как и сказал отец, это был последний раз, когда я держала в руках меч, а не иголку.

— Благодарю, — с новым поклоном произнёс капитан, но я, не слушая, пошла дальше. Толпа расступилась передо мной, пропуская к входу во дворец, и никто из них представления не имел, о чём я думала, поднимаясь по ступенькам широкого крыльца.

«Проиграть бой — не значит проиграть кампанию. Не думай, что я сдамся, отец. Это всего лишь тактическое отступление, а не капитуляция».